Восьмой свидетель - Стив Кавана

В бумажнике у него было сотни две баксов, плюс-минус, целое множество кредитных и скидочных карт, а также кое-что еще.

– Норт Бейкер, дом двести двенадцать, – произнес я.

Грей остановился, резко развернулся на каблуках. Я убрал его водительские права обратно в бумажник и бросил ему.

– Держи, – сказал я. – И больше не теряй.

Бумажник шлепнулся на землю, и напарник сержанта схватил его за плечи, прежде чем он успел броситься на меня. Грей все еще что-то орал мне, когда я забрался на заднее сиденье машины Блок рядом с Гарри. Лейк устроился перед Гарри на пассажирском сиденье, Блок села за руль, завела мотор и отъехала от тротуара.

– Не думаю, что это было слишком умно, – заметил Лейк. – Так вот его провоцировать.

– Наверное, да, – отозвался я. – Но мне было приятно.

– А что, если он прав? – произнес Гарри.

– Прав насчет чего? – спросил Лейк.

– А что, если в следующий раз мы не заметим их появления?

Лейк покосился на Блок. Та промолчала.

Я ощутил всю тяжесть слов Гарри буквально у себя на груди. Ответить и вправду было нечем.

Глава 15

Мистер Кристмас

Ранчо «Пустынный дракон» в Джексоне, штат Вайоминг, не было расположено в пустыне и не имело никакого отношения к драконам. Небольшой участок в сотню акров обошелся Чарли Хатчингсу в кругленькую сумму – пять миллионов долларов.

Он вернул эти деньги меньше чем за год.

За последние десять лет долина Джексон-хоул, несмотря на свое не слишком презентабельное название[17], стала прибежищем для нового типа старателей – мультимиллионеров. Ковбоям, фермерам и жителям маленьких городков оказалось нелегко приспособиться к этим иммигрантам из Нью-Йорка, Лос-Анджелеса и Сан-Франциско. Вайоминг, с его горами, пышной зеленой травой и пустынными пространствами, стал домом для множества новых высокотехнологичных компаний.

Подобный интерес к Вайомингу во многом подпитывался его налоговым законодательством.

Корпорации в Вайоминге платят нулевой налог на прибыль[18]. Налог с продаж здесь тоже один из самых низких в Соединенных Штатах. Это натуральная Швейцария для прижимистых высокотехнологичных компаний и их руководителей. Чарли Хатчингс в первый же год сэкономил на налогах семь миллионов долларов.

Единственная проблема заключалась в том, что Чарли пришлось зарегистрировать сразу множество всевозможных компаний и не высовываться, скрывая свое участие в них при помощи целого ряда еще более мелких подставных фирмочек, оставляющих за собой длинный, запутанный и быстро тающий денежный след. Он был управляющим частными активами, переехавшим сюда из Чикаго. Очень успешным. Вайоминг совсем не похож на Чикаго – тут оказалось трудно найти даже приличную итальянскую пасту, а в горах не так-то много театров. И все же Джексон-хоул оказалась для Чарли просто-таки идеальным местом. Ему и требовалась натуральная дыра – нора поглубже, чтобы как следует в ней спрятаться.

Но она оказалась недостаточно глубокой.

Мужчина, стоящий сейчас в его кухне, все-таки обнаружил его, около часа назад.

Одет тот был в черный костюм и белую рубашку с черным галстуком. Фетровая шляпа, в которой он приехал, висела на вешалке в прихожей рядом с его плащом. Этому человеку потребовалось около двух недель, чтобы найти Чарли. Проведя некоторое время в интернете, он отследил все эти крупные и мелкие компании до лысого мужчины средних лет, который сейчас, сидя за обеденным столом, обливался по́том в своей пижаме.

Мужчина в черном вылил горячую воду на молотый кофе, насыпанный в фильтр под стеклянным колпаком. Движения у него были неторопливыми, хорошо рассчитанными. Даже изящными. Как у танцора. А голос – благозвучным и чуть ли не медоточивым, словно он смаковал каждый слог каждого своего слова. Речь его была официальной, но теплой. Как у какого-то доброжелательно настроенного чиновника, обладающего огромной властью.

– Итак, Чарльз, скажите мне: что вы думаете про Марлона Брандо? – спросил мужчина, ставя чайник обратно на плиту.

Чарли поймал себя на том, что ему вдруг стало трудно дышать. Паника, охватившая его в тот момент, когда его руки и ноги были примотаны скотчем к дизайнерскому креслу, ничуть не утихла. Если что, то страх Чарли только усилился.

– Вы имеете в виду актера? – уточнил он, прерывисто дыша.

– Ну конечно, – отозвался мужчина, проводя рукой по своим светлым волосам.

– Я-я-я не знаю… Он вам нравится? – спросил Чарли.

Мужчина уставился на воду, просачивающуюся сквозь молотый кофе и капающую в прозрачную емкость внизу.

– Ну же, ну же, Чарльз! Все мы здесь друзья. В этом вопросе нет никакого подвоха. Хотя, только чтоб вам было спокойней, – да, мне он очень нравится.

– Да, да, да, он просто великолепен! – едва не выкрикнул Чарли, голос которого под конец сорвался.

– Расслабьтесь, – посоветовал мужчина. – У вас гипервентиляция легких. Дышите вместе со мной. Сейчас мы с вами попробуем так называемый физиологический вдох. Вы знаете, что это такое?

Чарли помотал головой.

– Вы сейчас сделаете глубокий вдох. Как можно более глубокий, а потом попробуете вдохнуть еще раз. Ваши легкие будут уже практически наполнены, но поверьте: вы все-таки сможете вдохнуть еще немного воздуха. После чего вам нужно задержать дыхание на три секунды, а затем медленно выдохнуть. Вы готовы?

Чарли неистово закивал.

Мужчина повернулся к Чарли и, чтобы помочь ему, провел руками по своей груди, словно направляя движение воздуха, на втором вдохе выпятил грудь, а затем осторожно перевернул ладони и на выдохе опустил их к полу. Это было все равно что наблюдать, как великий маэстро дирижирует оркестром. Движения этого человека были почти гипнотическими. Просто не получалось отвести от него глаз. Чарли несколько раз вдохнул и выдохнул по его команде.

– Ну что, стало получше, Чарльз? – поинтересовался мужчина.

Чарли кивнул. Грудь у него больше не вздымалась и не опадала, как старые кузнечные мехи. Глаза его метнулись к медицинской сумке, стоявшей на кухонном столе. Она была старой, из черной кожи, с металлической застежкой сверху. Чарли достаточно много знал про человека в своей кухне, чтобы опасаться того, что могло найтись в этой сумке.

– Такой вот полезный способ… Доказано, что это снижает уровень тревожности. Итак, на чем мы остановились? Ах да, Брандо. В последнее время я пересматриваю некоторые его творения. Вы в курсе, что он ученик Стеллы Адлер[19]?

На лице у Чарли появилось растерянное выражение. Пока что пришелец не причинил ему особого вреда. Никакого насилия не было, если не считать приматывания к креслу строительным скотчем.

Мужчина в черном вынул из стеклянной колбы фильтр, налил в одну из кружек