тебя. Но оберег страшный, не от Бога. Всё, уходи. Устала я.
— Баб Вер…
— Вера Александровна, — поправила она.
— Вера Александровна, я не знала, что вам купить, можно я деньгами расплачусь?
— Там положи, сколько не жалко, но так, чтобы я даже не видела, как ты деньги кладёшь. — Она кивнула на маленький журнальный столик со свечами и фиалкой в глиняном горшке.
Открыла сумочку, торопливо достала деньги, начала отсчитывать, но потом просто положила всё, что было в кошельке.
— Спасибо.
— Не за что, — резко ответила гадалка, в голосе слышалась усталость. — Да, ещё что забыла сказать, не хорони себя раньше времени, жизнь тебе сюрприз приготовила, любовь у тебя будет. Случайная встреча в дороге любовь принесёт. — Она достала из пачки «Беломорканала» папиросу, ловкими движениями смяла патрон в гармошку, чиркнув спичкой, прикурила. — Только не проср… гм… не упусти своё счастье. И не вини себя за то, о чём не помнишь. А вещь из могилы найди и убери из дома. С такой защитой завыть в пору. Всё, иди…
Она сидела в облаке табачного дыма, смотрела вроде бы на меня, и как будто сквозь меня, словно я была прозрачной. Потихоньку прикрыв за собой дверь, вышла на улицу и вдохнула полную грудь воздуха. После душной комнаты, пропахшей ладаном и сгоревшим воском, воздух был удивительно свеж, пахло листвой, из-за соседнего забора вверх поднимался дымок, меж досок просачивался одуряющий аромат шашлыка. Пахло так, что в животе заурчало, рот наполнился слюной.
Вышла к Змеиногорскому тракту, медленно направилась к остановке трамвая. Мимо, едва ли не в припрыжку, проскочил парень с букетом роз. Улыбнулась вслед, благодарно вдыхая аромат цветов. Интересно, а розы всегда пахнут счастьем, или это кажется, потому что сегодня я в него поверила?
Впервые никуда не спешила. На работе взяла отгул, особых дел не было. Доехала площади Спартака, вышла и почему-то направилась к ряду бабулек, торговавшей всякой всячиной. В нос ударил аромат жареных семечек, свежего укропа, лежавшего горкой на коробке, остро и терпко пахла герань — белая, красная, розовая.
— Берите цветочки, моли в доме не будет, — старушка подняла горшочек и сунула мне в руки.
— Нет-нет, спасибо, — я вернула горшок и впервые задалась вопросом: а ведь у меня в квартире нет цветов. Совсем. Интересно, почему?
Тут же пенсионер в синей рабочей куртке продавал цветы — большие, белые ромашки, полное ведро. Приценившись, хотела купить, но только открыв кошелёк, вспомнила, что все деньги оставила Вере Александровне.
— Простите, — смутилась, суетливо запихивая кошелёк в сумочку. — Деньги забыла дома, — зачем-то соврала и рассердилась, поняв, что опять чувствую себя виноватой, опять оправдываюсь.
— Ничего, дочка, бывает, — пожилой человек улыбнулся, — возьми так.
— Да вы что, неудобно, — ещё больше смутилась, щёки полыхнули, уши зажгло огнём.
— Неудобно на потолке спать, — отмахнулся пожилой продавец, буквально всучив мне пучок ромашек, — а мужчине всегда удобно подарить цветы красивой девушке.
Домой пришла в приподнятом настроении, хотелось одновременно и смеяться, и плакать. Поставила ромашки в вазу, улыбнулась. Затеяла оладушки. Никита любит оладушки, со сметаной и вареньем. Скоро уже из школы придёт.
Давно не было так хорошо! После визита к Вере Александровне как будто посмотрела на себя со стороны и — что странно — только сейчас поняла, насколько механическим было моё существование. Именно существование, жизнью это вялое ежедневное функционирование организма не назовёшь. Страх, ужас, чувство долга и чувство вины — все мои внутренние составляющие. А радоваться так приятно! И счастье на самом деле не зависит ни от чего, любая мелочь может стать причиной для радости, если человек уже счастлив. Вера Александровна незаметно для меня сняла с сердца груз, мешавший дышать, будто убрала с души камень…
Камень! Господи, у меня этих камней в доме целая коробка! Натаскала с раскопок всякой дряни, не думая, что курганы — это в первую очередь могилы. Она будто знала, ведь так и сказала: ищи в доме вещь из могилы.
Наверное, я никогда в жизни так быстро не делала генеральную уборку! Кажется, хотела вымыть из дома не просто пыль и грязь, а смыть прошлое.
Перетрясла все шкафы, залезла на антресоли, разобрала встроенный в прихожей шкаф и там нашла коробку с камнями. Некоторые мы собирали с сыном — было время, когда его очень интересовали камни. Вот кусочки кварца, вот гранитный камешек — Никитка любил смотреть на него на солнце. Кварц тоже красив, особенно когда на него падает свет. А это что? Боже мой, вот этот кусочек пёстрого полевого шпата я точно нашла в кургане, необработанный камень не представлял научной ценности, но был красив, и я его забрала на память. Кусок яшмы, неправильный обломок, он был найден на раскопках кургана в Большом Толгоёке. А это что? Кварцит, молочно-белый, редкой окраски, коллектор экспедиции Саша Маслов ещё сказал, что найти такой вообще нереально. Минерал очень распространённый, но такого цвета кварцы попадаются редко, а я нашла целую друзу. Но она не из могилы, даже не из кургана, я нашла её на берегу Катуни. С десяток глиняных черепков, их нашла, когда раскапывали землянку. Закопчённые. Находок тогда было так много, что осколки глиняной посуды просто выбрасывали, если на них не было рисунков. Чем думала, когда тащила это всё с собой?
Нет, я конечно, комсомолка, и суеверия — пережиток прошлого, но объяснить с научной точки зрения тот ужас, что преследовал меня, невозможно. Может быть, я сошла с ума? Может быть это я убиваю? Этот вопрос задать себе было очень страшно. Ещё страшнее получить на него ответ. Хотелось заорать, громко, с подвываниями, забиться головой об стену, сорваться в бездну безумия, утонуть в ней, захлебнувшись криком. И никогда, никогда не выплывать… Утреннее счастье улетучилось, прошлое целиком захватило меня и не отпускало.
— Мам? А зачем ты это достала?
— Никитушка! Не слышала, как ты пришёл. Мой руки, будем обедать. А это… ты говорил, что Тамара Викторовна музей организовала, отнесём туда. Думаю, в кабинете истории этим камням самое место.
На следующий день школьный историк рассыпалась в благодарности, я подумала, что это мне её благодарить нужно. Как это не странно, но стало легче.
Баба Вера не ошиблась, её карты снова легли «в цвет»…
Глава 12
Не бывает абсолютно точных предсказаний. Даже если на тридцать процентов гадалка
