на работе, а не покушать.
— А что вы вообще можете о Джаке рассказать, мисс Данстайн?
— Я ж говорю, хороший мужчина, отзывчивый очень. Всегда помогал. Всегда приветствовал, не то что некоторые грубияны.
— К нему приходили гости?
— Конечно, все мы принимаем гостей. Он что же, не человек, — улыбнулась она, будто рассказывала прописную истину.
— И как гости выглядели?
— Да как гости. Просто люди.
— Он приглашал по одному, по двое их? Может принимал их вечером или даже ночью?
— Вечером, иногда и ночью к нему захаживали. Видимо, днём работал, а увидеться с друзьями то хочется. Но они всегда тихо себя вели, никогда не шумели. Но скрытные больно. Будто боялись, что их кто-то заметит.
— А где он работал?
— Да я ж откуда знаю, не следила за ним.
А вот Кондрат знал, что он нигде не работает. И специальная служба обыскивала его дом в поисках хотя бы какой-то улики, но всё тщетно.
Удивительно, как человек готов оправдывать того, кто ему нравится. Мисс Данстайн видела вежливого мужчину, который всегда был отзывчив к старой сударыне, и на все его подозрительные действия у неё в голове были уже готовые безобидные ответы и выводы. Гости поздней ночью? Потому что работает днём и больше некогда принять. Вот так просто.
— Получается, он был гостеприимным, — подытожила Дайлин.
— Верно, мисс. Очень гостеприимным.
— А что произошло в тот вечер? Кто-нибудь к нему приходил?
— Ох, я же не слежу за ним, дорогая. Случайно замечу что, да и всё тут, — вздохнула она. — Но кое-что я заметила.
— И что же?
— Повозка стояла около его дома. Иногда приезжала к нему, видимо, вещи перевозил какие-то. Вот в тот вечер и была повозка тоже. Людей не видела, но она там стояла, а потом уехала.
— В каком часу это было? — уточнил Кондрат.
— Часов двенадцать, наверное. Я тогда решила заварить себе чай, чтобы успокоить старые кости и нервы. Бросила взгляд в окно, а там повозка. Стоит. Потом, уже когда ложилась через полчаса, бросила взгляд в окно, а её как и не бывало. Думаю, ну уехала, видимо что-то отвозил.
— Она и раньше бывала там, я верно понял?
— Раньше она выглядела по-другому.
— Как именно?
— Ну… по-другому, — ответила старая женщина. — Просто другая была.
— Может отличался цвет? Или быть может собрана как-то иначе? Какие-то надписи или лошади были в этот раз другие?
— Ну лошади другие были, одна серая, другая коричневая, — кивнула она. — Но у повозок все цвета одинаковые, мистер, а она просто другая была. Такая крытая, тряпичная…
— Заплатки были?
— Была парочка, — кивнула она.
Кондрат достал блокнот, быстро и схематично накидал повозку и показал ей.
— Где именно, можете, пожалуйста, показать?
— М-м-м… вот тут, и тут, — ткнула она пальцем.
— Она стояла левым бортом или правым?
— Левым.
Кондрат быстро отметил места и кивнул.
— Ещё были какие-то отличительные черты? Может ведёрко для смазки? Может были какие-то следы краски или колёса выглядели как-то особенно.
— Да-да, было, висело сзади, — кивнула она, и Кондрат внёс ещё одну пометку в блокнот. — Такое маленькое, чёрное.
Ну это хоть что-то. Кажется, как можно найти телегу по таким вот отличительным чертам, но, когда в твоём почти все средства империи, она уже не выглядит столь невозможной. У специальной службы должны быть и связи на улицах, и свои глаза, а значит задача облегчалась ещё больше. Шансы небольшие, однако они были больше, чем совсем ничего.
— И ни людей? Совсем никого?
— Нет, дорогая, никого, — покачала она головой.
— Значит она стояла между двенадцатью и полпервого, — подытожил Кондрат. — В сторону главной развилки, верно?
— Да, всё так, — кивнула она.
— Что ж, мы искренне благодарим вас за помощь, миссис Данстайн, — кивнул Кондрат. — Мы вынуждены откланяться на этом, однако, если что-то вспомните, можете всегда обратиться к стражам правопорядка, а они позовут нас.
— Не останетесь на пирожки? — расстроилась она.
— Боюсь, что долг зовёт, миссис Данстайн, — притворно вздохнул Кондрат. — Надо поймать тех, кто так поступил с тем человеком.
— Да-да, и наказать, — закивала она, провожая их.
Оказавшись за дверью, Дайлин вздохнула.
— И по итогу мы так ничего и не выяснили…
— Выяснили, — не согласился Кондрат. — Разошлём ориентировку на ту повозку.
— Да их тысячи же!
— Но вряд ли у многих заплатки расположены в одном и том же месте, — не согласился он. — Будем проверять каждую, и рано или поздно найдём нужную.
Вайрин ждал их на мостовой около уличного столба, словно какой-то преступник. Взглянув на них, он улыбнулся.
— Она рассказала вам про повозку, да?
— Да, — ответил Кондрат. — Ты хотел что-то рассказать?
— Да есть кое-что, — кивнул Вайрин. — Короче, чё я подумал, вы же занимаетесь оборотом оружия, верно?
— И? — нетерпеливо поторопила его Дайлин, но тот лишь улыбнулся.
— Терпение, Дай-ка. Я к чему, если специальная служба взялась за это, значит вопрос серьёзный и щекотливый.
— Ну давай же! — разозлилась она. — Что ты знаешь по этому поводу?
— Кое-что, — уклончиво ответил он, явно специально раздражая девушку.
Они явно были лучшими друзьями, учитывая, как они ругались между собой. Странно, что не вместе, и их пути разошлись.
— Вайрин, вы перехватили оружие? — спросил Кондрат.
Тот взглянул на него и улыбнулся.
— Даже не буду спрашивать, как ты догадался.
— Потому что это очевидно! — ответила Дайлин раздражённо. — Рассказывай уже!
— Короче, есть такая компания транспортная, которая грузы возит. Недавно нашли пару ящиков с оружием, которое вывозили из города. Один из служащих случайно заметил на вокзале ящики из-под оружия, и сообщил нам. Перехватили правда уже на следующей станции в деревне, но среди остального груза нашли два ящика с двадцатью четырьмя ружьями.
— Как он понял, что это оружейные ящики? — уточнил Кондрат.
— Он был военным раньше, сразу узнал. Ящики без пометок, обтёсанные, сколоченные явно кустарно. Внутри были поддержанные ружья, четырнадцать из них переделки из пороховых.
Значит тянут любое оружие, даже переделанное, а оно не менее эффективно, чем и полноценное капсульное. Однако это может говорить о
