в виде музыкальной ноты.
– Занятная коллекция, – проговорил он, цепляя шарм на браслет.
Рано или поздно эти шармы должны будут сыграть свою роль – или сам браслет. Рохан был уверен в этом не меньше, чем в скором предательстве Саванны.
Он взял второй предмет. Потрепанный кожаный мешочек.
– И как мистер Дэниелс отреагировал на твое предложение о союзе? – спросил Рохан как ни в чем не бывало. Как если бы он не слышал их разговор.
Солги мне, Саванна Грэйсон.
– Выдвинул встречное предложение. – Саванна обошлась короткой фразой. И пока что она говорила правду.
– И какое же? – Рохан открыл мешочек и достал из него компас, довольно старинный.
– Такое, над которым я пока еще думаю.
Тоже правда? Возможно. Но у Рохана не было привычки полагаться на «возможное». Он открыл крышку компаса и прочитал слова, написанные на обратной стороне. Загадка.
– И это все? – Саванна встала рядом с ним, изучая собственный компас. – Больше никаких вопросов?
– Я даже не мечтал об этом, любовь моя.
– Лжец.
– Все мы лжецы, Савви. – Рохан читал и перечитывал надпись на компасе. – Знаешь это, живешь этим… – Он посмотрел на таймер на потолке. – Это и есть самая грандиозная игра из всех.
Глава 53 Джиджи
Джиджи очнулась, и перед глазами все поплыло. Она и сама очень любила пользоваться скотчем в своих целях, а вот быть обмотанной им ей совсем не нравилось. Джиджи моргнула. Несколько раз.
Первое, что она увидела, был Слейт.
Его голова склонилась вперед. Волосы цвета меда падали ему на лицо, полностью закрывая его, но Джиджи узнала бы эту грудь – и эти татуировки – где угодно. Через некоторое время она наконец все вспомнила и поняла, что…
Это случилось снова. Нет, ну правда! Кто еще мог бы умудриться оказаться похищенной дважды за сутки? Джиджи сама ответила на свой вопрос вслух:
– Эта девчонка.
Она бы указала на себя двумя большими пальцами, но ее руки были замотаны скотчем за спиной. С другой стороны, ее губы могли шевелиться, и она ощущала, как чувствительность постепенно возвращалась и к остальным частям ее тела. Она была примотана к металлическому стулу, но ноги были свободны. А вот Слейта похититель связал по рукам и ногам.
«Так ему и надо!» – дерзко подумала Джиджи, а затем, с опозданием, к ней пришло другое воспоминание – его имя. Маттиас.
– Я убью его! – Голос, произнесший эти слова, был женским. Но не принадлежал Джиджи.
Придя в себя, Джиджи еще не успела осмотреться как следует. Она ощущала скотч, увидела Слейта – все. Но чужой голос заставил ее оглядеться по сторонам. Это было похоже на место для медитаций: спокойные цвета, несколько растений, подушки на полу и фонтаны в форме символа бесконечности на стенах. Здесь царила атмосфера умиротворения, по-другому и не скажешь.
И Джиджи со Слейтом были тут не одни – и, если уж на то пошло, не их одних примотали скотчем к стулу.
– Слейт! Очнись! – Третьим человеком в комнате была девушка со светло-рыжими волосами, на вид чуть старше Джиджи. Как и у Слейта, лодыжки почти рыжей тоже были связаны.
Джиджи даже захотела оскорбиться, что у нее единственной были свободные ноги.
– Привет! – крикнула она своей подруге по плену. Она бы помахала, но руки были связаны. – Меня зовут Джиджи, и мне не хочется тебя расстраивать, но Слейт и его мышцы в отключке.
– Я очнулся, – глухо простонал парень, о котором шла речь. Его тело все еще казалось обмякшим. Волосы по-прежнему падали ему на лицо. Он был похож на мертвеца.
– Притворщик! – обвинила его Джиджи.
– Что она здесь делает, Слейт? – спросила рыжеволосая.
– А вот это обидно! – не преминула высказаться Джиджи. – Серьезно, тебя похитили, а ты первым делом жалуешься на свою компанию? Меня, знаешь ли, не впервые похищают!
– Нашла чем гордиться. – Голос Слейта начал походить на человеческий. – Кто-нибудь из вас что-нибудь видел?
– Прежде чем меня вырубили? – И похоже, этим очень разозлили рыжую. – Нет. Но мне больше интересно, почему тебя не было рядом, чтобы это предотвратить?
«Потому что, – догадалась Джиджи, – он был со мной».
– Красные ботинки, – сказала она вслух. Ее товарищи по несчастью посмотрели на нее так, словно она только что объявила, что ее любимым занятием было кормить обезьян сахарной кукурузой. Пожалуй, нужно было все-таки пояснить. – На лодке Джексона, прямо перед тем, как отключиться, я увидела ботинки. Красные.
– Я, наверное, пожалею, что спросил об этом, – сказал Слейт, – но кто, черт возьми, такой Джексон?
– Один старик. Мой новый друг. Владелец лодки. У него впечатляющая борода, и он не связывал меня, так что сейчас он мой любимый друг. – И тут ее осенило. Это же было так очевидно! Она повернула голову, чтобы посмотреть на третьего человека в комнате. – Иви?
Джиджи верила в прощение, а не в месть, но сейчас была готова сделать исключение.
– Что ты делаешь? – спросил Слейт.
Джиджи оттолкнулась ногами, чтобы пододвинуть свой стул поближе к Иви.
– Подножку, – ответила она.
– И как ты собираешься поставить подножку? – спросил Слейт. – Ты примотана скотчем к стулу.
Джиджи выразительно посмотрела на него. Еще один рывок.
– Спорим?
Иви, либо еще не осознав, либо наплевав на то, что ужасная кара вот-вот настигнет ее, приказала Слейту:
– Просто вытащи нас отсюда!
– Ты видишь в этой комнате дверь, Иви?
Джиджи остановила свои попытки переместить стул. Она внимательно оглядела комнату, изучая каждую стену. Слейт был прав. Двери не было видно.
– Я говорил тебе, что с «Грандиозной игрой» что-то не так, – обращаясь к Иви, сказал Слейт. – Я предупреждал тебя, что нам лучше не лезть туда.
«Нам». Джиджи всегда была очень восприимчива к этому слову – побочный эффект того, что она близнец, что она родилась в паре.
– Ты не рассказал мне, – чуть тише заговорила Иви, – о ней.
– Он похитил меня, – любезно ответила вместо Слейта Джиджи. – Надо сказать, весьма благопристойное похищение, учитывая все обстоятельства. Три с половиной звезды.
Иви перевела взгляд со Слейта на Джиджи, потом обратно:
– Она шутит?
– Трудно сказать, – ответил Слейт. Его невозмутимость впечатляла.
Даже связанная, Иви умудрилась перебросить волосы за спину.
– Ты уволен, – сообщила она Слейту.
– Я не уволен, – ответил он. – Кроме меня, у тебя никого больше нет.
Джиджи показалось, или голос Слейта слегка смягчился? Нет, не показалось. Кроме него, у нее никого больше нет.
– Ой. – Джиджи не собиралась произносить это вслух. – Я поняла.
– Ничего ты не поняла, солнце.
– Солнце? – недоверчиво повторила Иви.
Джиджи снова подвинула стул.
– Слушай, – сказала она Иви, – некоторые люди предпочитают быть
