я положил руку на раскрытый блокнот, А-Сян в мгновение ока среагировала в силу некоего условного рефлекса. Несомненно, в содержании той страницы скрывались некие тайны. Словно тайн, скрытых в этой деревне, было мало…
После этого мы застыли в ошеломленном противостоянии, пока А-Сян не вспомнила, что ей нужно отнести ужин Пропойце. Тогда она начала кипятить воду для лапши, даже не пытаясь объяснить свое странное поведение. Возможно, потому, что тоже отчетливо понимала, что отвертеться не удастся. Размышляя об этом, я сам не заметил, как вернулся в свою комнату.
Что касается того ключевого блокнота, после этой битвы вряд ли представится еще один шанс приблизиться к нему. Однако за то крайне ограниченное время я действительно успел нащупать контуры трех иероглифов.
小, 心, 有… «Осторожно, есть…» На первый взгляд это должно быть какое-то предупреждение. Проблема заключалась в том, что, не зная, что следует дальше, на основе лишь этих трех иероглифов все равно было невозможно сделать какие-либо выводы.
Если вдуматься, эти иероглифы вызывали у меня какое-то знакомое ощущение… Я где-то это слышал недавно? Верно, в закусочной тетушки У. Лай Фу сказал, что перед тем, как Ван Сиди бросилась в колодец, кто-то слышал, как она бормотала: «Осторожно, есть…»
Тот самый Лай Фу, который категорично утверждал, что Ван Сиди и есть убийца, тот самый Лай Фу, который до вчерашнего дня тайком ходил на место преступления. Его показаниям, конечно, нельзя полностью доверять, но сейчас можно считать их правдой. В споре с младшим братом, Лай Гуем, произносить подобную ложь, которую легко можно разоблачить, не имело никакого смысла. В тот момент мы с Вэнь Юде были просто обычными посетителями, и он мог бы просто промолчать.
То есть А-Сян записала бред Ван Сиди?
Нет, не так. Нельзя предполагать, что блокнот принадлежит А-Сян, и нельзя утверждать, что те слова написаны ею… Ах! Может, это изначально была вещь Ван Сиди, неизвестно почему теперь оказавшаяся у А-Сян? Тогда А-Сян случайно получила этот блокнот и затем случайно обнаружила скрытую в нем тайну? Или же она каким-то образом получила этот блокнот с целью раскрыть его тайны? Я не мог ответить. Дело Сяо Гуана было подобно бездонному омуту: чем глубже я погружался, тем сильнее становилось чувство, что я все еще ничего о нем не знаю. По стечению обстоятельств одно за другим всплывали невероятные события; казалось, у каждого здесь были свои скрытые мотивы… Но я все не мог найти разумного объяснения.
«Слушай меня…» – эхом отозвался в ушах голос Вэнь Юде.
Новая зацепка. Ирония в том, что она пришла именно из той запретной зоны, которую Вэнь Юде приказала мне ни в коем случае не пересекать. Двое мужчин на верхнем этаже… Судя по подслушанной мною информации, их цель уже начала проступать. Очевидно, они пришли сюда для совершения «сделки», и ключевой момент – найти «того типа». Их разговор указывал, что «тот тип» находится в этой деревне.
Кто бы это мог быть?
В первую очередь, конечно, не А-Сян. С другой стороны, диалог Вестника Преисподней и Пропойцы намекал, что они и А-Сян принадлежат к двум совершенно разным лагерям. Что касается того, есть ли какая-то связь между А-Сян и «тем типом», это до сих пор не было ясно.
Если думать дальше, вероятность того, что это Лай Фу, на самом деле тоже очень мала. Пропойца проголодался, потому что не привык к пампушкам с бараниной, поэтому нетрудно предположить, что они ужинали в закусочной тетушки У. Конечно, если б Лай Фу заранее прознал об этом, он, возможно, спрятался бы, чтобы избежать этих двух опасных врагов; но, увидев Лай Гуя, они тут же приняли бы его за того, кого искали. По той же причине «тот тип» не может быть и Лай Гуем.
Что касается семьи Сяо Гуана, включая мужа Ван Сиди, Ли Шуня, то их сейчас нет в деревне. Если только так называемые «разведданные» не ошибочны, их можно исключить из списка подозреваемых.
Не выходит… Хотя это очень маленькая деревня, жителей все же несколько сотен. Если так, методом исключения, перебирать их одного за другим – боюсь, до рассвета не закончу. Тем более что я вообще никого здесь не знаю.
Может, сменить подход? Не думать о том, кого эти двое ищут в деревне, а подумать, кто именно заставил их приехать в деревню на поиски?
Внезапно в моей голове возникло одно имя… Нет, на самом деле оно всегда там было, просто я долгое время намеренно его игнорировал.
Раз речь идет о «сделке», в конечном счете это должно быть связано с деньгами. И вряд ли сумма, способная сдвинуть с места такого страшного человека, как Вестник Преисподней, была скромной. А в этом месте человек, который может быть связан с крупными деньгами, возможно, всего один.
«Это же не такая уж большая деревня, он не сможет вечно прятаться», – вдруг вспомнил я слова Пропойцы.
Если подумать, разве не я все эти дни прятался от них?
Я, конечно, всего лишь бедный студент без гроша за душой. Однако фамилия фон Виттштейн, стоящая в моем паспорте, означает состояние, способное вызвать зависть.
«Они крайне опасные типы, появляться перед ними категорически нельзя». Не потому ли тетя Де наложила этот запрет, поскольку уже раскусила, что цель этих двоих – на самом деле я?
Погодите. Если предположить, что такой злой умысел действительно существует, то каков их конкретный план? Похищение с последующим выкупом у моих родителей? Это до смешного старомодно. И осуществить это не так уж непросто. Во-первых, проблема с местом содержания заложника. Если б А-Сян была заодно с ними, это меняло бы дело, но я уже знал, что это не так. Раз эти двое остановились в гостевом доме, значит, у них нет своей базы в деревне. Если б похищение прошло успешно, чтобы избежать лишних глаз, им пришлось бы перевезти меня в более безопасное место. И единственным транспортом была бы машина. Их всего двое, один за рулем, следить за мной сможет только один… Этого явно недостаточно, не говоря уже о возможных непредвиденных ситуациях вроде полицейских проверок на дороге. Такое произойдет почти наверняка – если меня похитят, тетя Де, естественно, немедленно поднимет на уши местную полицию, которая расставит посты вдоль всех дорог.
Раз «разведданные» смогли точно определить мое местонахождение в этой глухой горной деревне, нет причин сомневаться, что в них также указано наличие сотрудника Интерпола рядом со мной. Когда отец отдал распоряжение Вэнь Юде сопровождать меня,
