отражения.
Я с детства очень любил эту страну. Хотя биологические родители бросили меня, для меня это была словно чужая история, не имеющая отношения к реальности. Я помню множество добрых людей, которые любили и защищали меня. После отъезда из Китая, смешавшись с тоской по родине, это чувство стало особенно сильным. Я выучил эти сложные, но прекрасные иероглифы, изучал эту лаконичную, но мудрую поэзию, досконально читал эту долгую и увлекательную историю, стремился к этой обширной и доброй земле. Я гордился тем, что родился китайцем, и печалился, что Ясмин, Илань и другие утратили свои корни.
«Если однажды он узнает, что он не китаец, каковы будут непредсказуемые последствия? – Этот вопрос, должно быть, преследовал родителей, словно кошмар, бесчисленные дни и ночи. – Тогда пусть этот день никогда не наступит». В конечном счете они пришли к соглашению. В Германии обсуждать цвет кожи другого человека и так табу. Плюс редкостная удача – возможно, как результат ежедневных молитв матери Богу: за более чем десять лет у меня ни разу не возникло и тени сомнения в цвете своей кожи.
С нашего первого дня в школе отец заключил с директором некое соглашение, чтобы каждый в школе хранил эту тайну. В то же время Ясмин определили в один класс со мной, и в случае чрезвычайной ситуации она должна была принять меры – конкретно закрыть мне уши. Поэтому, как бы прекрасны ни были мои оценки на экзаменах, меня ни за что не переводили через класс. Закрытая среда с минимальными контактами с внешним миром, негласное сотрудничество всех действующих лиц, простая и эффективная система реагирования на инциденты – именно эти три ключевых фактора позволяли системе успешно работать все эти годы. Поэтому, когда родителям пришлось отпустить меня в Китай, они, следуя тем же трем принципам, привели в исполнение этот невероятный план. Поддельная деревня появилась на свет, чтобы скрыть секрет.
На этом мои рассуждения закончились. Внутри я ощущал лишь изнуряющую усталость. Рука непроизвольно разжалась, и грубая фарфоровая пиала полетела вниз. Перехватить ее было уже невозможно.
Бум. Она упала на толстый слой желтой земли, не получив ни царапины.
Я тоже, по-прежнему сидя, неумело подражал великим детективам из романов, разгадывавшим захватывающие тайны. Я не сломался, обнаружив свое происхождение, как того боялись родители. Как бы люди ни старались, тайное всегда становится явным – это неотвратимо, как гравитация.
Почему же они не попробовали отпустить ситуацию?
Глава 24
– Почему ты не можешь отпустить меня? – уныло спросила Ясмин.
– Это же само собой разумеется, – убежденно заявил я, – потому что мы семья. Разве семья не для того и существует, чтобы заботиться друг о друге?
На мгновение мне показалось, что она тронута и откажется от абсурдной идеи поехать в амазонские джунгли.
– Мой дорогой брат, – Ясмин вдруг обняла меня сзади за шею, – я обещаю тебе, что буду очень хорошо о себе заботиться, хорошо?
Она была той сестрой, которая редко капризничает, но, когда делает это, почти всегда может заставить меня тут же уступить.
– Даже если ты непременно хочешь в Бразилию, разве нельзя позвать Матильду составить тебе компанию?
– Я и правда приглашала ее, но там на лето уже другие планы. – Словно ей удалась хитрая уловка, Ясмин казалась очень довольной. – Тебе все еще не нравится Карл, да?
– Кому может нравиться такой напыщенный тип? – с отвращением спросил я.
– М – м… а Мати от него без ума.
– Вот пусть он и ходит на свидания с Мати. Ты заслуживаешь лучшего, Сяо Я.
– Знаю. Я ведь не говорю, что согласилась на предложение Карла или скоро перееду к нему. Мы просто собираемся погулять вместе на каникулах – понимаешь, как друзья…
– Хм, очевидно, Мюллер хочет большего.
– Это еще не значит, что он получит большее, верно?
Мне нечего было ответить.
– Передай тому типу, – я сделал грозный вид, – если он обидит тебя, я спущу с него шкуру.
– Повторяю: эта юная леди сейчас не собирается замуж, – усмехнулась Ясмин. – Но я прослежу, чтобы сообщение достигло адресата.
Мы немного помолчали. Затем она сменила тему:
– Как ты, Бен? Есть планы на каникулы?
Я покачал головой:
– Наверное, буду просто читать дома.
– Так… Тогда держи. – Ясмин положила мне на колени книгу в твердом переплете. По материалу было ясно, что ее напечатали на брайлевском принтере и затем переплели. Шрифт Брайля сам по себе занимает много места, плюс бумага толще, и каждая страница запечатывается только с одной стороны, поэтому книга получилась как минимум в три раза толще обычной.
– Что это за книга? – спросил я между делом, в то время как мои пальцы легко скользили по обложке. Выпуклые точки, расположенные в определенном порядке, обозначали инициали и финали китайского пиньиня и в конце складывались в несколько иероглифов. 见鬼的爱情 夏亚军 著 – «Чертова любовь», автор Ся Цзюнь.
– Это принес утром герр Веймер, – объяснила Ясмин. – Говорят, это еще не изданный детективный роман. Папа достал его заранее через знакомого в издательстве.
Я действительно помнил этого автора и того странного психолога, не желавшего быть детективом… кажется, его звали Фан Чэн? Однако, если было достаточно всего лишь попросить издательство об одолжении, чтобы получить еще не опубликованный роман, я предпочел бы шестой том «Песни льда и пламени» Джорджа Мартина. С момента выхода «Танца с драконами» прошло уже больше двух лет, а тот писатель, тезка отца Мартина, не подает признаков жизни…
– Что ж, приятного чтения. – Ясмин поцеловала меня в щеку. – Пойду собирать чемоданы.
Она попрощалась, обняв Элизабет. Та немного посидела у двери, с тоской глядя вслед, пока фигура Ясмин полностью не исчезла, после чего невесело вернулась в свой угол.
Будучи не в настроении читать, я отодвинул книгу, включил компьютер и с помощью голосовой функции без особого интереса стал просматривать новости в интернете. Неожиданно мое внимание привлек один заголовок: «В деле о мальчике с выколотыми глазами сегодня произошел крупный прорыв. Подозреваемая – его родная тетя по отцу».
Не колеблясь, я отдал команду перейти по ссылке. Открылась новая веб-страница, и синтезированный женский голос без всяких эмоций зачитал ее содержимое: «Сегодня утром стало известно, что шестилетний мальчик Сяо Гуан, которому несколько дней назад жестоко выкололи глаза, вышел из больницы; благодаря усилиям медицинского персонала опасность для жизни миновала. К сожалению, у ребенка диагностировали полную и необратимую слепоту. Сейчас он находится у своих родителей, его состояние стабильно…»
Глава 25
– Как дела у Сяо Гуана? – нетерпеливо спросил Пропойца, то есть
