Оттеснив мисс Хейл от Карла, я повела ее к машине.
– Спасибо, – дрожащим и все еще хриплым голосом пробормотала я на прощание.
Учительница улыбнулась мне через плечо.
– У тебя хорошая семья, – отметила она, садясь в машину.
Я смотрела вслед мисс Хейл и прокручивала в голове ее слова: «У тебя хорошая семья»…
Скрыть запустение и правда проще простого.
Глава 20
Вновь оставшись в одиночестве, Пола медленно перечитала статью. Но это не помогло, глаз цеплялся лишь за отдельные фразы: «синяки на лице…», «следы отпечатков пальцев…», «дыхательные пути перекрыты…» – и с каждым абзацем ее взгляд вновь и вновь возвращался к сопроводительной фотографии.
Пола приблизила снимок, но от этого изображение стало более размытым. Она снова уменьшила фото и внимательно его изучила. Полиция явно разыскивала Анну. Берет, приталенное пальто, поза фигуры на снимке – все говорило в пользу этого подозрения. Пола тут же поправила себя: это ведь обычные вещи, одежды недостаточно, чтобы точно идентифицировать человека.
Берет, возможно, и скрывал длинные волосы у девушки на фото, но, скорее всего, стрижка у нее короткая, как у Анны. Если бы это было не так, какие-то пряди обязательно выбились бы наружу. Или она все-таки как-то их затолкала?
Поле не давало покоя какое-то странное чувство. Словно она знала подозреваемую. Но не как Анну, а как кого-то другого. Что-то в ее образе казалось смутно знакомым.
Но вспомнить, что именно, не получалось. Нахмурившись, Пола покинула сайт и, взглянув на часы, поняла, что уже поздно. В зоне отдыха после внезапно хлынувшей на палубу толпы так никто и не появился. Пола содрогнулась при мысли, что осталась совершенно одна. Схватив ключ-карту, она поспешила к лестнице.
* * *
Было уже за полночь, и Анна решила встать и одеться. Ей надоело сидеть, как преступнице, и смиренно ждать, пока полиция ее арестует.
Через несколько часов они причалят в Рейкьявике. Может быть, именно этого полицейские и выжидают: чтобы пассажиры сначала сошли на берег и на роскошном лайнере обошлось без лишних сцен?
Она надела пуховик, перчатки и берет – не розовый, а черный вязаный – и осторожно открыла дверь. В коридоре царила тишина, темноту рассеивал лишь приглушенный белый свет лампочек. По дороге к лифту Анна услышала характерный мелодичный звук, возвещающий о его прибытии.
Она прижалась к стене и осмотрелась по сторонам. Выхода нет, спрятаться негде. Может быть, старший помощник капитана Патрик Дуэйн вооружился доказательствами преступления Анны и пришел за ней?
Она оттолкнулась от стены и расправила плечи. Двери лифта распахнулись, и в коридор вышел мужчина.
Томми.
Она облегченно улыбнулась. При виде Анны Томми просиял.
– Привет, – осторожно начала она, чтобы подстраховаться на случай, если в лифте стоит Пола.
– Анна, куда это ты так поздно? – спросил Томми.
Он был пьян и говорил слегка невнятно.
– Решила прогуляться, проверить, не видно ли северное сияние, – ответила Анна. – Не хочешь вместо этого выпить со мной в каюте?
Взгляд мужчины метнулся к закрытой двери люкса «Экспедиция», и Анна прочитала его мысли. В номере спала Пола или, что более вероятно, не могла уснуть в ожидании блудного мужа.
– Может, поднимемся на палубу? – тихонько предложила девушка.
Томми кивнул и, протянув руку, нажал на кнопку лифта. Из одной из соседних кают донеслось звяканье. Кто-то снял дверную цепочку.
Проскользнув мимо Томми и коснувшись его плечом, Анна вошла в лифт. Бросив последний взгляд на коридор, мужчина последовал за ней.
Как только двери лифта закрылись, Томми навалился на Анну всем телом и начал грубо хватать ее за грудь и бедра. Он резко прижал ее к стене, где висело зеркало. В этот момент Анна поняла, что Томми куда пьянее, чем ей казалось.
Она увидела свое отражение в зеркале: румянец на щеках, берет съехал набок. По сравнению с Томми Анна выглядела хрупкой и миниатюрной. На самом деле она вовсе не нуждалась в мужской поддержке и опоре – и уж точно не в их физической защите, – но было так приятно притворяться перед Томми!
Лифт с шумом остановился. Томми отстранился от нее и ударил по кнопочной панели, наверняка стремясь удержать лифт на месте, чтобы и дальше лапать Анну. Но двери открылись, и она, юркнув под его рукой, вышла на палубу.
Томми растерянно посмотрел на Анну и вышел следом, пошатываясь.
Она прогуливалась по морозной палубе на несколько шагов впереди Томми и время от времени оглядывалась проверить, идет ли он за ней. Анна остановилась и взглянула наверх: по небу дугой пронеслась полоска белого света – последние огни потока Леонид. Когда в месте, где небо встречается с морем, вспыхнула и погасла падающая звезда, Анна вспомнила об уведомлении, которое пришло ей сегодня вечером в приложении. Позади раздался тяжелый стук шагов, оповещая о приближении Томми, и девушка обернулась к нему.
Морозный воздух, казалось, быстро отрезвил мужчину. Он смотрел на Анну, удивленно моргая, и почесывал лицо, словно не мог понять, как здесь оказался.
– Ну ты даешь, конечно, – ляпнул Томми, стоя в метре от нее.
И хотя алкоголь больше не придавал ему храбрости, мужчина не осторожничал и не стеснялся. Он выглядел так, словно проделывал нечто подобное уже десятки раз.
Попался! Анна широко улыбнулась и, покачиваясь, подошла к нему. Теперь нужно было действовать осторожно: не стоит подавать ему все на блюдечке с голубой каемочкой. Надо распалить Томми, заставить мечтать о большем, чтобы он связывал с ней не просто секс на один раз.
Анна стыдливо опустила глаза, чтобы выиграть время и обдумать дальнейшие действия. Завтра они сойдут с корабля в Исландии, и ей и без Томми будет чем заняться. Полой, например, и Патриком Дуэйном – старшим помощником капитана, который расспрашивал ее о Марке.
Вспомнив о холодности Патрика, Анна влезла на нижнюю перекладину перил и перегнулась через борт, чтобы осмотреть судно в поисках камер видеонаблюдения. Ведь если помощник капитана за нее возьмется, записи с камер будут его единственной настоящей зацепкой. Собственные его подозрения не в счет. Если по внешнему периметру корабля не установлена система безопасности, Анне не о чем беспокоиться.
– Осторожней, – обеспокоенно предупредил Томми.
Обхватив ее за верхнюю часть тела, он шутя оторвал ее от перил и поставил на палубу.
– Просто любуюсь видом, – спокойно отреагировала Анна, мысленно проклиная его геройские замашки.
В этот момент за спиной Томми развернулась невероятная картина. Небо над горизонтом постепенно светлело. Если бы не цвет, это можно было бы принять за восход солнца. Отдаленное изумрудно-зеленое мерцание казалось живым: оно пульсировало и простиралось вверх и вширь.
Анна не сомневалась, что их ждет по-настоящему впечатляющее зрелище. Она схватила Томми за руку и развернула в сторону океана. При виде размеренно движущегося в их сторону северного сияния у мужчины перехватило дыхание. Сине-серые всполохи с пронзительными переливами фуксии, пульсируя, разрезали черное ночное небо.
Анна отправилась в этот круиз вовсе не ради северного сияния. Для нее это была обычная поездка, очередной шаг для достижения главной цели. Но в момент, когда на небе вспыхнули огни, все, за что девушка боролась и убивала, померкло. Она почувствовала, как под пальто за хрупкими ребрами гулко заколотилось сердце. К восхищению примешивался страх перед этим поистине неземным зрелищем. Как и во время поездки на лифте с Томми, Анна вдруг ощутила себя крошечной и беспомощной.
– Наконец-то, – прошептал Томми сквозь стиснутые зубы. – Ур-р-р-а!
Анна хотела велеть ему замолчать, ведь слова все только портили, но при виде его восторга ее охватило не раздражение, а совсем другое чувство. «Он же совсем как ребенок», – подумала она, и эта детская непосредственность вдруг показалась ей очаровательной.
