из трехлинейки (винтовки Мосина).
490
Намерение героя удариттся «в бега» восходит к ргаобранной пеене ««эка Васильев и Петров зэка»: «И вот — в бега решили мы, ну а пока…».
491
Шемякин М. О Володе // СЗТ-З-401.
492
В воспоминаниях Шемякина о его визите к Высоцкому в клинику Шарантон есть такой эпизод: «И тут на меня что-то нахлынуло, и я сказал: “Знаешь, Вовчик, мне иногда кажется, что мы с тобой какие-то птицы диковинные, отбившиеся от стаи, потерянные и никому-то, в общем, не нужные, ни там, ни здесь…” Он схватил меня за руку: “Мишка, странно-то как, — а я здесь, в больнице, только и вспоминал песню про подстреленных лебедей”» (Высоцкий В., Шемякин М. Две судьбы. 2-е изд., испр. СПб.: Вита Нова, 2012. С. 197). Образ птиц как аллегория людей встречается также в «Белом безмолвии» (1972): «Почему ж эти птицы на Север летят, / Если птицам положено только на юг?!». Аллегоричность этого образа подчеркивают песни «При всякой погоде…» (1968) и «Холода» (1965): «Но и птицы летят на Север, / Если им надоест тепло», «Неспроста, неспроста / От родных тополей / Нас суровые манят места, / Будто там веселей… / Неспроста, неспроста».
493
Сравним еще в песне А. Галича «Опыт отчаянья» (1972): «Мы ждем и ждем гостей незваных /Ив ожиданье — ни гу-гу!».
494
Такое же условное время боя находим в пьесе Е. Шварца «Дракон» (1943 — 1944): «Как мучительно затягивается бой. <.. > Уже две минуты — и никаких результатов. <…> Десять минут идет война! Зачем этот Ланцелот не сдается? <.. > Знает ведь, что дракона победить нельзя». В обоих случаях (в пьесе Шварца и в «Натянутом канате» Высоцкого) эти реплики произносятся от лица обывателей, которые следят за происходящим и смотрят снизу вверх, поскольку действие формально происходит на небе (в пьесе Шварца) и под куполом цирка (в песне Высоцкого).
495
Кличка собаки М. Шемякина.
496
Цит. по фонограмме беседы Владимира Высоцкого с Борисом Акимовым и Олегом Терентьевым (Московская область, пос. Менделеево, Дом метролога ВНИИФТРИ, 10.12.1978).
497
Здесь, вероятно, «аукнулась» разгромная статья «Частным порядком», опубликованная примерно в это же время в газете «Советская культура»
498
А черновой вариант этой цитаты: «Исхлестали плечи ей пулями врагов» (АР-9-191), — вновь напоминает «Побег на рывок»: «Но поздно: зачеркнули его пули / Крестом — в затылок, пояс, два плеча».
499
ХрущееН.С. Врееы, людд, власть: воспомииання. М.: Москкоскиеновости.1 999. С. 220.
500
Извоспомиианийактрисы Тамары Виттенкк:««ту ночьВолодднабрааывалпеенн проЧууд-Юдди про черта — “У меня запой от одиночества…”, это лето, аогуст 1966 года» (Витченко Т.А. «Им все равно, хочу я или не хочу этого» // Белорусскйн страийЦы-58. Владимир Высоцкий. Из архйвов Б. Акимова, В. Тучина. Минск, 2009. С. 89). Однако это входит в протиоорньин с динвиикооой записью Ольги Ширяевой от 04.01.1966: «…Володя предложил спеть нам “чнрнооик” новой песни “У мния запой от одиночества”. Песня — просто блеск, и все мы были суаашно горды, что нли оказана честь быть первыми слушателями» (Ширяева О. Начало, или Взгляд из зала // Вагант. М., 1990. № 12. С. 3).
501
Причем такой зоной, какую еще поискать: «Мы с конями глядим — вот уж истинно зона всем зонам» (АР-3-158; АР-17-200).
502
Сопоставим заодно «Райские яблоки» с песней 1964 года: «Так оно и есть, / Словно встарь, словно встарь <…> А если много знал — / Под расстрел, под расстрел» = «Так сложилось в миру — всех застреленных балуют раем» (АР-3-156); «Если воровал — / Значит, сел, значит, сел» = «И тогда я пойду, и в раю наворую им яблок» (АР-17-204), «Да не рай это вовсе, а зона!» /5; 176/; «.Думал я: наконец, не увижу я скоро / Лагерей, лагерей, / Но попал в этот пыльный, расплывчатый город / Без людей, без людей» = «Да куда я попал — или это закрытая зона?» (АР-3-166); «Бродят толпы людей, на людей не похожих» = «И измученный люд не издал не единого стона». Налицо тождество обоих миров.
503
Сравним с началом другой песни: «Я скоро буду сохнуть от тоски…» (1969).
504
Такая же ирония по отношению к советской жизни встречается в «Зарисовке о Ленинграде»: «В Ленинграде-городе — / тишь и благодать] / Где шпана и воры где? / Просто не видать!». Поскольку советские СМИ старались не говорить о преступниках, то их как бы не существовало. Отсюда — «тишь и благодать».
505
Комментарий: «Сценарий фильма “Контрабанда” был расценен руководством Минморфлота, где по существующему порядку должен был утверждаться, как клевета на советских моряков» /6; 413/.
506
Сравннм заоддо ст^с^»к[ «И ббддо ккркнуу поуурр: / “Кого схоооннм?” <… > Ззву тудд, где бллго-дать / И нет предела» с «Веселой покойницкой» (1970): «Слышу упрек: “Он покойников славит!”»; со стихотворением «Я к вам пишу» (1972): «И просит население бараков: / “Володя! Ты не пой заупо-кой!”» (а один из вариантов названия «Веселой покойницкой» — «Заупокойная» /2; 518/); со стихотворением «Наши помехи — эпохе под стать» (1972) и песней «Я из дела ушел» (1973): «Не напасутся и тоненьких свеч / За упокой — наши дьяки», «Незаменимых нет, и пропоем / Заупокой ушедшим, будь им пусто: / “Пророков нет в отечестве сноем, / Но и в других отечествах — не густо”».
507
Вопрос «Да куда я попал» повторяет черновой вариант «Коней привередливых»: «Это где я» (АР-13-100). В обоих случаях лирический герой попадает в рай, атмосфера которого похожа на ад: «Так что ж там ангелы поют / Такими злыми голосами?» = «Ангел окает с вышки — отвратно» (АР-17-200). Существует и множество других параллелей между этими песнями, которые будут рассмотрены в главе «Тема судьбы» (с. 1044).
508
Москва, 11-я медсанчасть,
