рассеялось, я обнаружил в углу новую «кнопку-пиктограмм» с надписью «Мои боевые механизмы». Обалдеть…
Ткнув, раскрыл меню и появился куцый список с единственной строчкой «СитиХантер 701». Ткнув еще раз, вывел на экран все ту же разноцветную схему. Левая рука окрашена красным, торс и голова желтые, ноги желтые, правая рука желтая… Ниже еще немало важной информации, идущей короткими ясными столбиками. Хватило одного взгляда дилетанта, чтобы понять – боевому механизму срочно требуется огромное количество смазочных механизмом, бортовое вооружение частично неисправно, частично лишено боезапаса, бортовая электроника в полном порядке, бортовой реактор в полном порядке, постоянная связь с пилотом успешно установлена.
– Обалдеть – прошептал я, мертвой хваткой сжимая крохотные джойстики, вжимаясь спиной в эластичный материал ложемента боевого механизма – Обалдеть блин!
– Босс! Босс! – эхо чуть встревоженного крика Туффи – Куда пропал?
– Я тут! – крикнул я и осекся – мех буквально перехватил мои слова и чуть ли не на весь склад трубно проревел – Я здесь!
– О господи – проблеял из темноты Туффи – Что это мать его было такое?!
Кокпит с гулом закрылся, перед глазами замерцало, зажглось еще несколько экранов, зажглись картинки и перед моим мысленном взором. Десятки строчек с информацией побежали перед глазами и по большей части они были желтыми и красными, но при этом мех утверждал, что мобильность присутствует.
Чтобы встать во весь более чем двенадцатиметровый рост мне не пришлось ничего делать. Я просто подумал об этом и… сам того не ожидав, просто поднялся. Да. Я поднялся. Это безумное ощущение полного слияния с огромной боевой машиной. Это не СитиХантер-701, а я сам – Жирдяй – поднялся во весь свой стальной рост, тяжко оперся единственной рукой о задрожавшую опорную колонну, полоснул темноту двумя мощными прожекторами, высветив крохотную фигурку Туффи, замершего по пояс в темной воде и потрясенно смотрящего на поднявшегося над ним исполина.
«Это я, Туффи» – хотел успокаивающе произнести я.
– Это я, Туффи! – проревел СитиХантер и сделал шаг к седому мужичонке – Я!
– Г-господи… – замотал головой седой эльф – Господи… у меня что-то в требухе от шока порвалось… Босс… это ведь ты? Да?
– Я… – вынужденно проревел я и, опять же действуя полностью инстинктивно, почти неосознанно, развернул корпус, посылая волны света в глубины огромного склада, откуда уже неслись встревоженные крики. Остановившись, поднял руку и закричал:
– Всем успокоиться! Отбой тревоги! Это я – Жирдяй! Внутри боевой шагающей машины! Все в порядке!
– Все в порядке – продолжал качать головой Туффи, медленно погружаясь в воду – Кажется, у меня инфаркт…
– Сани придется разгрузить – проворчал я, успев перед этим разобраться с ползунками звука внешних динамиков и резко убавить – Полностью.
– Вот теперь у меня точно инфаркт, босс…
– Руку – произнес я, широко улыбаясь – Мне надо найти мою руку…
Глава девятая
Сломались мы как назло – на самом лобном месте, с потрясающим видом на окрестности, прямо посреди поросшей бурым кустарником возвышенности с редкими буграми, которые так и хотелось назвать курганами. Сперва была суматошная беготня, что продолжалась до момента, когда я добрался до головного отсека и зло рявкнул, останавливая кавардак. До этого я сидел внутри кокпита боевого меха, осваиваясь, изучая немногочисленные кнопки, рычаги и куда более обширную виртуальную составляющую управления. За прошедшее время я понял только одно – не так-то это и просто. И тут взревевший генератором газотурбовоз замолк, и мы остановились.
Первый мой вопрос был простым – почему?
Увидев, как в ответ разводят руками, я улыбнулся, пару раз кашлянул, чтобы скрыть внезапно нахлынувшее раздражение, а затем повторил вопрос, старательно при этом выдавливая из себя широкую улыбку – почему мы встали?
На этот раз посерьезневшие члены команды сборщиков поняли, насколько сильно я раздражен и, переглянувшись, подтолкнули вперед Туффи. Он и пояснил – мы вроде как даже не сломались, но что-то не так с топливом или системой подачи топлива. Они сейчас разберутся. Дайте время, шеф.
Кивнув, я выпрыгнул наружу, тяжело приземлившись на сухую почву. Там, придерживая рукой дробовик, я с шумом выпустил воздух из груди, постоял, глядя на далекую линию цифрового горизонта, где сверкали молнии – надвигалась гроза. Виртуальная иссохшая природа будет рада. А я все так же раздражен.
Почему я так зол?
Прислушавшись к себе, перебрав в голове события последних пяти минут, я понял причину – пусть во мне видели и признавали во мне начальника, командира, но при этом явно считали меня столь же мягкосердечным, как вся моя жирная туша. Никто не боялся. Никто не считал, что я могу в гневе рявкнуть, что могу по-настоящему разозлиться.
А ведь еще пару недель назад меня бы это никак не задело. Сейчас же я был взбешен и одновременно испуган этим странным своим… высокомерным недовольством. Во мне прямо всколыхнулось что-то недоброе, а на секунду возникло глупейшее желание врезать кому-нибудь по наглой ленивой морде. И это в виртуальном мире Ковчега 5.0, где нет боли и быть не может – ведь мы лишь электронные фантомы лишенные тел и нервной системы. Мы призраки погруженного в хаос мира…
Зато здесь есть почти настоящая смерть и имеются жуткие янтарные тюрьмы… Хотя пусть смерть и «почти» настоящая, умирать все же страшно – это ведь не только потеря нажитых за последний «игровой сеанс» воспоминаний, но и всех приобретенных чувств, будь то затаенная на кого-то злость, новая дружба или же… любовь.
Да… умирать никак нельзя. Никому из нас.
– Шеф! – стоящий у перил, что опоясывали «пояс» газотурбовоза Туффи заискивающе улыбался, разводил руками – Не серчай ты так. Все сделаем. Мы быстро.
– Я злюсь на себя – улыбнулся я мирно в ответ, с трудом загнав внутрь рвущееся наружу яростно «делай, а не говори! Шевелись!».
Так с людьми нельзя. Тем более с теми, кто мне действительно нравится. Да и в целом выбранная мной команда очень неплоха. Я заложил руки за спину и часто закивал, глядя на приближающийся грозовой фронт. Да. Все ребята молодцы. Стараются как могут. А я просто раздражен – причем без всякой видимой причины.
Или можно так с людьми?
Снова во мне шевельнулось раздражение.
Я стараюсь как могу, не чураюсь самой черной грязной работы и при этом продолжаю руководить. Чего я жду в ответ от своей команды – да того же самого. Фанатично честного отношения к своим обязанностям, стремления преуспеть, желания выполнить все правильно и не допустить при этом ошибок.
Стоп…
А я это им
