формат — четверку; всего по авторской нумерации двадцать пять страниц; первая (ненумерованная) страница — обложка с заглавием; вся рукопись, как обычно у Добычина, написана на лицевых сторонах листов[462].
Местонахождение автографа этого рассказа позволяет сделать предположение, что, возможно, Добычин осенью 1924 года переработал рассказ «Евдокия» (входивший в посланный им в мае 1924 года М. А. Кузмину сборник «Вечера и старухи»)[463] и под наименованием «Старухи в местечке» отослал К. Чуковскому для публикации в «Русском современнике». Тогда можно полагать, что именно об этом рассказе идет речь в письмах Добычина Чуковскому от 10 октября и 24 и 25 ноября 1924 года[464] и что, несмотря на просьбу Добычина прислать ему обратно рукопись[465], она осталась в архиве редакции журнала, а ее публикация действительно первоначально планировалась в нем (см. выше письмо Добычину из редакции от 22 октября 1924 года).
До сих пор рассказ «Старухи в местечке» печатался «по рукописному тексту, находящемуся в архиве В. Каверина»[466]. Мы не имели возможности сверить указанную публикацию с автографом, по которому она сделана, но и без того очевидны ее дефекты: отсутствует обязательное членение Добычиным своего текста на фрагменты с отбивкой между ними; отсутствуют характерные ударения, которыми обычно пестрит текст Добычина; явной опечаткой является «съехавшее» внутрь текста обозначение первой подглавки[467].
Автограф рассказа «Старухи в местечке» из архива «Русского современника», помимо того, что содержит названные выше и иные свойства, которые обычны для графики автографов Добычина, отличается от опубликованного варианта (будем его называть автографом Каверина) большей близостью к рассказу «Евдокия».
Как там главка 7 начинается со слов: «Прикладывались. Духовное лицо…»[468], так здесь теми же словами начинается главка 4 (с соответствующим смещением нумерации; в автографе Каверина аналогичное место текста вообще не выделено в качестве начала отдельной главки). В «Евдокии» главка 6 начинается словами: «В палисаднике у фрау Анны Рабе…»[469]; в автографе Каверина так начинается главка 3, только слово «Анны» — опущено[470]; в автографе «Русского современника» главка 3 начинается точно как в «Евдокии». Текст главки 1 идентичен в автографах Каверина и «Русского современника», но в последнем автографе, в третьем с конца абзаце, подобно аналогичному фрагменту в «Евдокии» (там это более пространная редакция окончания главки 2[471]), персонаж назван «Ксендз Балюль», тогда как в автографе Каверина оставлено только имя[472].
Таким образом, автограф рассказа «Старухи в местечке» из архива «Русского современника, по нашему предположению, предшествует по времени создания автографу того же рассказа из архива Каверина.
2.
В конце 1929 – начале 1930 года Добычин находился в Ленинграде. Об этом свидетельствуют нижеследующие документы.
12 декабря 1929 года Добычин собственноручно заполнил стандартную анкету для вступления в Союз писателей:
Всероссийский союз писателей
Анкета для членов Союза
Фамилия, имя, отчество: Добычин Леонид Иванович[473]
Литературный псевдоним: нет
Точный адрес: Ленинград, ул. Красных Зорь, д. 61, кв. 28[474]
С какого времени состоите членом Всероссийского Союза Писателей —
Год и место рождения: 1894, Витебская губ.
Социальное происхождение: сын уездного врача
Образование (домашнее, низшее, среднее, специальное, знание иностранных языков): Эконом<ическое> Отделение Петроградск<ого> политехникума[475]
В каком возрасте начали писать:
Где и когда напечатано ваше первое произведение (его заглавие): В «Русском Современнике» в 1924 г. («Встречи с Лиз»)
Перечислите издания, в которых вы участвовали: а) до 1914 г., б) с 1914 г. по 1917 г., в) с 1918 г. по сей день: до 1918 г. — нет. С 1918 г. — «Русский Современник», «Ковш», «Ленинград»
Были ли перерывы в вашей литературной работе, и если были, то почему; их длительность:
Имеются ли у вас отдельные издания (книги, брошюры, сборники, собрания сочинений); перечислите их подробно, по возможности с указанием отзывов критики): Сборник рассказов «Встречи с Лиз», изд. «Мысль»
Переведены ли ваши произведения на иностранные языки: нет
Имеются ли у вас работы в рукописях; укажите их характер и количество печатных листов:
Почему находящиеся в рукописях работы не напечатаны:
Ваша литературная специальность (беллетристика, поэзия, критика, переводы, редактирование и проч.): беллетристика
Ваша профессия в прошлом: статистик
Какую профессию вы считаете для себя основной: то же
Где служите в настоящее время: не служу
Состоите ли членом профессионально союза и какого именно: совторгслуж<ащих>
Ваша партийность: беспарт<ийный>
Ваше участие в революционном движении и в общественной жизни:
Дополнительные замечания:
Дата: 12 дек<абря> 1929 Подпись: Л. Добычин[476].
На лицевой странице вверху справа карандашом: «На отзыв в секцию прозаиков и драматургов»; слева чернилами: «Президиум Секции Прозаиков и Драм<атургов> считает вступление в ВССП т<оварища> Добычина желательным. 24/XII 29 г. Дм. Четвериков»[477].
27 января 1930 года, по-прежнему находясь в Ленинграде, Добычин обратился с двумя подряд письмами к писателю Леонтию Осиповичу (Иосифовичу) Раковскому (1895/1896–1979).
В настоящий момент невозможно привести точные данные о времени их непосредственного знакомства. Вместе с тем необходимо отметить следующие обстоятельства.
Рассказы Добычина «Козлова» и «Савкина» были опубликованы в 1925 году в журнале «Ленинград»[478] как раз в ту пору, когда техническим секретарем в нем работал Раковский; в следующем году рассказы обоих писателей были напечатаны в одном выпуске альманах «Ковш»[479], и если они читали отзывы рецензентов, то могли обратить внимание на то, что нелицеприятная критика объединяла их в одном ряду: «Небольшие рассказы Раковского, Гладилова, Валова и Добычина свидетельствуют об отсутствии четко осознанной идеологической линии у этих, по-видимому, молодых прозаиков»[480]; «Остальная проза (рассказы Л. Раковского, Гладилова, Валова, Добычина) не представляет ничего интересного»[481].
По удивительному совпадению, первыми друзьями и покровителями в литературном мире у Раковского и Добычина оказались одни и те же люди, добрые отношения с которыми сохранялись у обоих писателей в течение всей их жизни. М. Л. Слонимского (вместе с Фединым) Раковский называл своим «литературным крестным»[482], выступал и постоянно присутствовал на серапионовских субботах, где сдружился в том числе с В. А. Кавериным[483]; в свою очередь, переписка Добычина и иные данные свидетельствует о важной роли, которую играли те же писатели и в его судьбе.
Наконец, надо учесть и то, что Раковский в начале 1928 года был избран членом правления Ленинградского отделения Всероссийского союза писателей и назначен его секретарем.
Итак, в первом своем письме Добычин обращался к Раковскому:
27 янв<аря 1930 г. Ленинград>
Дорогой Леонтий Осипович. Вот еще одна штучка — в компанию к тем двум. Я её еще никому не показывал, а сам сразу после того, как написано, не
