поставил квадратное плато на стол и встал рядом.
– Икари, – обратился ко мне Ягами-сан, – если ты друг моего сына, то намеренно нарушил мой приказ. Заплати за свою ошибку так, как это принято в клане. Укороти свой мизинец надвое и преподнеси мне в качестве извинений.
Я с трудом выпрямился, вытягивая затекшую спину. Да что за день такой…
– Если ты это сделаешь, то обозначишь свою позицию. Ты согласен с нашими законами и признаешь их. Ты посчитал Дате своим другом, несмотря на запрет, и готов за это отвечать. Но тогда тебе придется ответить и за то, что порезал моего человека. Нападение на члена клана карается жестоко.
Охранник, которого босс назвал Ичи, противно осклабился и показал мне ладонь на которой не хватало двух пальцев.
– Ото-сан! Позволь мне…– вновь завопил Дате.
– Замолчи! Ты натворил достаточно! – Вскрикнул на него отец. – Икари, не думай, что у тебя нет выбора. Не думай, что я не понимаю твое положения. Ты не сделал ничего плохого и не обязан расплачиваться за ошибки моего сына. Клан не может навредить гражданским, поэтому ты волен просто встать и уйти. Никто тебя не тронет. Этим ты докажешь, что Ягами и его глупая дружба не стоит таких жертв. Решение только твое.
Раздумывать тут нечего и сомневаться нельзя, увидят сразу.
Ни шагу назад, с этими ублюдками такое не пройдет. Если зашел в эту комнату, то веди себя соответствующе.
Кривясь от боли, я поднялся на ноги и подошел к столу босса, занял кресло и пододвинул к себе поднос.
– Икари, ты уверен? – спросил он надменно, с видимым удовольствием наблюдая за моими действиями.
Я взглянул на него без притворства, своим настоящим взглядом. Впервые в этом мире я позволил раскрыть себя и посмотреть в глаза человеку по-настоящему. Ледяная сталь, вот что он увидел. Непреклонное, жестокое упорство.
Я поднял танто и привычно прокрутил его между пальцами, клинок зазвенел, рассекая воздух. Гангстеры с интересом наблюдали за моей игрой. Нож послушно провернулся, сделал оборот и воткнулся в дерево, будто кол.
Я положил в специальную выемку мизинец левой руки. Правую трогать было нельзя – без мизинца мой хват ослабнет, и я не смогу так же крепко держать оружие. Именно поэтому возник этот древний обычай, – мечник без пальца, что бегун с костылем.
Взялся за длинную рукоять танто, поставил его под прямым углом напротив фаланги пальца. Вот так.
И не звука! Не смей издать ни единого звука. Покажи этим подонкам, как это делается!
Я нажал на нож, мягко вводя в кожу, под лезвием потек ручеек горячей крови, наполняя углубление для пальца.
Даже не думай дернуться или скривиться. Ни единой эмоции на лице.
Вот и сустав. Острое лезвие входит в него, готовясь перерубить одним сильным нажатием.
– Стой, – неожиданно поднял руку Ягами-сан. – Достаточно. Я изменил свое мнение.
Я замер с клинком в пальце, кровь продолжала струиться по лезвию вниз.
– Дате, – обратился босс к сыну, – я вижу, что ты извлек урок из своего наказания, и я должен признаться, что горд тобой.
Парень оторвал голову от пола и с недоумением посмотрел на отца, а потом на меня.
– Ты научился расставлять правильные приоритеты, – продолжал Ягами-сан. – Это дорого стоит, когда-нибудь ты будешь мне благодарен за этот урок. Мальчик достоин твоей дружбы, и ты правильно поступил, что решил помочь ему. Сегодня он это доказал.
Я вытащил танто и положил его на поднос. Мизинец слегка травмирован, но я был уверен, что он заживет.
– Спасибо, Ото-сан…
– Можешь встать. Ичибан, пусть Цуми-чан осмотрит Икари. После этого отвези его и девочку домой. Ягами, ты остаешься в доме, под присмотром охраны. Больше ты никуда не убежишь.
– Хай!
Мы низко поклонились Ягами-сану, прежде чем направится к выходу.
– И Дате, – бросил он вслед.
– Да, отец?
– Этот твой друг… Такие редко встречаются в наше время, держись его.
– Да, отец… – ответил он растерянно.
***
Привлекательная молодая девушка в черном кимоно забинтовала мне палец и бонусом обработала побои некой особой мазью. Медицина Азии, – там, наверное, все подряд намешано, начиная от коровьего помета, заканчивая ядом дракона.
Мы попрощались с Ягами, который выглядел очень усталым. Нервное истощение, не иначе. Неудивительно, с таким-то папашей. Он, должно быть, завтракает мизинцами, а ужинает ушами нерадивых мальчиков, которые решили подружиться с его отпрыском.
Интересно, как же он сыну невесту выбирать будет…
Нас с Мисой провели на улицу, где я наконец-то смог надышаться ночной прохладой.
– Отвезите девушку, я сам домой доберусь, – сказал я водителю.
– Ты уверен? – посмотрел он искоса. – Здесь опасный район.
Я лишь усмехнулся.
– Икари, ты чего? Уже поздно, поехали со мной! – попросила Миса.
– Нет, я хочу прогуляться до метро, успокоиться, – помахал я ей рукой. – Все будет в порядке.
Авто увезло Мису-чан домой, к её родителям. А я отправился вниз по переулку.
Чего-то не хватало. Хотелось расслабиться, сбить напряжение, снять стресс.
Вышел на людную яркую улицу, купил в автомате газировку, с удовольствием сбил жажду и покурил. Никому не было дела до помятого подростка в одной рубашке и с сумкой за плечом.
Покопался на телефоне в картах, нашел ближайшую точку метро. Дошел до входа, спустился по ступеням. Минут пять разбирался, куда же мне ехать.
Поздний час, людей на станции почти не было. Я вышел к платформе, засунул руки в карманы и принялся ждать поезд.
Черт, вот меня сегодня потрепало. В ухе до сих пор звенит от удара битой по затылку. Звон такой сильный, что мешает думать. Я тряхнул головой, пытаясь от него избавиться. Не помогло.
Стоп, это же не звон. Это пение где-то глубоко внутри. Муза вновь решила меня посетить? Вот разбудил же на свою голову!
Я осторожно осмотрелся. Кого? Кого ты избрала?
Ту женщину с коричневой сумкой? Нет… Может, кого-то из этой парочки? Тоже мимо. Вот. Я нащупал.
Мужчина, лет сорока, в костюме с галстуком, на коленях дипломат. Бизнесмен? Нет, он же в метро. Офисный клерк, да, почти точно. Он сидел на лавочке, понуро склонившись над своей ношей и, казалось, ни на что не обращал внимания.
Я прилип к колонне и наблюдал за ним, притворяясь, что занят чем-то интересным в смартфоне. Прошло два поезда, люди приходили и уезжали, ему было все
