вместе с Мариной-сенсей.
Теперь мою бровь обрабатывала Янита-сан, школьный врач. Худощавая женщина с рыжей шевелюрой в больничном халате. Она мне не очень нравилась, но пахло от неё приятно, поэтому я был не против. Я занял место на кушетке, невозмутимо разглядывая Горо, который сидел напротив, и иногда переводя взгляд в разрез халата Янита-сан, благо она удобно наклонилась надо мной. Её бюстгальтер был белым, скучным, да и разглядывать там было особо нечего, – природа не наградила врача пышным бюстом. Но мне все равно было интересно, короткая стычка наполнила меня жизнью, а тело энергией. Правда, я не мог определиться, что мне нравится больше, – раскачивающиеся перед носом белые шарики, или мучения Горо. Наверное, одинаково.
Она прижгла рану ваткой со спиртом, ожидая, что я как-то отреагирую. Удивленно хмыкнула и занялась глазом Горо. Теперь я мог наблюдать её тощий зад. Стало не так интересно.
– Убери руку. Я сказала, убери! – шипела она на Горо. – Так, дай посмотреть. Икари, ты понимаешь, что натворил? Если глаз сильно поврежден, то…
– Во-первых, это не я, – мне пришлось её перебить. – А во-вторых, ранимость глаза очень переоценена. Наружная оболочка довольно плотная, ее так просто не порвать. Если роговица цела, то глаз сам заживет, а если сползла с глазного яблока, просто поправьте, на место встанет сама. В общем, вы покапайте ему, чего там нужно, приложите компресс от светобоязни, да и все.
Они оба обернулись на меня, глядя в недоумении. Я опять сделал что-то не то.
– По биологии тест… – отмазывался я как мог. – Я же задр… эээ.. учиться люблю.
– Не умничай, – буркнула она и вернулась к Горо.
Я не умничал, только заглядывал иногда из-за плеча, чтобы посмотреть как там у моего незадачливого противника дела.
– Вроде все. Завтра обязательно прийди на перевязку, – приказала она Горо. – Две недели каждый день будем прокапывать лекарство.
Он лишь угрюмо кивнул в ответ.
– Все, можешь идти. Икари, ты останься.
Горо ссутулился и вышел из лазарета. Янита-сан, села на его кушетку, лицом ко мне и сложила руки на коленях.
– Ну, и что это было? – спросила она так, будто я понимал суть вопроса.
Эти странные человеческие отношения, иногда они ставят меня в тупик, и я не знаю как реагировать. Хорошо, что я разработал план действий в таких ситуациях. Либо нужно кивать, либо улыбаться. Улыбка располагает этих животных ко мне, а кивок обычно успокаивает. Сейчас больше подходил первый вариант.
Я растянул губы и пожал плечами.
– Ты чего? – очередной раз удивилась она. – Тебе что, плохо?
Так, не то. Теперь киваем.
Я усиленно затряс головой.
– Икари, я замазывала твои ссадины в этом кабинете десятки раз, – сказала она, – но ты никогда не вел себя так странно. Тебя что, по голове ударили?
Значит, Икари за год своего обучения уже не раз здесь побывал. Странно, что до крыши он раньше не добрался.
– Немного…
– Немного ударили? Хм… Послушай, я рада, что ты решил постоять за себя, правда. Но будь осторожнее, хорошо? Лучше обратить к Марине-сенсей, а не лезь в драку сам. Если тебя не покалечат, ты случайно можешь кому-то навредить. Посмотри, что случилось, Горо-кун чуть не лишился глаза! А если его родители придут в школу с претензией! Тебя могут исключить! Ты ведь этого не хочешь?
– Нет, Янита-сан, не хочу! – сказал я как можно искренней. – Я буду осторожен, обещаю.
Кажется, я начинаю понимать, как нужно реагировать на учителей, и что они хотят услышать.
– Хорошо, – кивнула она. – Можешь идти. И будь осторожнее, Икари, очень прошу.
– Я буду! До свидания, Янита-сан! – Я вскочил с кушетки, схватил свой рюкзак и вышел в коридор.
Там меня дожидался Горо. Он оперся на подоконник и смотрел в окно, а, заметив меня, приказал рукой подойти. Неужели у парня хватило смелости, чтобы остаться и отомстить? Ладно, посмотрим.
Я размял руку и подошел к нему. Он был на голову выше меня, но помимо нас коридор был пуст. У него был поврежден правый глаз, поэтому он и не заметит как я повторно туда ударю.
– Чего тебе? – спросил я.
Он схватил меня за грудки и подтянул к себе.
– Слушай сюда, ублюдок мелкий… – зашипел он мне в лицо. – Тебе конец. Я тебе всю рожу разобью…
Да, дурак совсем ничему не научился. Ну а что поделать, – подростки...
– Сегодня после школы, я тебя прикончу. Все зубы выбьем, ты мне за глаз ответишь по полной... – все наговаривал он, брызгая слюной.
– Да, понял я, понял, – ответил я.
Так, пора было применить ещё один трюк. Нужно опустить глаза, чтобы он не думал, что я его не боюсь, сделать лицо, как будто мне больно. Так он поверит, что мне страшно.
Он толчком отпихнул меня от себя, а я сделал вид, что с трудом удержался на ногах.
– Жди, Тряпка-кун… – ухмыльнулся он напоследок, перед тем как развернуться и уйти.
В обычной ситуации, я бы проигнорировал его и пошел в другую сторону. Его слова или злоба меня абсолютно не волновали, но мое тело… В нем было слишком много чувств и переживаний, и они взяли надо мной контроль. Я никогда не позволял себе этого раньше, но сейчас почему-то не удержался.
Лишь он отвернулся, мои руки сами потянулись к ремню, отстегнули пряжку, одним движением вырвали пояс и сжали с двух сторон, как удавку. Мгновение, и я накинул ремень ему на шею, резко развернулся и потянул на себя, взвалив его на спину, как мешок с картошкой. Тяжелый, зараза…
Он захрипел, забулькал что-то. Отвратительная скотина, умри себе спокойно, чего портить своими мерзкими звуками прекрасный момент. Он все пытался вырваться, но я держал крепко, привычно выдавливая из него жизнь.
Я, на самом деле, ножи люблю. Бритвы, на крайний случай. Удушение не мой способ, но на крайний случай сойдет. Я чувствовал всем телом его содрогания и конвульсии, ещё немного и дух покинет его тело, и свободно воспорит к небесам. Обожаю этот момент, жаль только я не мог заглянуть при этом ему в глаза. В эту секунду люди будто прозревают, видят что-то важное, что скрыто от меня. Раньше я думал, что там и правда что-то есть, но сейчас, после моего перерождения,
