Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63
Наверное, это была худшая ночь в его жизни, из тех, что запоминаются навсегда. Но насмешки и задирания Слимана всерьез подрывали его дух. Каждый раз, когда он приносил еду, или забирал ведро, или считал, что Аким слишком нянчится или миндальничает с «нашим малышом», Слиман отпускал мерзкое замечание, или приставлял к его гениталиям пистолет и вырывал волоски на шее сзади, или с силой бил по голове. Франсуа думал, как поступил бы на его месте более храбрый человек – попробовал ударить Слимана в ответ? Сделал бы попытку убежать? Возможно, стоило попытаться сбежать. Если они убили Филиппа и Жаннин, они наверняка попытаются убить и его.
Часто, когда Слиман дежурил ночью, он будил Франсуа пинками – просто чтобы не давать ему спать, чтобы немного развлечься во время скучной ночной смены. Поэтому Франсуа старался спать днем. Он лежал на кровати, прислушивался к кваканью лягушек и пению птиц в саду и мечтал о Париже, о том, чтобы родители вдруг оказались живы и вытащили его из переделки, в которую он попал. Потом, со временем, он начал думать о своей настоящей матери, об Амелии Левен, но он никогда не видел ее лица, не представлял себе, как она выглядит – ни она, ни человек, который был его отцом. Похож ли он на них? Возможно, теперь Франсуа был уже слишком взрослым и семейное сходство потерялось. Он никогда не думал о том, чтобы их найти, ни разу с тех пор, как Филипп и Жаннин сообщили ему правду, но к концу третьей недели заключения Франсуа начал молиться о том, чтобы они его спасли. Чтобы настоящие родители каким-то образом заплатили выкуп и вернули его к его жизни в Париже. Иногда Франсуа плакал, как ребенок, по матери, которую он никогда не видел, по отцу, которого он не знал. Он старался, чтобы никто этого не заметил; Франсуа не хотел доставлять Слиману лишнее удовольствие. Он как мог пытался сохранять достоинство. Но все было в сто раз хуже из-за Венсана. Франсуа знал, что другой человек заменил его, украл его жизнь и что он налаживает отношения с Амелией, и это было абсолютно невыносимо.
– Венсан живет в твоем доме, – повторял Слиман, день за днем, ночь за ночью. – Он носит твою одежду, трахает твоих девчонок. Он даже ездил в отпуск с твоей матерью. Ты не знал? Так вот я тебе сообщаю. Люк говорит, она его обожает. Они не могут друг на друга наглядеться. Он собирается переехать в Англию и жить с ней. Как тебе это нравится, Франсуа? У Амелии теперь есть сын, о котором она всегда мечтала. Зачем она будет платить деньги за такую вонючку, как ты?
Амелия позвонила человеку, который больше не был ее сыном, который унизил ее, как не унижал никогда и никто, меньше чем через час после того, как они с Томом встретились в Квинсвее. Она вышла на кухню и набрала его номер со своего личного мобильного. Том стоял рядом и не уставал поражаться способности Амелии изображать любящую мать после того, как она обо всем узнала.
– Франсуа? Это Амелия. Я скучала по тебе, милый. Как ты? Как там в Париже?
Они разговаривали почти десять минут. «Франсуа» рассказал, как добрался домой из Марселя, не проколовшись ни в одном из пунктов. Его легенда была безупречна. Амелия подумала, что такую способность к обману встречает, пожалуй, в первый раз. Ей пришло в голову, что тот, кого Том назвал Люком, вполне возможно, сидит сейчас рядом с Кукушкой в Париже, точно так же, как Том рядом с ней. Два комплекта шпионов, в Лондоне и Париже, и все думают, что они переиграли другого.
– Какие у тебя планы на выходные? – спросила она.
– Никаких, – ответил Кукушка. – А что?
– Я просто подумала, что если ты свободен… ты мог бы приехать ко мне в Уилтшир и провести выходные в моем доме.
– О…
– Я понимаю, может быть, я слишком тороплю события…
– Нет-нет, – с энтузиазмом возразил Кукушка. Его начальство в Париже должно было одобрить такое приглашение. – Жиль тоже будет?
– Нет. – Амелия взглянула на Тома. Он нахмурился, как будто не понимал, откуда у Кукушки такой интерес к мужу Амелии. – Думаю, нет. Он уезжает. А что, ты хочешь с ним познакомиться?
– Знаешь, наверное, на данный момент я бы предпочел, чтобы мы были только вдвоем. Если ты не возражаешь.
– Конечно, милый. – Она выдержала идеальную паузу. – Так это значит, что ты согласен?
– Я с радостью приеду.
– О, это замечательно! Буду тебя ждать. – Амелия вспомнила, как Кукушка настаивал на том, чтобы плыть до Марселя паромом, и решила устроить ему маленькую блиц-проверку. – Я вышлю тебе билет на самолет?
– Я не люблю летать, помнишь? – тут же ответил он. Такой реакции можно было только позавидовать.
Какой же она была дурой! Полной тупицей. Как можно было позволить так себя провести. А теперь она должна была продолжать лгать, следить за каждым своим словом, чтобы ее поведение в Уилтшире ничем не отличалось от поведения в Тунисе. Нужно играть роль любящей матери, обнимать его, улыбаться, интересоваться его делами. Амелия боялась этого и в то же время жаждала отомстить. Она вновь оказалась в привычной среде, так не похожей на тунисское блаженство; здесь требовалось неослабное внимание, абсолютная преданность делу и отсутствие личных эмоций. Возможно, это и была ее настоящая стихия.
– Я умираю с голода, – сказала она и положила руку на локоть Тома. Один из маленьких жестов, позволяющих контролировать мужчину, который давно вошел у нее в привычку. – Отведешь меня куда-нибудь поесть?
– Конечно.
Они дошли до ливанского ресторана на Вестборн-Гроув, сели за стол и стали обсуждать план действий. Меню были раскрыты, бутылка вина уже заказана. Чтобы сохранить операцию в тайне от Траскотта, Хэйнеса и Маркуэнда, Том предложил собрать свою собственную команду из верных людей, не состоящих на службе на Воксхолл-Кросс. Он подумал, что стоит связаться с Барбарой Найт, и сказал, что позвонит ей утром в Ниццу, чтобы обо всем договориться. Они заказали еду, и Том отправил сообщение Эльзе Кассани, с вопросом, сможет ли она прилететь в Лондон ближайшим рейсом. Эльза ответила минут через пятнадцать. «Для вас – все что угодно», – прочитал он и улыбнулся. Том знал парня из MИ-5, бывшего техника, по имени Хэролд Мобрэй, который сейчас работал на частную фирму, и решил, что он составит отличный тандем с Эльзой. Вместе они смогут хорошенько прочесать компьютер Кукушки и его мобильные телефоны. Еще им был нужен человек, который будет следить за Кукушкой, когда он покинет дом Амелии в Уилтшире. На эту роль Том определил одного старого знакомого, бывшего морского пехотинца Кевина Вигорса; Том знал, что за наличные Кевин сделает все, что от него требуется.
– Мне понадобятся деньги, – сообщил он Амелии. – И много. Это все хорошие специалисты, и им всем нужно хорошо заплатить.
– Организуем, – отозвалась она. Интересно, подумал Том, будет ли она обращаться за деньгами к Жилю. – Я посмотрю, что можно раскопать на Люка Жаво, но я не смогу вырваться из офиса на этой неделе. Тебе придется действовать самому до следующей пятницы; тогда мы встретимся в Уилтшире. Следующие несколько дней у меня сплошные встречи, а в среду премьер-министр. Справишься?
Том кивнул:
– Хорошо. – Так было даже лучше. Пусть Амелия остается в стороне от всего, пока Кукушка еще в Париже. В случае, если что-то пойдет не так, ей будет легче все отрицать. – Как насчет силовых ресурсов?
– Что ты имеешь в виду?
Том постарался объяснить свою мысль как можно более осторожно:
– Если мы найдем Франсуа, возможно, нам понадобится применить силу. Если они потребуют выкуп, то обязательно попытаются убить его, и не важно, заплатишь ты или нет.
– Я понимаю. – Амелия отодвинула от себя тарелку с остатками еды и промокнула губы салфеткой. Том принял это за признак волнения и, как выяснилось, ошибся.
– Я хочу сказать, мы должны добраться до них до того, как дойдет до этой стадии. Нужно застать их врасплох…
– Я поняла, что ты хочешь сказать, Том. – Амелия обвела взглядом обеденный зал. Официант убирал тарелки и стаканы с соседнего столика. – У нас есть люди во Франции и в Северной Испании, и они могли бы сделать такую работу. Но я не знаю, как провести это мимо Саймона. Чтобы использовать SAS[25], понадобится некоторое… искусство.
– Забудь о SAS. Нам надо будет обратиться к наемникам.
Амелия покрутила золотую цепочку на шее.
– Если только они не психи-энтузиасты. Я знаю таких ребят: они неделями ничего не делают, сидят на месте, чистят винтовки и вспоминают добрые старые времена в Херефорде. Я не хочу, чтобы они ворвались туда и открыли шквальный огонь по всему, что движется. Мне нужны люди с опытом и такие, которые хорошо знают Францию.
– Конечно.
– Я хочу, чтобы ты пошел с ними, Том. Обещаешь мне? Чтобы приглядывать за ними.
Это просьба поразила Тома не на шутку; за всю свою долгую карьеру он не сделал практически ни одного выстрела. И тем не менее он не хотел отказывать Амелии.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63
