Это был арьергардный заслон, он состоял из двух бронемашин MRAP, легкой и тяжелой, и «Страйкера», который гонял колонны – с него-то и посветили прожектором. Тут же были люди, солдаты и офицеры сил стабилизации, американцы, британцы и… кажется, еще датчане. Или норвежцы… черт их разберет в темноте-то.
– Сэр!
Уорент-офицер шагнул навстречу почти невидимому в темноте человеку, стоящему у борта «Страйкера».
– Вижу. Все?
– Так точно, сэр, больше никого нет.
– Понятно…
У говорившего был типичный британский, гнусавый выговор, как будто человек говорит с заложенным носом.
Шагнул вперед и Протасофф.
– Сержант Протасофф, корпус морской пехоты США, сэр!
Человек в тени «Страйкера» помолчал.
– Полковник Валлентайн, британская армия. Вы прикрывали мост, сержант?
– Так точно, сэр!
– Вывели всех людей?
– Так точно, сэр. Тех, кто остался жив.
– Бригадный генерал Мицакис погиб….
– Я знаю, сэр.
Полковник Валлентайн сделал несколько шагов вперед, он оказался худым, как щепка, и старым… типичный британский офицер. Он взял руку сержанта Протасоффа и вложил в нее что-то с острыми краями.
– Держите, сержант… это крест Святого Георгия, и вы его, черт возьми, сегодня заслужили. А теперь давайте сматываться отсюда, джентльмены…
– Смотрите! – крикнул кто-то, и все задрали головы к небу…
Зрелище было величественное и жуткое, какого никто не видел со времен Вьетнама. Горящий стратегический бомбардировщик Б52 – горели все четыре двигателя на правом крыле, горел и фюзеляж, со снижением и сильным креном вправо шел над дорогой, почти параллельно ей, рассыпая какие-то искры. Он снижался медленно, и все наблюдали этот полет, последний полет огромной, созданной жестоким человеческим гением машины, машины, предназначенной исключительно для войны, для разрушения городов и принесения в мир смерти и казавшейся слишком большой, чтобы погибнуть. Они проводили бомбардировщик взглядами в последний путь и смотрели за горизонт, когда он скрылся за холмами – пока не раздался удар и в той стороне над горизонтом не начало вставать белое, побеждающее ночь марево.
– Пресвятой Господь… – потерянно сказал кто-то.
– Вы слышали приказ, джентльмены! – рявкнул полковник Валлентайн. – По машинам и сматываемся отсюда! Пошли!
Первый день неожиданно начавшейся Третьей мировой войны сторонам удалось свести вничью. Несмотря на то что китайским экспедиционным силам удалось реализовать эффект внезапности – американцев победить оказалось гораздо сложнее, чем это предполагали китайские аналитики.
Сражение в воздухе – традиционная зона превосходства американцев осталась скорее за Китаем. Им удалось создать две сильные смешанные авиационные группировки – Север и Юг, причем северной, намного более слабой – приходилось иметь дело с базирующимися на базу Баграм самолетами объединенных сил. Действуя большими, но слаженными группами, им уже к середине дня удалось очистить афганское небо от американских самолетов. Против американцев сыграло то, что у них почти не было вооружения «воздух – воздух», а у американских пилотов не было почти никакого опыта воздушных боев – в Афганистане они только бомбили, учебные схватки не проводились по причине экономии ресурса. Двадцать третье июля две тысячи пятнадцатого года стало черным днем в истории американской боевой авиации – свои семьдесят три самолета они разменяли на шестнадцать китайских. Еще одиннадцати самолетам удалось интернироваться в Средней Азии, а одного китайцы загнали на территорию Ирана, где его благодарные за прошлое иранцы растерзали прямо на взлетной полосе.
К вечеру южная группа вступила в бой с группой F18 – самолетами авианосного базирования с авианосца «Джордж Буш», идущего из района Персидского залива. Здесь борьба шла на равных – у американцев на сей раз было достаточно вооружения класса «воздух – воздух», но неприятным сюрпризом для американцев стали самолеты J15 – китайские копии самолетов Су. По данным ЦРУ США, они отличались низким качеством и чуть ли не разваливались в воздухе. Схватка показала, что это не так, по своим боевым характеристикам они примерно соответствовали русским «Су» модификаций начала двухтысячных. Встреча завершилась почти с ничейным результатом – пять к шести в пользу США, но первыми вышли из боя именно американцы. В связи с наступлением ночи обе стороны предпочли не продолжать бой и разошлись с ринга до утра.
Надо сказать, что пакистанских летчиков в северной и южной группе было больше, чем китайских. Китай не бросил против США и пятой части от общего состава своих истребительных ВВС, наиболее опытные и опасные истребительные полки, вооруженные в том числе и настоящими «Сухими», а не их китайскими копиями, а также оба полка, переоснащенные J20, самолетами пятого поколения[52], остались прикрывать густонаселенный восток Китая от удара со стороны моря – американцев, возможно тайваньцев или японцев.
Проблемой китайцев стали вертолеты и штурмовые самолеты. Самолеты не могли прикрывать продвижение экспедиционных сил, потому что китайцы бросили все самолеты на решение задачи завоевания господства в воздухе, пакистанские вертолеты показали себя плохо и поставленные перед ними задачи за редким исключением не выполнили. К тому же пилоты штурмовой авиации в свое время готовились к войне с СССР, и частью этой подготовки был взлет с поврежденных аэродромов или и с вовсе неподготовленных площадок, вроде отрезков автострад. Американская спутниковая разведка прохлопала ночной марш нескольких артдивизионов к самой афганской границе, Китай поставил Пакистану большую партию ствольной и реактивной артиллерии, официально они были предназначены для противостояния на индийско-пакистанской границе… кто же мог знать, что они внезапно остановятся и откроют ураганный огонь по Афганистану? Но все равно – действия вертолетов и самолетов противника, уцелевших после внезапного удара артиллерии, были для наступающих неприятным сюрпризом, потери в первый же день превысили ожидаемые, отдельные вертолеты продолжали атаковать даже вечером. Американские пилоты, особенно пилоты вертолетов, проявили мужество и изрядное мастерство, маскируясь складками местности, под шквальным огнем как с земли, так и атаками истребителей, они гибли, но гибли с честью, часто успевая обрушить свой смертоносный груз на бронеколонны. Проблема эта была настолько серьезной, что к вечеру было принято решение передислоцировать в район конфликта элитную группу вертолетчиков НОАК, относящуюся к пятому армейскому корпусу и перевооруженную на вертолеты Z-10.
