это вам обещаю!
«Бабка» Наталья зависла. Вполне может быть, что она в этот самый момент судорожно соображает, как бы мне что-нибудь половчее соврать. Чтобы пригодиться и получить право на свой беспошлинный бизнес. Но то, что она сходу не заявила, что вчерашний день у неё был выходным, меня немного обнадёжило.
— Ну? — нетерпеливо поторопил я её. — Видела кого?
— Видела! — сначала неуверенно ответила торговка Наталья, а потом уже более твёрдо повторила она, — Ей богу, видела!
Глава 11
— Так это выходит, что это он, что ли мальчонку того?… — глухо охнув, прикрыла рот ладонью вмиг побледневшая женщина, — Он, да? — не дождавшись ответа, перевела она испуганный взгляд распахнутых глаз с меня на помрачневшего Игумнова, — Это ж надо, как оно… Вот же тварь какая!! Знать бы сразу, что это он и есть тот самый изверг! — после минутной паузы пробормотала она, начисто забыв про собственные трудности с советским государством.
На всякий случай я решил не разочаровывать малую, но на данный момент всерьёз расстроенную предпринимательницу. И дополнительно уточнять, что исцарапанного мужика мы подозреваем совсем в другом злодействе, не стал. Однако после её признания отсчет драгоценного времени в моей голове пошел в разы быстрее. Эту тётку надо было как можно быстрее выводить из неконструктивных переживаний и приводить в рабочее состояние. Для этого нужно задавать ей максимально короткие и несложные вопросы.
— Наталья Николаевна, а когда вы его по времени видели? — подступил я как можно ближе к драгоценной свидетельнице, едва не опрокинув ботинком её мешок, — Вы прямо вот здесь вчера стояли? Или где-то на другом месте?
Я огляделся по сторонам, пытаясь отметить, какие рейсовые автобусы стоят поблизости. Чтобы чуть позже можно было бы проанализировать и сопоставить по времени кое-какие детали.
— Здесь! Здесь я стояла! — энергично дёрнув головой, подтвердила мои предположения женщина, — Хорошее здесь место. Люди за газетами в дорогу подходят, а заодно и семечки у меня берут! Мне отсюда отходить никак нельзя, мигом выживут! Займут место и назад уже не пустят! Я потому и сегодня здесь стою!
Она с неуверенной взволнованностью еще раз окинула нас с Антоном взглядом.
— Сегодня ваших тут с утра много было! — прервав молчание, сообщила мелкооптовая коробейница, — Всех подряд шерстили. И нас, и их вон тоже! — мотнула она головой в сторону таксистов. — Которых из наших, так тех и вовсе собрали скопом в трезвиловскую машину вместе с товаром, и увезли! До сих пор еще не вернулись! Это хорошо, я вовремя заметила, что облава началась, а то и меня бы вместе со всеми загребли! — вспомнив про недавно пережитое, еще больше расстроилась тётка Наталья.
— А мужик тот, ну, который с ободранной рожей, он в котором часу вам на глаза попался? — затаив дыхание, повторил я свой главный вопрос, — Хотя бы примерно?
Больше всего я сейчас опасался критичных несовпадений по времени. Ирина Сергеевна Пшалговская даром, что подверглась дикому акту сексуального вандализма и в результате которого вынуждена была пребывать в состоянии растерянности, но полностью своего разума, тем не менее, она не утратила. И время завершения неприятного, как я надеюсь, для неё события, она запомнила с точностью до пяти или десяти минут. Мне его, время это, она, само собой, сообщила. И надо сказать, что тут всем нам очень повезло. В том плане, что часы с неё тот сексуальный флибустьер не снял. Либо осознанно пренебрёг вещицей, либо, полакомившись тугой плотью нефтедобывающей красавицы, запутался в приоритетах и забылся. Это и немудрено, потому как, несомненно, был он на тот момент до краёв переполнен ярчайшими эмоциями. Так-то да, душа маньяка, это всегда сплошные и беспросветные потёмки. И потому они очень редко поддаются обычной человеческой логике. Однако, учитывая то, что про прочие сопутствующие трофеи он не забыл и, что сумочку с кошельком он всё же выпотрошил, я решил, что с часами половой агрессор просто лоханулся. Что ни говори, а часики-то у Пшалговской знатные. Пусть и советского они производства, но зато браслет, и сам корпус у них золотые. По нынешним небогатым временам они на три зарплаты заводского инженера потянут. А может, и того больше.
— Так я же говорю, моё это место! — с лёгким недоумением посмотрела на меня частная торговка, — Весь день вчера здесь и простояла, пока не распродалась. Часов до семи тут была, — призналась женщина и, понизив голос, с запоздалым испугом оглянулась по сторонам. — А мужик тот, что с оцарапанной харей, он часа за три до того мимо меня прошел. Вот по этой самой дорожке! — указала она пальцем на неровный и растресканный асфальт перед собой, — По всей морде полосы и на шее тоже. Я-то еще подумала, что он небось с бабой своей накануне повздорил. А оно видишь, как на самом-то деле вышло! — она замолчала, а в её глазах мелькнуло понимание случившегося, смешанное со страхом.
— А какой он был, этот мужик? Приметы какие-нибудь вы запомнили? — мягко, но настойчиво продолжил я. — Кроме царапин на лице и на шее? Рост, цвет волос? Одежда?
— Ну… Мужик как мужик. Молодой. Лет, может, на десять ему меньше, чем мне, — неуверенно протянула тётка Наталья. — И вот еще что, нерусский он! — уже более твёрдо добавила она. — Точно, как есть вам говорю, он нерусский! А что касательно роста, так ростом он примерно вот с вас будет! — с ног до головы окинула меня цепким взглядом семечная негоциантка. — Про волосы ничего не скажу, он в фуражке был. В такой же как вон они! — указала она на кучкующихся в отдалении таксистов.
Обернувшись, я попытался рассмотреть головные уборы таксомоторщиков, но расстояние между нами было слишком велико. Это ничего, сейчас договорю с нашей, ключевой на данный момент свидетельницей, и сразу же направлюсь к ним.
На мои дальнейшие вопросы про одежду и обувь злодея, сколь-нибудь вразумительных ответов я не получил. «Всё, как у всех!» — было мне ответом.
— И лицо у него обычное. Я б его и не запомнила, и не заметила, если бы не эти царапины, — завершила свой рассказ Наталья.
— Это я уже понял, теперь самое главное! — с максимальной серьёзностью всмотрелся я в глаза чересчур миловидной «бабки», которую, с учетом
