конечно, не успели бы. Табун стремительно приближался, и у нас оставался только один выход – застрелить вожака. Я перезарядил мелкокалиберную винтовку усиленным патроном и стал ждать. При этом мы махали руками, кричали и ругались всеми нецензурными словами, которые знали. Когда оставалось метров пятьдесят до табуна, я взял на мушку вожака, прицелился и стал ждать его приближения. У нас оставалось несколько секунд. Вдруг вожак встал как вкопанный, и весь табун остановился. Вожак узнал в нас людей, свернул в сторону леса и увел за собой лошадей.
Мы вздохнули с облегчением и пошли дальше по маршруту, довольные тем, что не пришлось стрелять в красивого, сильного, грациозного коня. Да разве смог бы я его свалить из мелкокалиберной винтовки? – Вот вопрос.
В этом полевом сезоне были всякие случаи, вроде бы к геологии не имели отношения, больше к нравственным понятиям людей, их порядочности, к памятникам старины.
В одном из маршрутов мы с Юрой случайно, за много километров от жилья и дорог, нашли в горной местности старинный памятник в форме четырехгранной пирамиды высотой в человеческий рост, высеченный из базальта. Такой горной породы мы не встречали в маршруте. На четырех сторонах памятника были нанесены иероглифы. О находке рассказали нашей геологической партии. Все захотели посмотреть на этот памятник истории. Было совершенно ясно, что этот памятник был когда-то привезен и установлен людьми или на захоронении, или на торговом пути.
В нашем распоряжении была грузовая машина, и мы поехали на экскурсию смотреть это чудо.
Молодой амбициозный геолог вдруг предложил погрузить памятник в кузов машины и вывезти его в город Читу, в какой-то институт для расшифровки иероглифов. Я отказался участвовать в погрузке и рассказал всем, что еще на Чукотке, когда работал в Чукотской геологической экспедиции, старый геолог предупредил и просил меня никогда в жизни ничего не брать с могил. Из своего жизненного опыта он поведал мне много случаев несчастья и горя у тех, кто это сделал. Но молодой геолог настаивал на своем и утверждал, что это религиозные предрассудки, а памятник нужен науке. Я предложил сфотографировать его, а памятник оставить в покое на прежнем месте. Но мои доводы и убеждения были напрасны, и памятник погрузили в кузов машины без моего участия. Дальше произошло то, о чем меня предупреждал старый геолог на Чукотке.
В нашей геологической партии было семь человек – четыре геолога, два студента и шофер. Начальник партии ссориться не хотел и махнул на все рукой. Мы собрались перебазироваться в другой поисковый район. Загрузили машину со снаряжением, геологическим материалом (образцы горных пород и пробы). В кузове машины находились четыре человека, лежал в углу памятник для отправки в г. Читу, в кабине – шофер, Юра и я. Мы тронулись в дорогу, по пути заехали в соседнюю геологическую партию, где работали геологами муж и жена Подчуфаровы, которые позже стали друзьями нашей семьи. Поговорили о геологии района, о жизни, выпили чай и тронулись в путь на совершенно исправной машине, подготовленной к работе в условиях бездорожья.
Нас вышла провожать вся геологическая партия. Поднимаясь по колее старой заброшенной дороги, по склону небольшой горы, у нашей машины отказали тормоза. Аркадий, так звали шофера, попытался переключить скорость, но коробка скоростей вышла из строя, и наша машина, загруженная людьми, вещами, снаряжением и памятником, на глазах у всех геологов и рабочих соседней партии покатилась вниз. Набирая скорость, машина пролетела мимо наших друзей и остановилась только внизу – на прямом участке склона горы. Никто в кузове ничего не понял. А Аркадий вышел из кабины машины весь белый как полотно. Нас спасло от гибели чудо и старая заброшенная колея. У каждого человека есть ангел-хранитель, у меня – святой Николай Чудотворец.
Машину помогли починить, и мы через несколько дней поехали в заданный район.
Начальник партии задумался и принял решение не рисковать. Памятник отвезли и поставили на место, где он раньше стоял. До конца полевого сезона никаких неприятностей больше не было.
Вот и думай, что такое народное поверье и нужно ли к нему хотя бы прислушиваться.
С большим удовольствием вспоминаю один из воскресных дней, когда все геологические партии собрались на базе экспедиции для проведения камеральных работ и отдыха. Я взял винтовку, рюкзак, геологический молоток и пошел к виднеющимся недалеко горам, где вели разработку месторождения амазонитового гранита карьерным способом с применением буровзрывных работ. После отпалки в субботу, взорванную породу должны в понедельник, по графику цикличности, грузить экскаватором в автосамосвалы и вывозить на горнообогатительный комбинат.
Амазонит – очень красивый минерал магматического происхождения, с хорошо образованными кристаллами от зеленого до голубовато-зеленого цвета. Он относится к группе полевого шпата и является разновидностью минерала микроклина.
В карьере, после отпалки горной породы, лежали глыбы амазонитового гранита. Среди взорванной породы я увидел очень красивые небольшие куски с вкраплениями в гранит минералов амазонита и дымчатого кварца. Поработал молотком, отколол несколько образцов, один взял себе и несколько товарищам. Этот образец, кусок амазонитового гранита в память о Забайкалье, лежит у меня дома в коллекции.
Поздно вечером пришел на базу, уставший, но радостный, завалился спать, а утром все собрались в путь и пошли по сопкам, по кручам на новую поисковую площадь.
1964
Геологическая практика в Хакасии
База геологической партии, куда мы, три студента Московского геологоразведочного института, прибыли, находилась в поселке городского типа Абаза, расположенного в пяти километрах от Абазинского железнорудного месторождения и в 159 километрах от города Абакана.
Поселок городского типа Абаза (с 1966 г. город Абаза) расположен в котловине, в верхнем течении реки Абакан. На северо-западе поднимаются лесистые склоны хребта Кирса.
Два студента – Сергей и Юля – были на четвертом курсе МГРИ, я на третьем, но у меня до службы в рядах Советской армии уже были четыре полевых сезона в поисковых партиях на Чукотке и практика в поле в период учебы в институте.
В один из солнечных дней начальник геологической партии дал нам задание пройти маршрутом вверх по течению реки Абакан, обойти обнажение, подняться на гору, пройти по водоразделу, взять образцы горной породы и пробы, затем спуститься и прийти на базу в поселок Абаза. Старшим в группе начальник партии назначил меня.
Мы подошли к обнажению, взяли образец горной породы и пробу. Я предложил ребятам не обходить гору, а штурмовать в лоб и подняться на вершину по естественной складке горной породы. Все согласились с предложением сократить расстояние и время подъема на водораздел.
