какая-то специальная игра? Чтобы кого-то запутать? Я правильно догадался?
Да, десятки прожитых лет просто так через плечо не выкинешь.
— Нет… Это издержки моей профессии… До этого задания я был несколько лет глубоко внедрен в криминальную среду. Из зоны я вышел, но зона из меня еще не до конца вышла. Это хорошо, что ты подметил такое. Буду работать над собой в этом направлении. Благодарю. И называй меня опять на «ты». Понял?
— Так точно.
— Не так точно, а «да».
— Так точно, да!
— Тьфу!..
Я всучил Валентину шприц. В первую очередь на нем нужно поискать следы рук, а уж потом — остатки возможных веществ. Конечно, в бюро СМЭ мне этот шприц не впыжить на исследование, они берут на экспертизу только трупы. А у Валентина нет такого оборудования, как в областной лаборатории судебно-медицинской экспертизы, и вряд ли он что-то сможет найти, если это только не распространенные вещества какие-то. Но обсудить это с ним все равно надо…
Улучив момент, когда Трубецкой и следователь прокуратуры выпустили меня из поля зрения, я незаметно подошел к судмедихе и проговорил:
— Тамара Ильинична, у меня снова будет просьба… Вы мне копию заключения потом также сможете сделать по этим двум трупикам? Когда готово все будет… Очень надо.
— А тебе зачем? — свела она черные и густые, как у мужика, брови.
— Ну как? Разобраться хочу. Вот товарищ юрист третьего класса считает, что никакого криминала тут нет. А мне кажется, что странно все это… Для моего профессионального роста необходимо докопаться до правды. Сами подумайте — мужички-то одновременно, вдвоем угорели. Нет, в закрытом гараже и при заведенной технике такое, может, и случается, но не летом же. Я понимаю еще зимой, когда гараж не распахнешь, замерзнешь, а тут лето… А теперь, внимание, вопрос, — проговорил я, как в известной телеигре. — Зачем им было дышать выхлопными газами? Почему не проветрили? Тем более, у мотоцикла с двухтактным движком бензин вперемешку с маслом выгорает, дым-то очень вонючий и едкий.
И мы эту вонь издалека почувствовали. Ну не выйдет им незаметно надышаться.
— Может, и странно, а может, и нет, — хмыкнула бабуся, поправляя белый, но мятый, как залежалый мартовский снег, халат. — Я за свою жизнь на столько странных смертей насмотрелась, что ничему уже не удивляюсь. Но ежели тебе так хочется покопаться в этом, то сделаю копию по старой дружбе…
— Спасибо.
— Твое спасибо в холодильник не положишь. Иным макаром, с тебя кило колбасы. Хорошей только. Сможешь достать?
— Без проблем, — кивнул я. — Достану…
Медичка, увидев, как просто и легко я согласился, на мгновение задумалась и тут же добавила:
— И еще одну банку кофе…
— Договорились, — снова кивнул я с обезоруживающей улыбкой.
А пиратка в этот раз промолчала, мзду не повысила, а лишь кивнула, а потом огляделась и, убедившись, что нас по-прежнему никто не слушает, прошептала:
— Через два дня приходи, я их вне очереди вскрою. Распотрошу по-быстренькому. Но биохимия позже будет, это в область надо образцы отправлять.
— Спасибо, вот и посмотрим, кто из нас прав, — еще раз поблагодарил я, а в это время к нам подбежал Мухтар.
Когда мы закончили со следами, я его отпустил с поводка — побегать, волю почувствовать, колючки на шерсть пособирать и попугать алкашиков за гаражами.
— Ух ты, какой хороший! — медичка вдруг расплылась в улыбке, вся ее ворчливость и хмурость куда-то вмиг улетучилась. — Можно тебя погладить? Иди сюда, ну иди-и…
— Свои, Мухтар, — тихо скомандовал я псу.
Тот нехотя и бочком подошел к судмеду и с барского плеча дал себя погладить и потискать за ухом.
Я никому не позволял гладить Мухтара, кроме Серого, потому что служебный пёс — это не плюшевая игрушка. Но, зная особое отношение врачихи к паукам, змеям и прочим зверям, позволил ей выплеснуть эмоции. Тем более, я чувствовал, что хорошие отношения с заведующей бюро мне еще пригодятся.
— Мне бы такую собаку! — вздохнула Тамара Ильинична.
— Так в чем же дело? Купите. Или дождитесь, когда Мухтара женю, подарю вам щеночка.
Она только фыркнула.
— Да куда мне в квартиру? Там у меня знаешь какой зверинец. Скоро самой места мало будет. Максимум, еще крот войдет… Но его Гоша мигом слопает.
— Я смотрю, вы животных очень любите?
— Они лучше, чем люди, — многозначительно кивнула бабуля. — Людей я только мертвых люблю. Кхе-кхе…
* * *
Я приехал в отдел уже почти к обеду. На работе меня ждал Серый.
— Привет! — подскочил он ко мне, скоренько поручкался и принялся тискать Мухтара.
Тот с удовольствием подставлял ему холку. Серому он безгранично доверял, почти так же, как и мне. Улучив момент, лизнул пацана в нос.
— Ого, а что он весь в колючках? — вытерев рукавом нос, спросил Серый. — Где вы так?
— В полевых условиях выполнял служебный долг, — гордо ответил я. — А тебе боевое задание на сегодня — очистить его от этой дряни.
— Сделаем, — кивнул Серый. — На обеде что делаешь? Может, на речку? Уж несколько дней не были.
— Без меня сегодня… — я глянул на часы. — У меня срочное дельце тут нарисовалось. А ты с Мухтаром сходи, заодно его и помоешь. Он по таким зарослям сегодня лазил — вон, весь в пыли и грязи.
— А что за дельце? — хитро прищурился парнишка.
— Ты говорил, у вас с сестрой дача есть? — задал я встречный вопрос.
— Ну есть… Мы там ничего не садим, сеструхе все некогда, а мне этот огород нафиг не сдался. Домик там небольшой, летний, и сад.
— Пустует, стало быть?
— В последнее время — да, бывает, заскакиваем туда на выходных, абрикосы да вишню с кустов потрескать. А что?
— Мне нужно одного человечка надежно спрятать. Лучшего места и не придумаешь. Сможем Алёну на это уговорить?
— А какого человечка? Зачем его прятать? — серьезно спросил тот.
— Пистона помнишь? Вот его нужно укрыть… Есть основания полагать, что его могут в ближайшее время кокнуть. Его дружки уже отошли в мир иной.
Я махнул на Мухтара — вот, мол, и была наша работа.
— Их убили? — прошептал Серый.
— Пока не ясно. Но похоже на то… Ты
