воду. Витек сделал вид, что беспокоится, и спросил, в порядке ли он. Пантелеймонов начал паниковать, он пытался выбраться на берег, но течение было сильным. Я стоял и наблюдал, как он борется с водой. А Витек продолжал играть обеспокоенного. Он бросился к краю берега и закричал, что сейчас поможет выбраться. Он даже протянул руку. Но вместо того, чтобы вытянуть его на берег, он просто толкнул Пантелеймонова еще дальше. Тот совсем ослабел и начал тонуть. А мы стояли и смотрели, как он исчезает под водой. Потом мы собрали свои вещи, оставили только удочки, чтобы создать видимость того, что Пантелеймонов действительно рыбачил…
– Ты все рассказал? – спросил Владимир
– Теперь все.
Кирьянов нажал на кнопку вызова дежурного. Через пару минут в кабинет вошел охранник.
– Увести его, – приказал Владимир.
– А вознесенские сыщики даже не обратили никакого внимания на «Ниву», на которой приехали киллеры. А также игнорировали заявления вдовы Всеволода Пантелеймонова о том, что ее супруг никогда не занимался рыбной ловлей, – сказала я.
– Ну что теперь об этом говорить. Этот «косяк» местной полиции заметили мы. Ну что, Тань, теперь послушаем, что нам расскажет эта сладкая парочка, Елизавета Скорострельникова и Григорий Серебрянников? – спросил Владимир.
– Их сначала нужно еще задержать, Володь, – сказала я.
– В принципе, да, уже можно отдать приказ на задержание, – кивнул Владимир.
Уловив мой удивленный взгляд, Кирьянов пояснил:
– Ранее я отдал приказ Виталию и еще двоим нашим оперативникам, Сергею и Антону начать слежку за Елизаветой Скорострельниковой и Григорием Серебрянниковым.
Владимир набрал номер:
– Алло, Виталий? Ну, как там у вас дела? Понял… так… да… в общем, начинайте задержание… да.
Нажав на «отбой» после окончания разговора, Владимир повернулся ко мне:
– Ну вот, Виталий и его команда засекли нашу парочку в художественной галерее. Скоро они доставят их сюда.
Действительно, часа через полтора Скорострельникова и Серебрянников уже находились в Управлении полиции, а Виталий Пустельников докладывал:
– Владимир Сергеевич, они уже здесь. Привести?
– Погоди, – остановил его Владимир. – Ты сначала расскажи, как все прошло.
– Так я вам сейчас покажу видеозапись. Как говорится, лучше один раз увидеть.
Виталий вытащил свой сотовый. На экране показалась художественная галерея, наполненная мягким светом. Виталий и два его помощника стояли за колонной и наблюдали за Елизаветой и Григорием, которые обсуждали что-то у одной из картин. Послышался шепот Виталия, который распределил зоны ответственности, поручив Антону прикрывать вход с правой стороны, а Сергею – с левой. Сам Пустельников медленно отправился к Скорострельниковой и Серебрянникову.
– Здравствуйте, прекрасная выставка, не так ли? – спросил Виталий непринужденным тоном.
Однако Елизавета и Григорий вздрогнули. Скорострельникова тут же взяла себя в руки и кивнула:
– Да, действительно, здесь много прекрасных работ. Вы тоже любите искусство?
Елизавета нашла в себе силы улыбнуться, но улыбка получилась напряженной.
– Да, я люблю искусство, но у нас есть более важные дела, чем обсуждение картин, – ответил Пустельников.
В этот момент Антон и Сергей вышли из своих укрытий и подошли к ним.
– Елизавета Витальевна и Григорий Сергеевич, вы задержаны по подозрению в причастности к убийству Александра Тимофеевича Скорострельникова, – официальным тоном произнес Виталий.
– Что? Вы что, шутите? Мы не причастны к этому! – воскликнул Григорий Серебрянников.
– У нас есть доказательства, которые указывают на вас. Не делайте резких движений, – предупредил Сергей.
Елизавета попыталась увернуться, но Сергей быстро схватил ее за руку:
– Не нужно сопротивляться, это только усложнит ситуацию и усугубит ваше положение, – предупредил он.
Григорий Серебрянников гневно выкрикнул:
– Вы не имеете права! Мы ничего не сделали!
– У нас имеется ордер на ваше задержание, вам лучше успокоиться, – сказал Виталий. – Следуйте за нами.
Сергей и Антон начали выводить Скорострельникову и Серебрянникова к выходу. В это время Григорий попытался что-то нащупать в кармане брюк.
– Что у вас в кармане? Покажите руки, – скомандовал Виталий.
Серебрянников медленно вытащил сотовый и передал Пустельникову.
– Мы проверим его позже, – кивнул Виталий, – а сейчас идите с нами.
Сергей и Антон вывели задержанных из художественной галереи.
– Ну что. Молодцы! – похвалил стажеров Владимир и обратился ко мне: – Итак, задержанные на месте, можно начинать допрос. С кого начнем, Тань? – поинтересовался Владимир.
– Наверное, с организатора – Григория Серебрянникова, – сказала я.
– Я согласен с тобой, – кивнул Владимир.
Когда Григория Серебрянникова привели в кабинет, он пытался казаться спокойным, но его руки заметно дрожали. Поначалу он держался независимо и даже высокомерно. Когда Владимир начал задавать ему трафаретные вопросы, Серебрянников демонстративно молчал.
– Так что же, Серебрянников? Будете говорить или продолжите играть в молчанку? – поинтересовался Владимир.
– Да… я скажу… – Серебрянников, кажется, уже собрался с мыслями. – Я… я никогда не думал, что смогу оказаться в такой ситуации. Все начиналось так безобидно. Я просто хотел немного развлечься, отвлечься от рутины, от постоянного давления. Подпольное казино казалось мне местом, где я мог забыть о своих проблемах, где мог почувствовать себя живым и азартным. Я не осознавал, как быстро это превратится в пагубную зависимость, в бездну, из которой невозможно выбраться. Я проигрывал, и каждый раз, когда я думал, что вот теперь-то я уже точно отыграюсь и смогу вернуть свои деньги, я лишь углублялся в эту яму. Я проиграл деньги инвесторов, деньги членов попечительского совета колледжа, деньги, которые внесли учащиеся за свое обучение. И когда моя супруга Кристина узнала об этом, когда посмотрела на меня с таким презрением и отвращением, я понял, что все кончено. Она сказала, что разведется со мной, а я не мог этого допустить, ведь частный медицинский колледж был открыт на ее деньги.
– Но этого не произошло, ведь так? – спросила я.
– Да, все обошлось, мне… помогли, – ответил Григорий Серебрянников.
– И кто же вам помог? – задала я следующий вопрос.
– Лиза. Елизавета Витальевна Скорострельникова, – сказал Григорий. – Да, в этот очень непростой период своей жизни я встретил Лизу. Она была такой яркой, такой непосредственной. Мы познакомились на одном благотворительном мероприятии, которое проводилось в картинной галерее, принадлежащей Лизе. Потом я еще несколько раз приходил в галерею на выставки и просто так, чтобы увидеть Лизу. Как-то так получилось, что однажды я рассказал ей о своих проблемах. Лиза оказалась единственной, кто попытался понять меня. Мне было очень стыдно признаться в своем пороке, но я был в отчаянии, и Лиза, почувствовав это, предложила мне помощь. Лиза дала мне деньги, чтобы я мог вернуть долг инвесторам. Я думал, что ее помощь поможет мне исправить ситуацию, что я смогу все наладить. Но когда муж Лизы, Александр Скорострельников, узнал обо всем, когда он начал угрожать Лизе, пообещав, что обнародует мое увлечение азартными играми, я почувствовал,
