сопровождала охрана. Вещи в салон, а там и домой, на выезде предъявив пропуск. Галя в наушниках танцевала на кухне и готовила завтрак. Она недавно встала, так что сначала форму в стирку, стиральная машина начала работать, нательное бельё тоже закинул, а сам потащил девушку в постель. Она тут для чего? Для этого самого.
А так как вечер мой свободен оказался, думал, задержусь, позвонил тому спасателю, и договорились встретиться через два часа. Чуть позже пришло сообщение с адресом ресторана. Я от халявы никогда не отказывался, оделся в парадное и с Галей, та тоже приоделась, сумка с вещами была, поехали к месту встречи. Кстати, та склоняла меня разориться на магазин с одеждой, понятно, брендовой. Почему бы и нет? Можно. А так в ресторане отлично посидели, конечно, я произвёл фурор, тут почти два десятка спасателей было, капитан же, глянув на мои погоны, только головой покачал. Отлично отмечали мои награды, спасённых девушек, те все четверо в больнице. Состояние стабильное, прогнозы благоприятные, что хорошо, порадовали. А так тихо сидели, хотя компания шумная, я делал символические глотки. Хотя кибердок не даст мне опьянеть, поэтому особо последствий гулянья не было. Действительно отлично посидели, и я был главным гостем на этом банкете. Как и договорились, платили за всё спасатели.
А с утра, у меня на десять было назначено, на Лубянку. Квартиру законсервировал, сюда уже не вернёмся, вещи в машине, после Лубянки едем в Кострому. Родных повидать. А потом в Питер. Кстати, сегодня рано встал, часа два потратил, написал отчёт о возможной сдаче Изюма, чего ждать, как этого не допустить, и отправил бывшему комдиву, генералу Цокову. Он не замом командующего армией стал, а начальником штаба. Пусть думают.
К счастью, не задержали, пока Галя гуляла по улочкам столицы, я всего час пробыл в гостях на Лубянке. Были опросы, по новому кругу, сообщили, что опознали тех, кто в машине был. Более того, они следили за мной от моей квартиры. Не ошибка, минировали ту машину, что хотели. Выяснили, что старший в машине уже сталкивался со мной ранее. Откуда дронов запустили, никто не знал, не нашли, что хорошо, но поиски продолжаются. Однако так и не прояснили, с чего старший коллектор на меня так взъелся. Я не признавал и не признаю своё участие в пропаже его людей. Полковника это тоже заинтересовало, но почему тот в клин вошёл, и я из-за этого четыре месяца в СИЗО отсидел, пока не знал. Или делал вид, что не в курсе. Так что пообщались, получил пропуск и на выход. Там ушёл в улочки. Тут нигде не припаркуешься, а штрафы драконовские. Некоторые получали двести пятьдесят тысяч за неправильную парковку. Так что во дворе одного из жилых домов машину оставил. Галю уже вызвонил, подобрал её, и поехали в Кострому. Там оставил любовницу в торговом центре, выдав деньги, пусть закупается тряпками, а я три часа провёл с матушкой, Саню повидал, Настю с Мишкой, а потом, забрав довольную Галю, и в Питер. До темноты успели добраться, так что сразу на снимаемую квартиру. А с утра в академию, в парадной форме и с наградами. Иванов полюбовался мной, потом к командующему учебного заведения отвёл, там совместные фото были, одно фото на стенд известных выпускников академии поместят. Кстати, диплом об окончании академии мне выдали, как и значок выпускника. Прицепил и его на китель. Всё, меня можно считать кадровым офицером.
А вот с возвращением возникла заминка. Мне выдали приказ явиться в штаб нашей Двадцатой армии. Как шепнул полковник Иванов, это мой комдив бывший подсуетился, под его началом служить стану. Так что небольшой банкет в ресторане устроил, где угостил и напоил почти весь преподавательский состав академии, командующий тоже был, с женой. На следующий день, сдав квартиру хозяину, с Галей мы уже расстались, та всё, что хотела, получила от меня и убыла (кстати, на врача училась, второй курс), я выехал из Питера – и на Москву. Заехал в Кострому, ювелир уже ждал. В этот раз чуть больше десяти миллионов заработал, половину тут же отправил знакомым волонтёрам. Те подтвердили, деньги пришли. Машину оставил в Москве, в гараж загнал, даже аккумулятор не снимал, чую, я тут до Нового года ещё побываю. Два баула со снаряжением и вещами, билет на поезд уже взял до Ростова-на-Дону, и почти всё время работал. В этот раз повезло, бесплатный билет для военнослужащих был в купе, пусть верхняя полка, но я считал, что это даже лучше. Никто не дёргает, можешь лежать, сколько угодно. Так что всё время движения, кроме сна, провёл в написании разных программ. Правда, меня всё же опознали, и паломники ко мне часто ходили или посмотреть, или пообщаться, напрягало. Мешало работать. Впрочем, я не показывал недовольства, так что народ всё равно шёл. Я историю с пожаром имею в виду. По этой теме узнавали, хотя и по награждению было, но там мельком, в новостных каналах прошло. Полная запись на сайте администрации президента выложена. Хотя паломники не зря ходили, узнал несколько шокировавших меня историй.
Первое, выставлены на аукцион мои ботинки. Какой-то предприимчивый парень забрал их из урны, приложил видео, как я их бросаю, это тоже засняли, и выложил на аукционе. Вторая информация. Меня опознали как Хохмача. Для начала я очень силён, что показало поднятие на четырнадцатый этаж, и потом опознали девчата спасённые. Многие видео просмотрели и узнали меня. За три дня пути я лицо не прятал, поэтому тот ушлый парень приложил ещё и видео опознания некоторых спасённых девчат, нашёл в интернете, их там много гуляло, плюс награждение в Кремле, и продал мои новенькие арамейские летние ботинки, с повреждениями от верёвки, за двести тысяч рублей. И ведь купили. Не порадовало то, что меня опознали как Хохмача. Я понимал, что рано или поздно это произойдёт, но надеялся, что всё же поздно, чем рано. Надежды не оправдались. Впрочем, так и добрались.
В Ростове меня неожиданно встречали, на ярко освещённом перроне незнакомый лейтенант высматривал и сразу поторопился подойти. А время одиннадцать вечера. Поезд-то шёл сутки, Москву он покинул в два часа ночи. Оказалось, меня воздухом решили перекинуть, бывший комдив распорядился. Так что с вещами до машины, «Волга» была с армейскими номерами, а там и до аэродрома. Экипаж уже ждал, и на Ми-8 до Изюма. Штаб там располагался. Устроили ночевать, а с утра, позавтракав с штабного котла, в штаб. В помещении шесть
