— и этот урод, который явно не глуп, в отличие от уже покойного Гуся, заподозрит неладное и решит выяснить, почему тот не отвечает ему. Надо скорее выбираться из-под трупа и приделать и его тоже, пока не… Да неважно что именно «не», главное, что когда оно перестанет быть «не», станет «не» хорошо!
Сука, да что ж ты такой тяжелый!
Я высвободил из-под тела вторую руку, уперся в бок мертвеца и напряг все мышцы, пытаясь не то спихнуть его с себя, не то выскользнуть из-под него. Получилось скинуть его почти до пояса, осталось только освободить ноги — и все! Я уже даже могу дотянуться до стоящего у стены дробовика!
— Гусь! — снова позвал Косой. — Ты чё молчишь, говна поел? Гусь! Эй, Гусь, ты чего разлегся⁈ С тобой все норм⁈
И Косой, судя по звуку, явно пошел в мою сторону с желанием проверить подельника, от которого он видел одни только ноги, торчащие в дверном проеме! Я задергался еще активнее, пытаясь высвободить ноги и вскочить, но штанина за что-то зацепилась и никак не хотела вылезать!
А шаги становились все ближе и ближе, на стене уже появился красный невысокий силуэт приближающегося противника…
Косой вынырнул из-за дверного косяка и первым делом со смешком пнул своего подельника в подошву кроссовка:
— Эй, Гусь-гугусь! Ты чё, налакаться где-то успел за секунду, что ли⁈
И только потом он заметил меня. Глаза его расширились, рот округлился, словно он собирался завопить, а рука потянулась к рукояти молотка, который на веревочной петле висел у него на поясе.
Косой громко и с присвистом втянул в легкие воздух, собираясь заорать, и я понял, что дело плохо. Если сейчас он заорет, оставшийся в комнате Зубастый сразу насторожится и, скорее всего, выскочит из комнаты с оружием, пусть даже и голый. Сам Косой вряд ли кинется на меня прямо сейчас — он осторожен и неглуп, и даже видя, что я наполовину скован трупом его подельника, все равно не станет рисковать. Но он заорет. Поэтому надо не дать ему заорать.
К сожалению, у меня есть только один способ это сделать… И он не сказать, чтобы был сильно лучше варианта дать Косому заорать. Но чуть-чуть лучше.
Поэтому я упал на пол, выбросил в сторону руку, едва-едва дотягиваясь до дробовика, ухватил шейку приклада пальцами, и, не тратя времени на нормальный перехват, лишь чуть наклонил его от стены, так, чтобы он смотрел в сторону Косого.
И спустил курок.
Грохнул выстрел, облачко не успевшей разлететься картечи ударило Косого в грудь и отбросило назад, в комнату.
— Эй, вы! — раздалось из комнаты. — Какого хера⁈ Что вы там громите, уроды⁈ Я же велел не мешать! Я же щас выйду!
Что ж… Тихо не получилось.
Придется громко.
Глава 7
Первый навык
— Вы чё там, совсем охерели⁈ — раздалось из комнаты. — Я вам щас глаза на жопы понатягиваю! Причем чужие глаза на чужие жопы!
Сука… Вот же не повезло так не повезло. Не получилось по-тихому, мать его!
Я положил дробовик на пол, уперся обеими руками в тело Гуся и наконец скинул его с себя, освободив ноги! Тут же схватил дробовик снова, даже не вставая и не выпуская из руки Лизу, двумя пальцами дернул цевье, выбрасывая пустую гильзу из патронника…
И не успел дернуть его обратно, как закрытая дверь распахнулась от мощного пинка наружу и в проеме появился Зубастый.
Да, он натурально был зубастый! Из-за какой-то болезни или по другой причине его зубы настолько вылезли вперед, что губы даже не могли сомкнуться на них, и поэтому Зубастый казался пародией на кролика, который решил переодеться в человека. Такого во сне увидишь — подушкой не отмашешься, теперь я понимаю, почему бедная девушка так кричала там в комнате. Тут не просто насильник, а такой жуткий насильник, одного только внешнего вида достаточно, чтобы обмереть со страху!
— Э-э-э бл… — недоуменно протянул Зубастый, глядя на меня, но договорить я ему не дал. Резко дослал цевье вперед, вгоняя патрон в патронник, вскинул ружье к плечу и выстрелил. Сидя, особо не целясь, выстрелил — мне и не нужно было целиться. На таком расстоянии я все равно попаду, даже если сначала посмотрю на цель, потом закрою глаза и выстрелю с закрытыми глазами.
Но я не попал. В последний момент Зубастый просто исчез из дверного проема, как будто его там и не было! Он не упал, не шагнул в сторону — даже в этих случаях картечь бы его достала, пусть в руку, в ногу, но достала! Нет, он просто исчез с того места, где стоял, и весь заряд ушел в противоположную стену!
— Ты чё, сучара⁈ — раздалось из комнаты, а потом за край косяка высунулась рука с пистолетом. — Ты чё⁈
И пистолет дважды гавкнул, посылая в мою сторону пули! Разлетелось над головой огромное, висящее на стене, зеркало, один из осколков скользнул по дробовику, чуть не попав по пальцам. Вторая пуля попала в мертвого Гуся, заставив его дернуться, как от пинка.
Черт, третья уже может быть в меня!
Толкнувшись ногами от тела Гуся, я катнулся через спину, кувырком залетев в комнату, в которой он с Косым шарились в поисках добычи, и только там встал на ноги. Дернул цевье, перезаряжая дробовик, и прислушался.
— Э, мразота! — заорал Зубастый из комнаты. — Ты чё там, сдох, что ли уже⁈ Чё так быстро, я планировал поразвлекаться!
— А ты что, не поразвлекался с девахой⁈ — удивился я. — Или у тебя так и не встал⁈ Я слыхал, у тебя с этим проблемы!
— Ах ты су!..
Зубастый аж задохнулся от негодования и в коридоре грохнули еще два выстрела. Что-то громко упало.
Давай-давай, пали почем зря. Вряд ли патроны у тебя бесконечные, так что сейчас отстреляешься и все, бери тебя тепленьким. Главное, чтобы на эти звуки не приперся кто-то лишний. Во всяких фильмах про зомби активно педалируется тема того, что они реагируют на звук… Надеюсь, что я не попал в один из таких фильмов и на перестрелку не припрется толпа синекровых.
Внезапно левая штанина за что-то зацепилась. Я перевел взгляд вниз — это оказался еще живой Косой. Несмотря на дыру в груди, он все еще дышал и сейчас цеплялся скрюченными пальцами за мою штанину, то ли пытаясь помешать мне перестреливаться с Зубастым, то ли вообще не понимая, что делает. Оторвав от цевья левую
