ним проблемы?»
Трейси улыбнулась. У нее были выразительные черты лица, четкие губы и решительный подбородок; фигура была стройной, но крепкой.
«Я ходила на курсы самообороны. Я знаю, как справиться с такими, как он», — сказала она. Блеск в ее глазах говорил о том, что она, возможно, с удовольствием воспользуется шансом это доказать.
«А что насчёт полиции?»
«Если бы старушка Ма Фаррелл узнала, что я привела сюда полицию, она бы меня выгнала».
«Хотите, чтобы я взяла их под свою опеку?» — предложила Мелисса. — «Я знаю человека, который, возможно, сможет выяснить, откуда они взялись».
«А вы бы согласились?» — Трейси выглядела облегченной. — «Меня ужасает мысль о том, что вся эта дрянь может быть у меня в комнате. Тех, кто этим торгует, нужно расстрелять… а от девушек, которые позируют для фотографий… меня тошнит!»
«Ты совершенно права», — согласилась Мелисса. Она нашла в своей сумке пластиковый пакет из супермаркета и положила туда конверт. «Я пойду. Не стоит спускаться».
Закрыв за собой дверь, миссис Фаррелл вышла из кафе «Петронелла». Ее волосы были уложены в пучок, который лежал на ее раскрасневшемся лице, словно шарик ванильного мороженого на тарелке с клубникой. Она подозрительно посмотрела на проходящую мимо Мелиссу.
Лишь пройдя несколько шагов и услышав второй хлопок уличной двери, Мелисса поняла, что миссис Фаррелл, вошедшая в салон лишь с сумочкой, вышла с пакетом, который выглядел в точности так же, как тот, что Джастин так тщательно спрятал под своим столом.
Глава 16
Прежде чем искать место, где можно пообедать, Мелисса зашла в фотобудку на почте. Карточка, дающая ей право стать членом клуба UP, которую Глория вручила ей с хихиканьем и закатыванием глаз, содержала место для фотографии, без которой, как предупреждали владельца, вступление в клуб было невозможно. Сидя на стуле, позируя и ожидая мигания индикаторов, Мелисса в который раз повторяла себе, что делает глупость. Аутентичный фон — это, конечно, хорошо, но здесь ей следовало бы остановиться. Что, если бы кто-нибудь из её читателей, или, что ещё хуже, кто-нибудь из деревни, её заметил? Когда наконец фотографии со свистом вылетели из аппарата, она успокоилась: потребовался бы действительно очень острый глаз, чтобы опознать на них своё собственное изображение.
Она пообедала в кафетерии большого магазина, немного побродила по магазинам, где продавалась модная одежда, и наконец направилась вдоль Вестгейта, свернув в переулок, ведущий к магазину «The Usual Place». Начал моросить дождь. Помня о своей новой прическе, которая, как ей казалось, ей очень шла, она раскрыла складной зонт, который носила в сумочке.
После обеденного перерыва «Обычное место» еще не закрылось, и последние посетители начали расходиться. Она прошла мимо, небрежно заглянув внутрь. С облегчением увидела Пита Крейна, усердно наводящего порядок за барной стойкой. Полагаю, кто-то другой будет отвечать за вход в клуб «Обычное место», а это означало, что ее маскировка не будет подвергаться его пристальному вниманию. Это было довольно абсурдно, но она чувствовала себя еще более взволнованной, даже нервничала из-за этой авантюры, чем во время визита к Петронелле.
Глория указала ей на боковой вход, и когда она подошла, две женщины, идущие навстречу, повернули перед ней и, болтая под зонтами, вошли внутрь. По крайней мере, она не будет первой. Она последовала за ними к двери. Внутри, в вестибюле, похожем на ресепшн небольшого отеля, за столом сидела полная блондинка со стеклянно-зелеными глазами, проверяя карточки прибывших. Глоточным, металлическим тоном, щедро приправленным гортанными смычками, она обменивалась шумными и весьма двусмысленными замечаниями с женщинами, идущими впереди Мелиссы, которые, очевидно, были ей хорошо знакомы. Они обращались к ней фамильярно как к Энни, и она едва взглянула на карточки, которыми они махали у ее довольно заметного носа.
«Новый член?» Взгляд скользнул с протянутой Мелиссой карточки на ее лицо. Они задержались там всего на полсекунды, но она почти услышала щелчок внутренней камеры. Энни наверняка снова ее узнает. «Мерил Коллинз!» — произнесла она имя с понимающим подергиванием алых губ, словно прекрасно понимала, что это уже принято считать само собой разумеющимся. «Можете оставить свои вещи в гардеробе», — сказала она, кивая головой в сторону других женщин, которые как раз выходили из ниши справа от коридора, без зонтов, пальто и сумок. «Приятного просмотра!»
«Спасибо», — вежливо сказала Мелисса, но Энни уже была занята приемом следующих гостей.
Мелисса направилась в гардеробную, которая оказалась глубокой нишей, оборудованной крючками и полками. Здание было старым, и она предположила, что когда-то эта ниша была посудным шкафом. На вешалках уже висело несколько пальто, в подставке стояли мокрые зонты, на полках лежали пакеты, а на полу — несколько набитых до отказа сумок из супермаркета. Четыре брезентовые тележки для покупок были аккуратно припаркованы рядом друг с другом в глубине ниши, оставалось место еще для одной.
Пока Мелисса снимала пальто и раскладывала свои вещи, вошли ещё две женщины. Одна тащила тележку, которую поставила рядом с остальными, с удивлением отметив, что для неё нашлось место, и многозначительно гадала, куда делась Тара. У второй женщины не было покупок, только большой мокрый зонт, который она сунула в прилавок. Они приветливо улыбнулись Мелиссе и представились как Шэрон и Сью. В последний момент она вспомнила, что её зовут Мерил. Новые посетители быстро набирали силу, и Мелисса со своими новыми подругами протиснулись мимо и поднялись наверх.
«Ты слышала, как Энни говорила, что у них сегодня появился новый мальчик?» — спросила Шэрон, невысокая, худощавая женщина средних лет с бледным цветом лица и кудрявыми темными волосами, которые, как подозревала Мелисса, были не ее собственными.
«Ты имеешь в виду, что Джорджи-бой не выступает?» — губы Сью, накрашенные помадой, сложились в букву «О» от разочарования. Она была примерно того же возраста, что и ее подруга, но ее густой макияж, бледно-голубой брючный костюм и босоножки на высоком каблуке были галантной, хотя и безуспешной попыткой скрыть этот факт. Она повернулась к Мелиссе с печальным выражением лица. «Вот это жаль! Великолепный Джордж просто потрясающий; шоу будет не таким же без него!»
«Я так слышала!» — Мелисса изо всех сил старалась изобразить глубокое разочарование и чувствовала, что у нее это неплохо получается. В этих двух женщинах было что-то теплое и дружелюбное, что оживляло монотонность их повседневной жизни безобидным, но рискованным весельем. Она начала чувствовать себя более непринужденно.
— Так кто же у нас теперь есть? — спросила Сью.
«Знойный Сэм, этот обжигающе сексуальный
