как адекватный человек, а не напыщенный кусок графа. В общем, Морган решила, что пять минут ничего не решат и можно не затевать конфликт. И вот она прибыла на судно, где её и встретила Момо.
— А что он конкретно хотел-то? Или нужно было просто стать пред его величественными глазоньками для отчетности? — Не сказать, что граф был груб или нетактичен. Возможно, повлиял сложившийся в уме Риды портрет этого человека.
Что удивительно, но «преданная поклонница», в лице Момо, не разозлилась и не стала всё отрицать. Девушка лишь грустно вздохнула.
— Причины, леди Морган, я не знаю. Но прошу, дайте моему капитану шанс.
— Это ты сейчас в каком смысле?
— Э? — И тут до Момо дошло о каком «шансе» обычно просят мужчины у девушек. Она в ту же секунду резко покраснела и замахала руками, — Ой, нет-нет. Я ни это имела ввиду! Не-не-не!
Глядя на то, как правая рука этого «нежного цветка» случайно задевает стену, оставляя вмятины, Рида задумалась, стоит ли продолжать этот разговор. Но био-броня и шедшая с ней «подарком» охреневатость и наглость её пользователя, сыграли свою роль. Рида решила пошутить:
— Да я поняла, что твой капитан только твой, Нанами. Не переживай ты так.
И вроде бы невинный подкол, но что началось-то. Суета и мельтешение двухметровой растерянной тушки выглядели даже страшнее прямых угроз физической расправы. Это как первое блюдо ребенка — ты его видишь, ты понимаешь, насколько несъедобны эти отходы разложения урана, но с улыбкой пробуешь, глотаешь и даешь диарее сделать свое дело. А ведь мог же просто потерять сознание, но нет.
Неожиданно мельтешение резко прервалось, и подозрительно тихая Нанами продолжила путь по коридору.
— Вы неправильно поняли, леди Морган. Я так отношусь к капитану, потому что сильно его уважаю. Иначе просто быть не может, ведь он мой отец, — Момо оглянулась и отошла чуть в сторону, в небольшой карманчик на пути. — Думаю, вам можно рассказать. Просто… просто вы хороший человек, леди Морган. И капитан Эхенлихт тоже хороший. Мне тяжело видеть, когда люди не понимают его. И ладно какие-то ублюдки. Но, я бы хотела, чтобы хорошие люди все оценивали правильно.
Еще после слов об отце, Рида едва в стену не впечаталась, а тут серьезная Момо — это оглушало еще сильнее.
— Хорошо, Момо. Этот разговор останется между нами. — Потому что капец как хотелось его услышать. Но такие вещи лучше не говорить.
— Знаете ведь, у богатых свои причуды, да? Некоторые выращивают специально солдат для охраны семьи. И дети этих солдат тоже служат аристократам. Это можно назвать инвестицией «в долгую». Но такая судьба ждет мальчиков. А вот когда рождаются девочки, то тут ситуация сложней. Они тоже могут занять место в охране аристократа. Могут пойти в специальную прислугу, которая способна защищать хозяина наравне с охраной даже ценой жизни. Могут пойти греть постель хозяину.
— Ах же блять…
— Это не худший вариант, леди Морган. Понимаете… Богатые люди повидали всякого, им пресытились обычные развлечения. Поэтому, мне была уготована иная судьба. Стать бойцом. Вы слышали что-то о женском Колизее?
Вот такую Риду мало кто видел. Это была даже не её боевая ипостась. Что-то более пугающее и дикое. Глаза девушки горели, а желваки то и дело гуляли на лице:
— Слышала.
— Кто туда попадает, уже не выходит. Я вышла. Благодаря капитану. Он усыновил меня и поэтому администрация решила всё замять тихо. Из-за этого у графа были большие проблемы с семьей. Я как-то расскажу вам эту историю, но не сейчас. Просто знайте, что граф Эхенлихт хороший человек, который старается выглядеть хуже, чем он есть.
— Но зачем такое делать, Момо?
— Потому что тогда взгляды неприятелей будут направлены на тебя, а не на тех, кто подле тебя. Потому что яркий огонь всегда скрывает тех, кого греет. Ладно, — на лицо девушки вернулась её невероятная улыбка. — Надеюсь, я не слишком вас нагрузила своими глупыми воспоминаниями и желаниями. Мы пришли.
— Нет… Нет, Момо, все хорошо. Спасибо, что была со мной откровенна.
Не каждый капитан может похвастаться, что у него кроме каюты есть подобие «рабочего кабинета». Обычно площадь корабля пытаются использовать на полную. Другие просто не видят в этом необходимости. Но, не в случае графа. У него как раз такой кабинет имелся даже на судне.
Внутри все выглядело как кабинет начальника классической корпорации. Немного строгой, функциональной мебели. Несколько гостевых кресел и рабочий стол с пультом полного управления. Именно за ним сейчас и сидел уважаемый граф Эхенлихт. Но стоило девушке войти, как он тут же встал и поприветствовал её.
— Я благодарен вам, Рида, что вы уделили время, — и куда только делась былая напыщенность. — У нас назрел один важный вопрос. Присаживайтесь.
— На мне броня…
— Все хорошо, эти кресла рассчитаны на вес человека в полной экипировке. Не переживайте, садитесь.
— Хорошо. Спасибо.
Когда и сам граф сел в свое кресло, он активировал что-то на панели стола. Из его центра выехала рамка. Пустая «рамка» была ничем иным как голопроэктором. Такие использовались на совещаниях в корпорациях. Зачем такое надо, когда можно обойтись обычным экраном? Семейные привычки, видимо.
Голограмма активировалась, показывая классический отчет корабельного сканера. Рида узнала его мгновенно.
— После того, как корабль-носитель спешно покинул систему, на его месте осталось некоторое количество любопытных обломков, — Граф увеличил изображение нескольких объектов, замерших в космосе. Это были фрагменты тех самых малых судов, что находились на борту носителя. — Ребята не успели вернуться на борт. В итоге, материнское судно просто протаранило их и ушло в отрыв. Таких кораблей не меньше десятка. Почти все самоуничтожились.
— Почти все?
— Да, почти все, да не все. Судя по всему, уходивший корабль снес одному из малышей машинный отсек, тем самым как бы «разминировав» его. Так что удалось поднять на борт крупные, уцелевшие фрагменты. И не только.
Рида поняла сразу. Кроме остатков судна, только одна вещь может помочь им в понимании сути врага:
— Экипаж? Кто-то уцелел?
— И вот тут мы и подходим к сути. Никто не уцелел, просто не мог уцелеть. На борту не было людей.
— Суда управлялись какими-то продвинутыми искинами? То-то я смотрю они так резво реагировали на все мои манёв…
— Нет. Управляющих искинов на судне тоже не было. Только один простенький для общей
