ней, исчезли в один миг. За дверью тут же раздался голос одного из мужчин. Тон изменился – уже не было той официальности, с которой он представлялся полицейским.
– Эта сука вырубила стрим!
Следом раздался сильный удар в дверь. Казалось, ее пытаются выбить. Суён схватила туфли, которые оставила у входа, и, не раздумывая, бросилась в комнату.
Эти люди – не полицейские. Иначе как минимум объяснили бы, по какому поводу поступил вызов, а не стали бы угрожать и требовать открыть дверь. Неужели это люди из той самой организации, о которой говорил ректор Ли?
Если ее поймают, что с ней сделают? Сейчас нет времени об этом думать. Суён порвала листок с шифром, который так и не успела полностью разгадать, и запихнула в сумку.
Окно в комнате Кёнхёна выходило в коридор, шторы были плотно задвинуты, но за стеклом чувствовалось движение. Кто-то пытался открыть окно снаружи. Побледнев, Суён быстро закинула сумку на плечо.
Голос Сокхи в наушнике оставался ровным:
– Спокойно. Делайте, что я говорю. Вам нужно выбраться через балконное окно и пробраться в квартиру 203.
– Через окно?!
– А вы хотите через дверь? Эти люди уверены, что вы моя сообщница. Если попадетесь, они вас не отпустят. Идите в спальню. Крайняя правая дверь в коридоре.
Суён послушно бросилась в спальню, скользнула за занавески, толкнула стеклянную дверь на балкон и только тогда заметила, что на улице льет дождь. А ей предстоит перелезть через окно. Просто отлично.
Выбравшись, Суён опустила на пол туфли, которые прихватила из прихожей. Перелезать через окно в такой обуви – самоубийство.
– Двести третья квартира находится слева от вас, – сказала Сокхи.
Суён распахнула окно, и в помещение ворвался влажный воздух. Порыв ветра швырнул капли дождя прямо в лицо. Прикрывшись рукой, Суён сняла москитную сетку. Оставалась железная решетка.
– Потяните левую перекладину на себя. С силой.
Суён ухватилась за перекладину обеими руками и резко дернула. Решетка с треском поддалась, словно была заранее надрезана, и упала внутрь. Отверстие было достаточно широким, чтобы Суён смогла пролезть.
Не теряя времени, она сунула плечо в проем. Но застряла – сумка зацепилась. Скинув ее с плеча на предплечье, Суён кое-как наполовину выбралась из окна. Ливень хлестал в лицо, заливал глаза, сумка потяжелела, и сохранять равновесие в таком положении было непросто.
Протянув руку, она с трудом ухватилась за водосточную трубу. Оставалось только оторвать ноги, но они словно приросли к месту. Пальцы скользили, и казалось, она упадет.
Суён пыталась собраться с духом, когда раздался голос Сокхи:
– Вам лучше поторопиться. Они только что вошли в квартиру.
Она зажмурилась. Труба, за которую она держалась, шаталась от любого движения.
Шторы скрывали ее от посторонних глаз, но из спальни раздались громкие звуки – кто-то с силой дергал дверную ручку. Все нутро подсказывало, что больше медлить нельзя.
Суён резко оттолкнулась носками от мокрой решетки, вцепилась в трубу и с трудом дотянулась до выступа на стене. Она и представить себе не могла, что в сорок лет ей придется карабкаться по стенам. Мышцы свело от напряжения, тело, непривычное к такой нагрузке, отчаянно протестовало.
Спасительные решетки на окне соседней квартиры казались недосягаемыми. Рука ныла, болтающаяся на предплечье сумка тянула вниз, пальцы начали неметь – и это пугало больше всего. До земли было выше, чем она думала. На мгновение в голове промелькнула безумная мысль – может, просто отпустить руки?
В следующую секунду окно квартиры 203 распахнулось, и женщина с короткими волосами и маской на лице протянула к ней руку. Их взгляды встретились. Суён судорожно втянула воздух.
Сокхи?
Все это время она была буквально за стеной?! От потрясения Суён разжала пальцы. Почувствовала, как заваливается назад, и в панике схватилась за протянутую руку. Сокхи с невероятной легкостью потянула ее вверх. Суён судорожно замахала второй рукой, пока, наконец, не ухватилась за решетку. Сокхи просунула руки под ее плечи и резко дернула вверх. Помогла перебраться через подоконник, после чего тут же захлопнула окно.
Суён тяжело рухнула на кафель и замерла, пытаясь отдышаться. Хотела было встать и вдруг заметила на ладони следы крови. Вытерла ее рукавом, но раны не нашла. Это была не ее кровь.
Суён перевела взгляд на Сокхи. Ее рука была перебинтована, но сквозь ткань проступали свежие пятна крови.
Сокхи поправила бинт, затянула его покрепче и, не говоря ни слова, направилась внутрь квартиры.
Поколебавшись, Суён направилась следом и огляделась по сторонам. Комната была практически пустой. Неужели Сокхи сняла эту квартиру специально для операции?
Сокхи уже склонилась над стоявшим на столе ноутбуком, полностью сосредоточенная на том, что отображалось на экране.
Глядя ей в спину, Суён ощутила непреодолимое желание заглянуть ей в голову, понять, о чем она думает. Потом открыла рот и спросила:
– Где Ёнчжи?
Сокхи даже не повернулась.
– Там, где вам нужно будет ее найти.
– В той вилле?
– Вы ее помните?
Почему она спрашивает так, будто Суён должна что-то помнить? Будто уверена, что Суён знает это место? А ведь ректор Ли тоже пытался ей что-то сказать… Мысли вернулись к зашифрованному тексту, который она в спешке сунула в сумку.
Наконец, Сокхи отвела взгляд от экрана и повернулась к Суён. Взгляд ее был не просто внимательным, почти пронзительным, будто она хотела разобрать каждую мельчайшую эмоцию у нее на лице. Суён стало не по себе, и она уже собиралась спросить напрямую, но тут Сокхи заговорила первой:
– Помните тест, который давали мне на консультации? Там нужно было дописать предложения о семье.
Суён задумалась. После всего, что произошло за последние дни, голова работала с трудом, мысли путались. Тест, который упомянула Сокхи, был проективным – закончив предложения, человек непроизвольно раскрывал свои убеждения и ценности.
Медленно, словно собирая пазл, она начала вспоминать, что написала Сокхи.
– Тест на завершение предложений… Там было много вопросов о семье, – осторожно произнесла Суён.
– На самом деле мои ответы были основаны на чужих историях. Кёнхёна – об отце, Ёнчжи – о матери.
Что же она писала о матери?
Будто угадав ее мысли, Сокхи сказала:
– Моя мама частенько что-то забывает.
Теперь Суён вспомнила. Она еще уточнила у Сокхи, что именно, по ее мнению, забывала ее мать.
Сокхи тогда ответила: «Всякие мелочи. Иногда что-то важное. Но она очень занята, так что неудивительно».
Но…
– Ёнчжи действительно так сказала? Что ее мама частенько что-то забывает?
– Лучше уж забывчивый родитель, чем тот, которому нет до тебя дела.
Суён вспомнила разговор с ректором Ли.
Отец, который не замечал,
