огромный пуховик, но я заметила, как он слегка повернул голову, а потом направил собак к краю дороги. Я тоже свернула и помахала рукой, как я надеялась, дружески.
На такой дороге и в такую погоду сразу остановиться нелегко ни на пикапе, ни на упряжке, но мы справились.
Я выскочила из машины и побежала к погонщику.
– Элай…
– Что тебе нужно? – спросил мужчина. Его лицо скрывал воротник и защитная маска, но я сразу поняла, что он не тот, за кого я его приняла. Он был стройнее и, наверное, моложе.
– Прости. Я думала это Элайджа Уайетт. Я с ним хотела поговорить.
Понимание сняло раздраженное напряжение с его плеч.
– Нужен эвакуатор?
Я просто кивнула.
– Как мне с ним связаться?
– Все просто звонят в «Тошко». – Он замялся. – Ты та самая новенькая со шрамом?
– Я тут живу уже несколько месяцев… Но да, это я, – сказала я, пожав плечами.
– Я Грант. Приятно познакомиться. – Он посмотрел на дорогу. – Если не найдешь Элайджу, значит, он уехал с собаками. Мы иногда ездим одним и тем же путем, но сегодня я его не видел. К востоку от аэропорта есть что-то вроде трассы. Он может быть там. Если поймаешь связь, позвони в аэропорт, спроси, не видели ли его Харвингтоны. – Он глянул на небо. – Говорят, они сегодня планируют летать, но кто знает.
Меня всегда поражало, что в месте, где едва работали связь и интернет, новости распространялись так быстро. Неужели все уже в курсе, что сегодня можно будет уехать? Видимо, важные вещи разлетались сами собой.
– Спасибо. Прости, пожалуйста, за беспокойство, – сказала я. Я сгорала со стыда. Я зря остановила упряжку. Я посмотрела на собак, все они терпеливо ждали, высунув языки. У Гранта было больше чистокровных хаски, чем у Элайджи. – У тебя прекрасные собаки.
– Спасибо.
– У Элайджи тоже замечательные, но не настолько… хаски. Кроме Гаса, конечно.
– Кроме Гаса, да, – рассмеялся Грант. – Элайджа не местный. Я постоянно шучу, что он один такой на Аляске с упряжкой миссурийских бродяжек.
– Что? – спросила я, почувствовав, как застыла кровь.
– Он из какого-то городка в Миссури. Ничего, он тоже про это шутит.
– Ага. А ты знаешь, что за городок?
Грант помотал головой.
– Если он мне и говорил, я не запомнил.
– Он давно в Бенедикте? – спросила я, чудом держа спокойный тон.
– Лет пятнадцать, наверное.
Он выразительно на меня посмотрел. Ему пора было ехать дальше, но он не хотел показаться грубым. Я была так поражена, что только силой заставила себя произнести вежливые слова.
– Спасибо, Грант. Приятно познакомиться, прости, что задержала.
– Ничего. Это твоя первая зима? Ты привыкнешь. Здесь несколько упряжек. Иногда это единственный способ куда-то добраться в такую погоду.
– Буду знать. Спасибо. – Я кивнула и посмотрела, как он поднимает собак. Я помахала им вслед, хотя у Гранта не было зеркала заднего вида.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться. То, что Элайджа из Миссури, еще ничего не значило. Я слишком сильно пыталась найти ответы и подсказки. В Бенедикте наверняка есть еще люди из маленьких городков в Миссури. То, что я не была с ними знакома, не имело значения.
Но мое беспокойство о матери вытеснило это новое открытие. Была ли в этом всем какая-то связь? Я огляделась. Упряжка скрылась из виду, и я снова осталась одна.
Я сложила ладони рупором.
– Мил! – Я обернулась и крикнула в другую сторону тоже.
Ожидаемо, ответа не последовало. Мне все еще был нужен проклятый ноутбук, но я решила сделать крюк. Я направилась к дому за «Тошко».
Небольшая парковка перед магазином была забита, тут и там вокруг здания стояли пикапы и другие машины. Я едва протиснулась к дому Элайджи.
Эвакуатор оказался на месте – в нашу с Мил разведку мы его не заметили.
– Элайджа, – позвала я, постучав в дверь.
Я его не боялась, однако, учитывая новые детали, стоило быть осторожной, оставаться начеку. Вокруг было так много машин, что, закричи я, кто-нибудь бы услышал.
Я заглянула в окно рядом с дверью, но увидела только небольшую уютную гостиную с диваном, креслом, кофейным столиком и парой тумбочек с лампами. Повсюду лежали книги, и мне, как и всегда в подобных случаях, стало интересно, что он любит читать.
Я надеялась, что не мои триллеры.
Я дошла до сарая. Все собаки были на месте, кроме Гаса, – это я поняла, когда быстро поздоровалась с каждой. Они радовались вниманию, но успокоились, когда я направилась к столу.
Я подбоченилась и закусила губу. Придется порыться еще. Я пожалела, что мы с Мил так бегло осмотрелись тут. Мама в таких вопросах обычно оказывалась права.
Предметы на столе мы едва изучили, поэтому я полезла глубже, открыла ящики, пролистала бумаги. Я нашла кучу счетов по услугам эвакуатора и документы на собак: на каждом было имя и фотография. Некоторых я узнала, остальные, видимо, умерли.
И только в дальнем углу одного из ящиков я нашла кое-что полезное. К верхней части ящика прилип листок бумаги.
Это была фотография Клаудии и Элайджи в баре, они улыбались, почти соприкасаясь головами. Я не хотела осуждать, но Элайджа скорее выглядел отцом Клаудии, чем близким другом. Фотография была цветная, но напечатана на обычной бумаге. Внизу подпись: я и малыш.
Дыхание перехватило – я узнала почерк. Тем же почерком был написан адрес Тревиса Уокера в записке, которую я нашла на своем столе рядом с запиской Текса.
До этого момента я не понимала, насколько характерен угол наклона и завитушка у всех букв а. Совпадение идеальное.
Слово «малыш» я скорее ожидала услышать от Клаудии, но это мог быть и Элайджа. Я снова посмотрела на бумаги. Кое-где он что-то писал от руки, но большая часть была напечатана на компьютере. В совпадении почерков на записках я была уверена на сто процентов, но так и не смогла понять, кому он принадлежит – Клаудии или Элайдже.
Я вспомнила разговор с Грантом. Маленький городок в Миссури. Упряжка миссурийских дворняжек.
Элайджа знал, кто я такая? А если знал, зачем меня мучить?
Нужно было уходить. Я положила фото обратно и вышла из-за стола. Попрощалась с собаками и поспешила к двери. Я ожидала, что на пороге столкнусь с Элайджей, но этого не произошло. Я никого не встретила.
Я села в машину и наконец вернулась в Бенедикт-Хаус.
Глава тридцать третья
– Кто там пришел, мы в столовой. Приходи есть, – крикнула Виола.
Я еще не забрала свой рюкзак, но скинула ботинки и нашла в столовой Виолу, Клаудию, Бенни и Люси. Я старалась придать лицу спокойное выражение, потому что была не готова делиться ни
