нам об этом не рассказывала?
— Первое правила клуба, никому не рассказывать о клубе! — проговорила Брин и громко рассмеялась. — Но, в самом деле, зачем вам было об этом знать?
— И вы вот так все умеете уходить в тень? Становиться невидимыми? Я думал, это дар твоей Богини… — прошептал Хэйян и задумался, целиком пересматривая своё мнение насчёт учителя. — Как так…
— Мой дорогой ученик… — Брин хлопнула белобрысого эльфа по плечу, чуть не выбив из того все оставшиеся силы. — Подобные силы может даровать только Богиня тьмы, а у неё всего два жреца, с недавних пор, и нет ни единого последователя… Мы же получаем свои силы путём упорных тренировок и специального элексира. Это секрет, который наш культ хранит долгие сотни лет.
— И как я об этом не задумывался…
Перекинувшись парой колких фраз со своими учениками, Брин вдруг посмотрела на гнома и прищурилась:
— А вот ты должен мне кое–что объяснить, старик. — Брин подошла к Олекху и неожиданно для всех, хлопнула того по заднице.
Ошарашенный гном покраснел и с испугом посмотрел на побагровевшие лица братьев:
— Я не знаю, что на неё нашло! Клянусь! — вскричал он в своё оправдание, но Брин вдруг подняла руку, в которой находился амулет, подаренный Кернуном.
Прокрутив коготь в руках, и осмотрев со всех сторон, эльфийка скосила на гнома заинтересованный взгляд. Олекху оставалось лишь испуганно смотреть на девушку и недоумевать, как она могла узнать про амулет. Заметив его замешательство, Брин поспешила объясниться:
— Видишь ли… мой дар позволяет мне многое. И, как минимум, остановка времени работает на меня лишь частично. Я не смогла понять, о чём вы говорили с Богом проклятий, но амулет увидела. Это ведь был Кернун, я не ошиблась?
Стоило Брин произнести эти слова, как все вдруг уставились на старого гнома, ожидая ответов на вопросы. Олекх тяжело вздохнул и выхватил амулет из рук эльфийки:
— Да, это был Кернун. Объяснять тебе я ничего не обязан! Скажу одно, он помогает мне спасти Феникса и вас всех! И амулет лучше не трогать, если сломается, то призовёт исчадие ада, которое устроит тут кровавую бойню!
— Знаешь, а ты мне кого–то напоминаешь! — произнесла Брин без раздумий. — Был такой гном, когда–то сражавшийся на арене вольного города… Как же его звали… Кажется, Олекх…
Заметив смятение на лице старика, Брин ехидно улыбнулась и продолжила:
— И пускай ты очень на него похож, пускай и куда более старый… Тот гном использовал силы светлой Богини Деметры, но никак не Бога проклятий. А то, что я видела на поляне, это ведь именно его сила, верно?
— И что с того? Гномы не могут пользоваться силой тёмных Божеств?
— Конечно, могут, это ведь не запрещено! — Брин развела руками в стороны. — Но… давай на чистоту. Как тебя зовут? Мы ведь через столько прошли, а имени твоего до сих пор не знаем! Только без утайки. Будет неудобно, если ты нам соврёшь, а потом Феникс вскроет горькую правду…
Ехидная ухмылка на лице эльфийки не оставила у гнома ни шанса. Сжав губы и кулаки, он просверлил её тяжёлым взглядом и тяжело выдохнул:
— Да, меня зовут Олекх! Я тот самый гном, но моя Богиня меня покинула.
— Так и знала! — тут же произнесла Брин и хлопнула в ладоши. — Так ты отступник! Чёрт, а я‑то всё гадала, куда вы тогда с тем оборотнем испарилась! Столько слухов ходило, просто жуть! Я считала их бредом, а теперь начинаю верить!.. Сама на арене не присутствовала, но рассказывали об этом на каждом углу!
Лица стоящих рядом эльфов вдруг побледнели. Лишь услышав про отступника, они сделали несколько шагов назад, и их можно было понять. В детстве, абсолютно всем рассказывают сказки про Феникса, героев, которые освободят мир от гнёта арбитров и, конечно же,… остаётся место и для страшилок. Самой главной и ужасной из всех была страшилка про отступников. Существ, отринувших своих Божеств и отдавшихся хаосу. Созданий, которых буквально поглощает энергия пустоты, а их сила настолько велика, что контролировать её сами они не могут. Из–за этого их и называют отступниками, ведь жизнь в социуме для них чужда. Они все мятежны и нелюдимы.
— Да, я отступник, но ситуация сложная. Но и сам я об этом узнал недавно. Способ, которым я избавился от влияния пустоты… частично стёр мою память. — проговорил Олекх. — Я не опасен, можете не переживать.
— Я вижу, хоть и с трудом верю, что ты нашёл способ избавления от влияния хаоса. Вероятнее всего, тебе просто повезло. — вдруг произнесла Брин, успокоив тем самым своих учеников. — На самом деле, мне доводилось встречаться с отступниками. Ты на них не похож. Обычно, они оставляют после себя только руины, но вылезают так редко, что я уже и не вспомню, когда последний раз про них слышала.
Гном пару раз кивнул головой и посмотрел на лежащего в тенях дерева Феникса:
— Предлагаю эту тему оставить на потом. Что будем делать дальше? Ты же говорила, что сюда могут сбежаться эльфы из других поселений?
Брин с ухмылкой посмотрела на гнома, а затем на Хромаса:
— Конечно же, никто не сбежится! Я лишь хотела подольше поболтать с этим оленем, чтобы задержать, пока мои ребятки к нему подбираются. Никто не придёт. Ближайшее поселение в двадцати километрах. Даже если туда и послали весточку, прибудут они не скоро. Хотя я и в этом сомневаюсь. — Брин легонько толкнула Хромаса в плечо. — Никто за этого придурка не вступится. Все в округе давно знают, что с ним лучше дел не иметь. Мать родную продаст, лишь бы свою задницу спасти. Никому такой союзник не нужен.
Гном хмыкнул и так же не постеснялся пнуть лежащего на земле эльфа:
— Тогда грохнем его или подождём, пока Марк проснётся?
— Думаю, стоит подождать. — в разговор вдруг вклинилась Лиза.
Все с удивлением посмотрели на неё, как на немую, неожиданно получившую дар речи. Первым с ней согласился Олекх, одобрительно кивнув:
— Так и поступим. Кстати, чего–то долго он не просыпается… — прошептал гном и уже было пошёл в сторону Марка, как вдруг ощутил в своём заднем кармане чью–то руку. — Какого?!
Резко дёрнувшись, гном и все на поляне застыли в безмолвном ужасе. Один из эльфов в длинной мантии, каким–то образом освободился от пут и сейчас стоял напротив компании с амулетом в руках. Он весь дрожал и смотрел на всех испуганными глазами, бегающими из стороны в сторону.
— Эй, не дури! — вскричал гном, но
