военный, зная сложность ситуации, осторожничали, зато наследник-цесаревич и императрица Мария Александровна настаивали на военном вмешательстве страны в события на Балканах, жизненно важные для христиан Балканского полуострова.
В итоге Александр II решился на войну с Турцией и обратился к ней с жестким ультиматумом, настаивая на облегчении участи славянского населения. Поддерживаемая европейскими государствами Османская Турция отвергла российские условия, и, чтобы отстоять важную для империи репутацию сильной военной державы, Александр II объявил войну. На театр военных действий он отправился и сам, взяв с собою наследника престола. Главнокомандующим был назначен брат императора великий князь Николай Николаевич-старший, вся военная часть императорской фамилии отправилась на популярную в обществе войну во имя освобождения христиан от гнета «неверных». Сам он [Александр II] решил оставаться на балканском театре военных действий до победного конца, который для России мог состоять в решении давно поставленного вопроса о проливах, чему воспрепятствовала Англия, не желавшая военного усиления России.
В войне наследник командовал так называемым Рущукским отрядом, который должен был воспрепятствовать обходному маневру турок с целью зайти в тыл российским армиям, которые осаждали проходы через Балканы, прежде всего крепость Плевну и перевал Шипку. На Русско-турецкой войне 1877 г., которую очень осуждала часть российской администрации, Александр Александрович получил возможность проявить себя в качестве воина, практически познакомиться с военной службой и военной частью командной элиты. Возможно, именно с этих лет идет его неприязнь к военным действиям, ибо турецкая кампания для России обернулась большими потерями и тяжелыми боями.
Александр Александрович на войне обнаружил себя как человек неробкого десятка, гостеприимный хозяин и ответственный военачальник, который сделал все от него зависящее, чтобы не оставить в тяжелую минуту войска своего отряда, когда на Балканы была вызвана гвардия. В глазах великого князя Николай Николаевич-старший был повинен в том, что он неудачно руководил военными действиями. Наследника наградили боевым орденом [Св.] Георгия 2-й степени и золотым оружием. На войне он сошелся с рядом военных деятелей (И. И. Воронцовым-Дашковым, П. С. Ванновским), которые играли большую роль в последующее время.
Александр II, приняв на себя ультиматум, который означал фактическое начало Русско-турецкой войны, вернулся в Петербург лишь после того, как русские войска взяли Плевну. Вернулся он в нелегкую пору развития террористической деятельности народовольцев, недовольства российского общества итогами войны, которые оказались сведены к минимуму на Берлинском конгрессе, не решив проблем захвата проливов и Константинополя, гарантирующих России власть не только над Черным, но и отчасти над Средиземным морем. Александр Александрович вернулся в Петербург уже после императора, к тяжело больной и доживавшей свои последние дни матери – императрице Марии Александровне. Из-за матери отношения наследника с отцом в 1870-х годах обострились. Александр Александрович был привязан к императрице Марии Александровне, ее чахотка прогрессировала, она должна была лечиться. Между тем Александр II вскоре после смерти великого князя Николая Александровича вступил в долговременную семейную связь с княжной Екатериной Михайловной Долгоруковой. Эта связь, принесшая императору четверых детей (один из них скончался вскоре после рождения), была очень прочной и глубоко ранила императрицу. Александр II после войны 1877 г. все более старел и уставал от государственных дел, становясь со временем частным человеком. Александр Александрович так и остался в несогласии с новой избранницей отца. Поездка наследника в Ливадию, где император надеялся примирить его с Юрьевской, не достигла цели. В мае 1880 г. Александру Александровичу пришлось пережить смерть любимой матери, скончавшейся в одиночестве, так как император предпочел уединиться в Цдрском Селе с гражданской семьей 6. Связь императора была темой многих пересудов, отношения наследника с мачехой по-прежнему не налаживались. Сохранялась и угроза коронации Е. М. Юрьевской, с которой император тайно обвенчался в июле 1880 г., как только прошел 40-й день со дня кончины императрицы, и Александр II даже намекал на возможность объявления, в случае оформления законного брака, наследником сына от брака с княгиней Е. М. Юрьевской. Российское высшее общество раскололось, и взрыв брошенной народовольцами бомбы 1 марта 1881 г. положил предел такой неопределенности положения 7.
Александр III приехал из Аничкова дворца и застал истекающего кровью отца еще в живых. Смерть монарха означала немедленное вступление на престол нового императора: так требовал обычай и правила наследственной монархии.
Первые дни нового императора Александра III были заняты теми самыми чисто формальными ритуалами, которые Александр Александрович очень не любил: произнесением традиционных слов, выслушиванием официальных соболезнований и поздравлений с воцарением.
Воцарение для него было совершенно неожиданным и, видимо, сильно выбило из колеи. Ему спешно пришлось обучаться манерам монаршего поведения, с чем он быстро справился; скорее всего, в это время он еще не определил главное направление царствования, но довольно скоро ему пришлось этим заняться. М. Т. Лорис-Меликов, занимавший пост министра внутренних дел и лидирующее положение, взял курс на либеральные уступки и довольно успешно осуществлял его. Окружение императора больше ориентировалось на «премьера» и готово было поддержать его либеральные инициативы. В то же время в дни смены монархов резко возросло влияние и значение К. П. Победоносцева, взявшего на себя роль наставника и защитника консервативных начал 8.
Несмотря на то что, вступив на престол, Александр III сразу оказался занят многими текущими делами, включая наказание террористов, организацию похорон, удаление из Петербурга столь ненавистной ему семьи Юрьевских и т. д., «молодой монарх», как его называли, счел нужным решить наиболее острый вопрос – о проекте М. Т. Лорис-Меликова, предусматривавшем преобразование Государственного совета в представительное учреждение. Для этого 8 марта 1881 г. был собран Совет министров, куда были приглашены С. Г. Строганов и К. П. Победоносцев. Они выступали наиболее непримиримыми оппонентами проекта министра внутренних дел. В этом заседании Александр III не проявил себя в качестве консерватора, оговорив необходимость вернуться к обсуждению вопроса о реформировании верховной власти. Очевидно, в это время он еще проявлял колебания в выборе правительственного курса. Однако – возможно, уже под влиянием К. П. Победоносцева и других противников каких-либо уступок – новый император издал манифест (29 апреля 1881 г.), где заявлялось о намерении сохранить самодержавие, причем незыблемо. Тем самым высочайшие склонности были проявлены уже откровенно. За этим последовали и отставки М. Т. Лорис-Меликова и его окружения: А. А. Абазы, Д. А. Милютина. Александр III отправил в отставку председателя Государственного совета великого князя Константина Николаевича, затем – в соответствии со своими амбициями – П. А. Валуева (председателя Комитета министров). 1881–1882 гг. – это время формирования высшего административного слоя; он оставил своего прежнего учителя Н. X. Бунге министром финансов. В 1882 г., после того как министр внутренних дел Н. П. Игнатьев, назначенный на этот пост как
