Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 122
Он закрыл за собой дверь, прислонился к ней спиной и сказал:
– Анна мертва.
У Линделл перехватило дыхание, но она не издала ни звука. Вместо нее испуганным восклицанием откликнулась Лилла.
При этом восклицании, внезапном движении и замешательстве в той части комнаты, которая была скрыта от глаз, до Филиппа дошло, что они не одни. На миг он застыл там, где стоял. Затем открыл дверь и вышел, закрыв ее за собой. Прежде чем Линделл успела за ним последовать, он уже ушел. В дальнем конца холла хлопнула входная дверь.
Чуть раньше главный инспектор уголовной полиции Лэм и сержант Эббот вышли из лифта и позвонили в квартиру № 8 в Тентерден-Корт-Мэншнс. Это звучное имя принадлежало многоквартирному дому, построенному на углу парка Тентерден-гарденс как раз перед войной. От самого же парка, давшего наименование этой постройке в форме полумесяца, осталась лишь полоска кустарника, вытоптанная после удаления ограждений, да несколько старых, лишенных листвы деревьев, одно из которых было повреждено осколком бомбы. Два дома в середине ряда были пусты, но квартиры остались неповрежденными.
С минуту продержав палец на звонке, сержант Эббот пожал плечами и оглянулся на своего начальника. Они оба слышали, как звонок заливается в квартире, однако больше никаких звуков изнутри не доносилось.
– Никого нет, сэр.
Лэм нахмурился.
– Она могла удрать или выйти за покупками. Спустись вниз и спроси привратника, не видел ли он, как она выходила.
– А если не видел?
Лэм поразмыслил над вопросом. У него был ордер на обыск, но он не хотел возбуждать лишних разговоров. Он не хотел впутывать в дело привратника. Не будет вреда, если спросить, видел ли он, как леди Джослин выходила. Если видел – что ж, придется подумать над этим.
Когда Эббот вернулся и сказал, что привратник не видел леди Джослин все утро, старший инспектор опять нахмурился, опустил руку в карман и вынул отмычку, которой запасся заранее.
– На самом деле, – сказал он, – было бы куда лучше, если бы пришел сэр Филипп и сам впустил нас в квартиру. Я понимаю, что у него есть свои чувства, но я бы предпочел такой расклад. Дело в том, что, когда занимаешься такой работой, тут уже не до чувств. Вот держи – заходим!
Фрэнк Эббот сунул отмычку в замок и открыл дверь. Они вошли в маленький пустой холл с дверью направо и еще одной – прямо перед ними. Обе двери были полуоткрыты, как если бы до этого кто-то проходил из одной комнаты в другую. Но квартира казалась вымершей.
Они направились прямиком в гостиную. Бледный свет падал наискосок из окон. Все было в образцовом порядке: кресла не сдвинуты, подушки взбиты, – но на каминной решетке оказалось не прибрано. Обуглившиеся остатки вчерашних поленьев лежали на горке образовавшегося пепла. Фрэнк Эббот озадаченно вздернул бровь.
Лэм что-то проворчал, резко развернулся и пошел через холл к другой открытой двери. Эта была открыта несколько шире. Трогать ее не было нужды. Не было нужды и перешагивать порог в поисках леди Джослин. Комната была кабинетом Филиппа. Леди Джослин лежала раскинувшись возле письменного стола, и оба мужчины сразу поняли, что она мертва.
После короткой паузы Лэм вошел в комнату и направился к столу. Женщина, которую он пришел арестовать, уже никогда не предстанет перед судом. Кем бы она ни была и что бы ни совершила, ее уже нет в живых. Она лежала лицом вниз, и рядом находился стянутый со стола телефон. На блестящих волосах и на желто-коричневом ковре запеклась кровь.
Лэм наклонился над телом, ни до чего не дотрагиваясь.
– Застрелена сзади в упор, – сказал он. – Похоже, старалась добраться до телефона. Что ж, нам придется позвонить в Ярд. Этим мы не можем воспользоваться. – Он указал на упавший телефонный аппарат. – Посмотри, нет ли второго телефона в спальне.
Второй телефон нашелся возле неубранной кровати Филиппа Джослина – странно не соответствующий месту нарядный бледно-голубой аппарат, окруженный стоящими тут же туфлями хозяина, кисточками и щетками на туалетном столике, общей обстановкой неприбранной мужской комнаты.
Вернулся Фрэнк Эббот и доложил:
– Вторая трубка в его комнате. Кровать не заправлена.
– Кровать?
– Односпальная. Ее спальня тут же, рядом с гостиной, там убрано, кровать заправлена, все аккуратно.
Лэм издал глухое ворчание, показывающее, что он думает.
– Похоже, это произошло сразу после его ухода. Он уходит в половине девятого, как я понимаю. Получается, что она прибрала свою комнату, но не успела прибрать его – он сказал, что у них нет прислуги. Интересно, что с завтраком.
Они прошли вместе в маленькую, окрашенную в светлые тона кухню. На чистой клетчатой скатерти стоял завтрак – чашки с кофе, кофейник и молочник, неразрезанные булочки и нетронутое масло.
– Выглядит так, что ни у кого из них не было аппетита. Кофе! Что это за напиток для начала дня? То ли дело добрый ломоть бекона и чашка крепкого чая!
– Ломоть бекона, сэр?
– Знаю, знаю: сейчас война. Но я съедаю свою норму бекона за завтраком и дальше уже стараюсь о нем не думать. Ладно, парни скоро будут здесь. По мне, это ненормально – завтракать чашкой кофе.
– Он был после снотворного, а она… кем бы ни была, долго жила во Франции, и чашка кофе с круассаном – это, наверное, то, к чему она привыкла.
Старший инспектор Лэм всем своим видом выражал глубокое неодобрение.
– Тогда неудивительно, что Франция проиграла войну. Кофе! Какие вояки из мужчин, если по утрам они пьют кофе? – В это время резко зазвонил телефон. – Кто это, интересно? Пойди узнай!
Фрэнк Эббот поднял бледно-голубую трубку. Взволнованный голос произнес:
– Кто это? Филипп, это ты?
– Нет, – ответил Эббот и умолк.
Голос был обворожительным, мягким, молодым и огорченным. Через некоторое время он прозвучал снова:
– Я говорю с квартирой 8 в Тентерден-Корт-Мэншнс?
– Да. Кто говорит?
– Миссис Перри Джослин. Леди Джослин там? Могу я с ней поговорить?
– Боюсь, что нет.
– О! – Волнение в голосе возросло. – О, простите… что-то случилось?
– Что заставляет вас так думать, миссис Джослин?
– Филипп сказал… – Ее голос оборвался. – Это ведь неправда? Она не умерла?
– А сэр Филипп сказал вам, что леди Джослин умерла?
– О да. Точнее, он сказал это не мне. Он открыл дверь и увидел только Лин… мою кузину мисс Армитедж… и сказал: «Анна мертва». А когда я обратилась к нему, он тут же вышел, поэтому мы не смогли его расспросить. А я не могла в это поверить, поэтому решила позвонить.
– Когда это было, миссис Джослин?
– Это было без четверти час. Но, пожалуйста, скажите мне, кто вы. Вы врач? Не могли бы вы сказать, что случилось? Это был несчастный случай? Она действительно мертва?
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 122
