Барри Форшоу - Звезда по имени Стиг Ларссон

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 72

(Следует подумать, почему Саландер изображается как жертва постоянных сексуальных домогательств. Может ли быть так, что она сама, специально или неосознанно, выбрала для себя роль жертвы? Ответ феминисток на мнение престарелых судей, будто бы женщины провоцируют сексуальный интерес своей одеждой — справедливое возмущение, но все же Ларссон заставляет нас задуматься, почему его героиня притягивает к себе всевозможных насильников и подлецов? Если ответ не кроется в сюжете, Ларссон должен объяснить, почему Лисбет порождает вокруг себя такой хаос.)

Она повисла на поручне и ударила безработного ногами в лицо; одеваясь как панк, Саландер не имела ни малейшего шанса скрыться в толпе, и ее схватил другой пассажир. Она проклинает свое телосложение и пол — никто бы не напал на нее, будь она мужчиной. (Возможно, Ларссон здесь не слишком искренен.)

Однако высокопоставленная свидетельница, член парламента от центристской партии, видела, как Норгрен пытался приставать к Саландер; у него уже было два приговора за сексуальное насилие (очередной пример скотского поведения мужчин в книгах Ларссона), и дело Саландер было закрыто. Однако ее все же признали недееспособной и назначили опекуна.

В газетах Саландер изображается либо как подверженная психозу шизофреничка и параноик, либо как жестокая, неуравновешенная умственно отсталая. Ее дружба с лесбиянкой Мириам Ву породила настоящий фурор. Участие Ву в провокационных садомазохистских выступлениях на гей-парадах (и публикация ее фотографий топлес) только усилило шумиху, вызванную последними событиями. Диссертация Мии Йоханссон, посвященная секс-торговле, могла стать мотивом для ее убийства, поскольку, как считал департамент социального обеспечения, Саландер была проституткой. Затем обнаружилась ее связь с группой «Персты дьявола», и пресса вновь отреагировала бурно. Саландер называли сумасшедшей лесбиянкой, принадлежавшей к сатанинскому культу с пропагандой садомазохизма и ненависти к человечеству — особенно к мужчинам, — имевшему международные связи (поэтому Саландер и уезжала за границу).

Одна статья вызывает у Саландер особенно сильные эмоции: старая преподавательница математики Бригитта Миосс и одноклассник Лисбет, драчун и забияка Давид Густавссон, обвиняют ее в том, что пятнадцать лет назад в школе она угрожала им убийством. На самом же деле учительница заставляла ее согласиться с неверным ответом, а Саландер отказывалась, что и привело к насилию. Задира, «крепкая скотина с щучьим интеллектом», жестоко избил ее, но на следующий день она отомстила, ударив его по уху бейсбольной битой. Она решает подробно разузнать об их жизни, когда у нее появится на это время. (Даже Андреа Дворкин и Кэтрин Маккиннон не сумели создать такую обширную галерею отвратительных мужских характеров, как писатель-мужчина Ларссон.)

Саландер смотрит интервью доктора Телеборьяна, который беспокоится о ее самочувствии. Но когда за нее отвечал он, то в качестве лечения привязывал к кровати в пустой комнате, считая, что любого рода стимулы могут спровоцировать эмоциональный взрыв. Это была обычная сенсорная депривация, распространенная техника промывки мозгов, которую Женевская конвенция признала бесчеловечной. Половину времени своего пребывания в клинике Святого Стефана Саландер подвергалась именно такому «психиатрическому лечению». При взгляде на него у Лисбет холодеет сердце, и она думает, осталась ли на мизинце Телеборьяна старая отметина от ее зубов?

Поначалу она думала, что после «всего этого кошмара» с ней будут обращаться хорошо. Но власти к ней не прислушались, и в свой тринадцатый день рождения она впервые оказалась привязана к кровати. Телеборьян был отвратительным садистом, худшим из всех, кого она встречала в жизни, даже хуже Бьюрмана, поскольку врача защищала респектабельность. Его поступки никто не стал бы подвергать критике. Если бы Телеборьян был главным врачом в клинике Святого Стефана, она бы находилась там до сих пор. Просматривая его интервью, она понимает, что никто не сомневается в его словах.

Лисбет с интересом читает газетные статьи о жертвах. Бьюрмана (здесь Ларссон вновь критикует традиционную мораль) называют безгрешным праведником, заботившимся о бедных людях, членом Гринпис, искренне преданным своему делу. Свенссон изображается острым репортером; его партнершу описывают с большим уважением — прекрасная, умная женщина с многообещающей карьерой. Лишь в пасхальное воскресенье выясняется связь между Свенссоном и «Миллениумом», но деталей того, над чем он работал, нет.

Увидев в газете слова Блумквиста о том, что Свенссон изучал взломы компьютеров, она понимает, что журналист пытается с ней связаться. Она входит в его компьютер и обнаруживает оставленное для нее сообщение. Теперь дело представляется иначе: она не одна против Швеции («элегантное и прозрачное уравнение»); у нее есть союзник, «наивный доброжелатель», которого она больше не хочет видеть.

Она утратила наивность в десять лет. «Невиновных не бывает. Есть лишь разные степени ответственности». Но «Калле» Блумквист может оказаться ей полезен. Упрямый борец за нравственность, он нуждается в мотиве, чтобы начать действовать самостоятельно, и она посылает ему сообщение: «Зала».

Таланты хакера и развитую способность Саландер к притворству Ларссон использует для продвижения сюжета («работа онлайн» описана четко и увлекательно, как и остальные эпизоды с активными действиями). Она входит в полицейский криминальный реестр под именем инспектора Дугласа Скьолда из полиции Мальмё, но там нет ни единого упоминания об Александре Залаченко. Неудивительно — ведь его никогда не привлекали за преступления. В Интернете с ней связывается Чума, отшельник весом полторы сотни килограммов, по сравнению с которым Саландер может показаться душой компании. Он спрашивает, кто такой Зала, она его посылает, но потом просит войти в компьютер Экстрёма. Чума практически никогда не покидает квартиру в Сундбюберге — Ларссону хорошо удается описывать социопатов с уникальными компьютерными способностями, которыми он наделил и свою героиню.

Саландер надевает светлый парик, убирает из брови кольцо, кладет в рюкзак норвежский паспорт Ирен Нессер, «Тазер» и баллончик со слезоточивым газом. В пятницу, в 11 вечера, через девять дней после убийств, она садится в автобус до площади Святого Эрика, идет на Оденплан и забирается в квартиру Бьюрмана.

Взглянув на окровавленную постель своего опекуна, она радуется, что он исчез из ее жизни (Ларссон вновь подчеркивает безжалостность своей героини). Однако ей хочется найти связь между ним и Залой, а также разобраться, куда делись пропавшие папки с отчетом, в котором подытоживалось ее психологическое состояние. Она обыскивает квартиру, чердак, «мерседес», но ничего не находит.

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 72