Джиро, присядь, пожалуйста, – скомандовал он. – Теперь, когда все в сборе, приступим к еженедельной планерке. Через неделю нам сдавать материал в печать, а у нас практически ничего не готово. Если так пойдет, школа решит, что журнал ей больше не нужен и нас вовсе прикроют, а вам придется искать новую внеклассную деятельность. Как вы знаете, клубы нехотя принимают новых членов в конце учебного года, поэтому вы рискуете остаться без дополнительных баллов на экзаменах. Поэтому выпуск журнала в этом месяце напрямую может повлиять на вашу учебу!
– А почему выпуск не готов? – спросил я, чем вызвал на себя ещё один поток неодобрительных взглядов.
– Может быть оттого, что кто-то регулярно прогуливает? – съязвил Санто.
– У нас просто нет материала, который можно использовать, – пояснила девчонка редактор. – В школе ничего не происходит!
– Я слышал, что недавно сгорел шкафчик у одной из девочек, давайте напишем про пожарную систему, – предложил я.
– Рио… – президент хлопнул себя по лбу. – Ты понимаешь, что мы школьная газета, да? Нас будут читать как учителя, так и сам председатель! Мы не можем критиковать собственного “работодателя”.
– Цензура, ясно, – кивнул я. – А какие есть идеи?
Начался перекрестный огонь, но вялый, патронов-то не было. Редактор, которую звали Айка, предлагала написать про реконструкцию двора или сделать сюжет про ботанический сад на пятом этаже. Джиро хотел писать про роботов, это все, что его интересовало. Миса-чан выдвинула идею забить последние страницы субботником, который пройдет на неделе.
– Хорошо! – важно сказал Санто. – Страницы с седьмой по девятую возьмет на себя Миса-чан, растяни сюжет о субботнике. Все как всегда – зачем это нужно, про поддержание чистоты, и как это влияет на нашу великую страну, бла бла. Десятую заполнит Айка-сан, добавив сюжет про растения ботанического сада, по-моему у нас этого ещё не было. Остается две страницы. И нет, Джиро, опять про клуб робототехники мы писать не будем, ты на нем просто помешался! Итак, две страницы… Икари-кун? Твои предложения?
Мои предложения? Ха. Все, что я знаю про журналюг, это то, что я их терпеть не могу. Как они только не называли меня в своих газетенках, как не пытались очернить… Они часто используют этот древний трюк, – пытаются вывести серийного убийцу из себя, намеренно оскорбляя и придумывая обидные прозвища. Они называли меня нестабильным психопатом, импотентом, педофилом, расистом, женоненавистником, некрофилом, каннибалом… А после всего этого, с радостной улыбкой приходили ко мне в камеру и умоляли об интервью. Одна особо прыткая папарацци даже пыталась притвориться в меня влюбленной. Чертовы лицемеры.
Хотя это идея…
– Как насчет интервью? Это ведь тоже часть нашей работы, – предложил я.
– Мы пробовали, никому не зашло, – сказал Джиро.
– Да, никому не интересно читать две страницы ответы какого-то чувака, – поддержала его Айка.
– Тогда почему не сделать проще? Давайте забьем две страницы ответами разных чуваков, – хмыкнул я. – Каждому по колонке.
– Это может сработать, – неожиданно проснулась Миса. – Если мы оформим колонку в стиле школьного чата, и напишем, что это новая рубрика, то никто и не заметит, что у нас кризис идей.
Все замолчали, обдумывая её слова.
– Такое можно написать за день… – нарушила тишину Айка. – Каждому по одному предложению и готово. И это может поднять аудиторию. В прошлом месяце даже бесплатные копии не разобрали, заместитель председателя был недоволен. Да и бюджет нужно пополнять.
Ничего себе, тут даже бюджет есть. Так чего они сидят, нужно забить газету желтизной, она всегда помогает продажам!
– Да, если бы у меня взяли интервью, я бы не преминул получить себе выпуск, – закивал Джиро. – Просто для того, чтобы убедиться, что меня засветили в газете. Заплатил бы пару йен, чтобы маме показать.
– Тогда так и поступим, – согласился президент. – Икари, ты получил второй шанс. Займись этим.
– Канто-сан… – заныл я. – Вы же знаете, я не самый популярный парень в школе, боюсь, это плохая идея. Лучше подобное поручить девочкам, они всем нравятся.
– Тогда поможешь Мисе писать про субботник, а она завтра возьмет интервью. Все согласны?
Толпа закивала, Миса-чан довольной не казалась, но спорить не стала.
– У меня вопрос, Санто-сан… – решился я.
– Слушаю.
Я выдохнул. Сейчас мне нужно быть максимально убедительным, трюки с опусканием глаз и улыбкой тут не помогут. Нужно постараться.
– А почему бы нам не заняться настоящим расследованием. Показать, чего мы стоим. Мы же журналисты, верно?
– К чему ты ведешь?
– Да, о чем, ты Ика-чан? – недоумевал Джиро.
– Мы с вами слышали о том, что ученики нашей школы таинственным образом пропадают. Одного нашли под мостом Икабуке, верно? Разве это не сюжет, который достоин печати?
– Опять ты за свое. Я же тебе только что объяснил, нас просто не пропустят! Мы должны писать о достижении школы, а не о том, что у нас…
– Постойте, Санто-сан! – вновь встрепенулась Миса. – Я тоже об этом думала, и рада, что Икари об этом заговорил. Если мы найдем какую-то связь между пропавшими, то можем написать статью, которую направим сразу на городской конкурс. Они принимают отдельные работы без участия в общем соревновании, если статьи отличаются от заявленной тематики. А такой крутой материал они не опубликовать не смогут.
– Хм, Санто, ребята в чем-то правы, – усмехнулась Айка. – Только представь, что будет, если мы что-то нароем. О нас услышит весь Токио. И председателю ничего не останется, кроме как выставить нас героями. Это шанс исправить все разом. Участие в конкурсе не нужно, если мы будем целиться в премию свободной прессы.
– Если журналист видит потенциальную историю, то он хватается за неё и пытается рассказать, ведь так? – заявил я с важным видом. – За этим мы здесь, а не для того, чтобы писать про цветочки и уборку мусора.
Санто-сан, убрал руки в карманы и прошелся по помещению.
– Я не могу вам разрешить этого, – сказал он. – Подобное расследование не входит в работу нашего клуба. Более того, это очень опасно, а я не имею права толкать вас на риск. Как президент клуба я не одобряю эту идею. Но как журналист я вас понимаю, и если вы этим займетесь, прошу держать
