равно задай свои вопросы, — шепнул Юрген. — Иногда информация приходит позже.
В его голосе слышалась некоторая неуверенность. Это обрадовало Курта.
«Кажется, ничего не вышло!» — с облегчением подумал он.
— Тот, кто лежит здесь! Приди к нам и ответь на наши вопросы! — еще раз повторил Юрген. Видимо, на всякий случай.
— Кто вы такие, молодые люди? — неожиданно произнес тихий голос.
Сердце чуть не выпрыгнуло у Курта из груди. Он не удержался и издал сдавленный крик. Юрген, чьи нервы оказались крепче, поспешно зажал ему рот.
Из-за памятника появилась темная фигура. Лунный луч высветил лицо мужчины средних лет, одетого в строгий форменный сюртук.
Парни поспешно вскочили.
— Вы… Моцарт? — выдавил из себя Курт.
— Моцарт? — переспросила фигура. — Что за глупая шутка? Мое имя — Франц. А кто — вы, и что вам угодно?
— Нам конец, — шепнул Курт Юргену. — Это смотритель.
— Я видел смотрителя. Он выглядел значительно старше.
— Возможно, на ночь они сменяются.
— Я повторяю свой вопрос, господа, — повторила фигура. — Кто вы такие и что вам угодно?
— Простите, — затараторил Курт, — мы не делаем ничего плохого. Мы студенты. Меня зовут… Карл, а его — Генрих. И мы просто… просто… — Он в нерешительности остановился, так и не придумав убедительной причины, которая могла бы объяснить, чего ради ночью на закрытом кладбище находятся посторонние.
— Мы просто проводим научный эксперимент, — нашелся Юрген.
— Научный эксперимент? — переспросил Франц. — Надеюсь, что-то серьезное? Потому что в противном случае я вряд ли смогу счесть ваши действия допустимыми.
— Возможно, удастся отвертеться, — шепнул Юрген. — По крайней мере, он не свистит и не зовет полицию.
— А если дать деру? — предложил Курт.
— Не думаю, что это лучший выход.
— Господа, — прервал их Франц. — Если вы пришли сюда беседовать друг с другом, я вынужден буду…
— Нет-нет, — перебил его Курт. — Собственно, мы лишь хотели задать несколько вопросов Моцарту. Только и всего.
— Это очень важно, — добавил Юрген. — В научных целях.
Он со страхом ждал вопроса о разложенных вокруг причиндалах, но их собеседник спросил о другом.
— Вы хотели поговорить с Моцартом?
— Он примет нас за сумасшедших, — пробормотал Курт.
Франц не обратил внимания на его слова.
— Если вы хотели поговорить с Моцартом, почему вы пришли сюда?
— Но… — вопрос показался Юргену странным. — Где же еще говорить с Моцартом, как не на его могиле? Мы, конечно, должны были попросить разрешения, но нам казалось…
— На его могиле? — перебил Франц. — Разве вы не знаете, что Моцарт похоронен вовсе не здесь?
— Не здесь?! Как это — не здесь? — Юрген перевел взгляд на Курта и раздраженно бросил: — Хоть это ты мог бы знать.
— Простите, — запротестовал Курт. — Я в курсе, что точное место захоронения Моцарта неизвестно. Его похоронили в общей могиле и следы ее затерялись. Но нам рассказывали, что в 1859 году был случайно обнаружен план кладбища, и обелиск воздвигли как раз на предполагаемом месте захоронения.
Юрген посмотрел на приятеля с удивлением.
— Браво. Линдеман тебя недооценил.
— Это единственное, что я помню из его лекции.
— Вы говорите чушь, — раздраженно бросил Франц. — Моцарта никогда не хоронили в общей могиле.
— Как? — на этот раз удивился Юрген. — Но ведь это общеизвестный факт.
— Общеизвестный факт? — Франц усмехнулся. — Хотите, я расскажу вам, как хоронили Моцарта?
«Эти смотрители ужасно болтливы, — подумал Юрген. — Но, кажется, это именно то, что может нас спасти».
— Разумеется, — кивнул он.
Курт нервно переминался с ноги на ногу. Ему хотелось быстрее убраться с кладбища, а не вести искусствоведческие беседы.
Франц сделал шаг вперед, заложил руки за спину и поднял голову к небу. Со стороны могло показаться, что он вспоминает тот далекий день.
— Ему просто надо выговориться со скуки, — еле слышно успокоил Курта Юрген. — Послушаем немного. Кажется, нас отпустят.
— А если в это время появится кто-то еще?
— Не появится. Они дежурят по одному.
— Моцарт умер в ночь на 5 декабря 1791 года, — начал Франц. — На следующий день в три часа пополудни тело в сопровождении близких и нескольких друзей привезли к Собору Святого Стефана. В то время пышные похороны не поощрялись. Хотя благочестивый Иосиф[37] уже почти два года как скончался, тексты его погребальных правил чтили неукоснительно. После шести катафалк отправился на кладбище. В темноте и в жуткую метель за ним последовали немногие. К тому же в этом не было особого смысла. На ночь гроб помещался в кладбищенскую часовню, и лишь на следующий день могильщики предавали тело земле. На отдельную могилу могли претендовать только очень богатые и знатные люди, к которым Моцарт не принадлежал. Великому гению предстояло разделить свой последний приют с пятью-шестью безвестными соотечественниками.
— Так все же общая могила? — не удержался Юрген.
— Я сказал «предстояло», молодой человек. И, кажется, я отвечаю на ваш вопрос. Стоит ли меня перебивать?
— Простите, — смешался Юрген.
— Итак, Моцарту предстояло упокоиться в общей могиле. Примерно на этом самом месте. — Франц посмотрел себе под ноги. — С памятником, в общем, не ошиблись. Именно сюда опустили гроб.
— Гроб? — переспросил Курт. — Значит…
— Гроб был пуст, — перебил Франц. — Ночью люди графа Шалленберга выкрали тело.
— Выкрали? — удивился Курт. — Но зачем?
— Зачем? — Франц посмотрел на него. — Поскольку вы интересуетесь Моцартом, вы, конечно, видели титульный лист первого варианта «Волшебной флейты», юноша?
— Видел, — кивнул Курт, который не только никогда не видел этого листа, но и слабо представлял себе, что такое «Волшебная флейта». Его музыкальные пристрастия вполне удовлетворяло творчество группы «Раммштайн».
— Тогда вы не могли упустить из виду колонну бога Гермеса, изображенную на нем.
Курту не оставалось иного, кроме как кивнуть.
— Гермес — основоположник всех тайных учений, — помог Юрген.
— Совершенно верно. Моцарт, как и его отец, был членом масонской ложи «Zur wahren Eintracht»[38]. Его последнее произведение — кантата «Громко возвестим нашу радость». Он собственноручно дирижировал ею на освящении масонского храма «Коронованная надежда» за два дня до своей болезни. Эта шестиметровая пирамида стала средоточием всего австрийского масонства. А знаете ли вы, где был расположен этот храм?
Курт и Юрген дружно отрицательно кивнули.
— Его воздвигли в поместье графа Шалленберга — тайного советника эрцгерцога Леопольда II и видного «каменщика». — Франц испытующе посмотрел на них. — Я еще не ответил на ваш вопрос?
— Вы хотите сказать… — начал Юрген.
— Конечно. Творец воссоединился со своим творением[39]. Поэтому, если вам нужен дух Моцарта, отправляйтесь в замок Розенау. Остатки храма все еще сохранились в фамильном поместье Шалленбергов.
— Раньше я ничего не слышал об этом, — признался заинтригованный Юрген.
— Нужно уметь задавать вопросы — и ответы придут.
— А что вы можете сказать
