кристалл в Полночи. Эшер считал себя реалистом, а не пессимистом, но просто видел слишком много битв и достаточно противников встречал, чтобы перестать верить в истории о неудачниках, ставших вдруг победителями. Побеждает тот, на чьей стороне сила.
– Ты думаешь, что мы проиграем.
Эшер уже привык, что Фэйлен умеет к нему подкрадываться незаметно.
– Их больше, чем нас. И это не считая темнорожденных по ту сторону.
Фэйлен встала рядом, обдав его ароматом духов, завораживающих, как ее красота.
– Я оценила их сильные и слабые стороны. Конница поставит нас наравне с…
– От лошадей на поле боя хаос, – перебил Эшер. – Я к таким боям не привык.
Фэйлен легонько улыбнулась.
– А я-то думала, хаос – твоя стихия.
Эшер повернулся к ней.
– Тебя когда-нибудь сбивала лошадь? После такого не встают. Лучшая стратегия: пусть каратцы бьются с каратцами подальше отсюда, потому что, когда лошади поймут, что вокруг опасность, они разбегутся. Тогда в бой пойдем мы с совами.
Фэйлен кивнула, наверняка задумавшись о безопасности Рейны.
– Они планируют держаться поближе к воротам, чтобы противник не мог ни окружить их, ни разогнаться как следует.
– Зато он сможет нас буквально к стенке припереть. Так и погибнем, – отозвался Эшер, потирая указательный палец. Ему не хватало кристалла Палдоры. Он не любил пользоваться магией, даже когда магических сил было в избытке, но она давала ему уверенность, которая теперь очень пригодилась бы. Он не мог больше исцелять себя прямо на поле боя или знать, что всегда есть скрытое преимущество, чтобы победить врага. Стал как все.
– Я говорила с Хадавадом и Атарией. Добавь к ним Рейну – и получится неплохой магический арсенал. Мы проредим их еще до того, как сойдемся в бою. – Фэйлен отвернулась от лагеря, занятого подготовкой к бою, и подняла глаза на Врата.
Эшер невольно засмотрелся на нее. Давненько он не ложился с женщиной, и мысль эта тут же показалась ему неприятно грубой. Фэйлен была слишком… чиста. Он встряхнул головой и попытался подумать о другом.
– Натаниэль рассказал мне о вашем разговоре на воротах. Правда думаешь, что Адилир и Накир могут их открыть?
Фэйлен коснулась железной створки, кончиками пальцев обводя замысловатые значки.
– Врата эти леди Сайла запечатала вместе со старейшинами. Я верю, что магическую печать не сломить ни людям, ни эльфам, но Длань благословлена Валанисом, а он получил силу от Найюса. Я еще не родилась, когда они сражались в Темной войне, но эти пятеро не просто так пережили все битвы. Они сильны.
– Я бы на твоем месте не доверял этим разговорам про силу богов. Источник Найюса? Ерунда. Валанис и его Длань просто посильнее других в магии. Спорю, они не могут ничего такого, чего б и ты не смогла, натренировавшись.
Фэйлен нахмурилась.
– Но ты видел Аделлума в Западном Феллионе…
– Я видел, как он там умер. И сделал вывод.
На самом деле Эшер не совсем понял, что же там все-таки произошло. Столько мечей не смогли убить мерзавца, а одна стрела справилась! Он решил сосредоточиться на главном: генералов Длани можно убить из лука, и нужный лук имеется.
– Но Эхо Судьбы не изменить…
Эшер закатил глаза.
– Только не начинай о пророчестве, я тебя прошу. Мне еще в смертельной битве сражаться.
Фэйлен взяла его руку, лежавшую на перилах, сжала.
– Ты тоже есть в пророчестве, разве не видишь? Бессмертный человек, о котором раньше никто не знал и не ведал, сыграет роль в борьбе за судьбы мира.
– Если следовать этому пророчеству, моя роль в том, чтобы помочь Валанису наложить лапу на кристалл Палдоры. – Эшер показал ей руку без кольца. – В общем, так и вышло…
– Так ты веришь.
– Я такого не говорил…
Их прервал рев сигнального рога.
Сквозь марево на горизонте Эшер и Фэйлен разглядели поток всадников, хлынувший из южных ворот Карата. Солдаты и совы побежали по лагерю, расхватывая оружие, седлая коней. Посреди этой суеты Тарен выкрикивал приказы. Двенадцать сотен каратских солдат у ворот сняли плащи, чтобы отличать своих от чужих, но Эшер уже понимал, что на поле боя будет хаос.
Фэйлен стиснула его руку.
– Это не Западный Феллион. Что бы ни случилось, будем держаться вместе.
– Обо мне не беспокойся, лучше смотри, как бы Рейна не убежала геройствовать.
Они спустились с лесов: Фэйлен чаще всего просто перемахивала через перила, Эшер спрыгнул с последнего этажа, сжимая в руке сложенный лук. Одно движение пальца – и закрутились шестеренки, плечи лука расправились, натягивая тетиву. Мысли о предстоящей схватке хотя бы отвлекали от боли в коленях после приземления.
Глядя на разбегающихся по позициям каратских солдат и сов, он покачал головой: все уже давно должны были стоять на местах! Только после того, как пыль улеглась, он понял, что ошибался. Несколько сотен сов выстроились у ворот с каратскими луками, которые подарили им солдаты. У их ног торчали из песка дюжины стрел, чтобы быстрее заряжать луки в бою. Рейна бежала вдоль шеренги, раздавая охапки стрел из своего зачарованного колчана. После каждой такой охапки в нем прибавлялся еще десяток.
– Они выступают? – спросил Эшер Тарена, возвращающегося от всадников.
– Не совсем, – ответил Тарен, жестоко усмехаясь. – Мы с Каилем и Натаниэлем кое-что придумали. Надеюсь, стреляешь ты неплохо.
– Так ты все же доверяешь этому Каилю? – спросила Фэйлен, готовя лук.
Тарен вздохнул.
– Я не верю, что все его люди за мир без рабства, но верю, что все они за мир, где их семьи смогут жить спокойно. Все слышали легенды о темнорожденных, эти дикари в Иссушенных землях никому не нужны.
Эшер кивнул Глэйду и Дорану, у которых с луками все было не так однозначно. Глэйд стрелял неплохо, но вот Доран для лука не вышел ростом.
– Тьфу! По-нормальному-то драться когда будем? – Доран вытащил свой широченный меч и потрусил к ездовому вепрю. – Что эти луки! Хочу смотреть в лицо тому, кого бью!
Глэйд закатил глаза.
– Бэйл сейчас слюной захлебнется в предвкушении.
И вправду: Бэйл уже вовсю поигрывал топорами и орал молитвы Крайту, богу войны. Неподалеку Хадавад и Атария о чем-то негромко беседовали, будто не им сейчас предстояло драться не на жизнь, а на смерть.
– Маги… – пробормотал Эшер себе под нос.
Кто-то закричал что-то на каратском, но Эшер не расслышал и решил, что это Каиль отдает приказы своим людям, видя, что армия Алидира приближается. Со своих мест ни Эшер, ни даже эльфы не видели, что там у них происходит.
– Цельсь! – крикнул Тарен, и совы разом прицелились в небо. Солнце уже тянулось поцеловать
