– До чего, до чего довел, господин? – удивился Рикар.
– А‑а! – отмахнулся я, но здоровяк понял меня на свой лад и буркнул:
– Пусть боится! Будет знать, как дохлых ниргалов мне на ногу ронять! Я потом почитай два дня хромал!
– Рикар, дай‑ка я попробую понять, что ты хочешь мне сказать своим смехом. Получается, что ни один из стоящих на стене часовых не при деле? Насколько я вижу отсюда, первый страж неотрывно смотрит за нами – видать, ожидает, что мы сейчас сковырнемся и с визгом понесемся к земле, чтобы хоть немного разбавить его скуку.
– Не сковырнемся, господин, – солидно добавил прислушивающийся к нашему разговору Древин.
Пропустив его высказывание мимо ушей, я продолжил добивать понявшего, куда я клоню Рикара и уже заранее побагровевшего:
– Второй часовой, оказывается, сейчас занят борьбой со своим страхом высоты. Готов поспорить, что сейчас Лени видит перед собой не ущелье, а раз за разом прокручивает сцену своего падения со скалы! Вчера все часовые поголовно наблюдали за подъемом гномов на стену! И что получается? А? Рикар?
– Ну… – закашлялся Рикар. – Дык… Получается, что…
– Получается, что сейчас мы слепы и глухи! – безжалостно добил я здоровяка, не обращая внимания на улыбающихся Койна с Древином. – И все, что может мне сказать ответственный за нашу оборону человек, так это только «ну» и «дык». Сегодня же сделаешь полную проверку всего оружия и брони, построишь всех стражей во дворе и хорошенько объяснишь им, что можно делать и чего нельзя во время несения стражи! Или это сделать мне?!
– Нет, господин Корис. Все сделаю, – опустил голову Рикар. – Моя вина.
– Вина не твоя, а моя, – ответил я, уже успокаиваясь. – Как не расслабиться часовым, если их командир не появляется в крепости, а постоянно бегает по Диким Землям, сопровождая господина. Вот и распустились без должного контроля! На стену уповают! А это не дело! Стена стеной, а про службу забывать не след! В общем, сегодня же займись этим упущением! Спрашивать с тебя буду!
– Опять же, стена так себе, – вставил Койн и заработал злобный взгляд со стороны Древина.
Пока я делал внушение, медленно ползущая платформа наконец достигла верхней точки и замерла.
Мы достигли вершины Подковы.
* * *
Сказать, что у меня захватило дух, это значит не сказать ничего. На короткий момент я почувствовал себя птицей, парящей высоко над землей.
Я стоял на крошечном каменном пятачке над краем бездны, порывы сильного ветра едва не сдували меня вниз, в лицо бросало хлопья мелкого сухого снега. Под ногами виднелось занесенное снегом ущелье, абсолютно пустое и безжизненное. Кое‑где топорщились группы деревьев, виднелись остатки кустарника – те, что мы еще не успели вырубить и перенести в форт. Кустарник хоть и слишком быстро, но очень хорошо горел, давая сильный ровный жар. Опять же с дровами экономия.
Открывшийся обзор потрясал – если сравнивать открывающийся вид со стены, то смело можно было сказать, что мы слепы, как кроты. Отсюда ущелье как на ладони. А если еще одного часового поставить на скале над входом в ущелье, то без нашего ведома никто не подойдет к стене незамеченным.
Здесь было гораздо холоднее – порывистый ветер гнал морозный воздух, и уже через несколько минут я замерз, словно находился на вершине целый день.
– На таком холоде часовой долго не выдержит! – крикнул я осматривающемуся по сторонам Древину. – Придется строить наблюдательную башню, да и печку для обогрева.
– Сделаем, господин, – отозвался Древин. – Вы, главное, место укажите, а дальше – уже наша забота.
– Ну? – обратился я уже к мрачному после моей выволочки Рикару. – Где строить будем?
Приободрившийся здоровяк развил бурную деятельность и, не обращая внимания на высоту, начал исследовать нагроможденные вокруг уступы и площадки. Решив не терять времени зря, я последовал его примеру и начал осматриваться. Подкова оправдывала свое название лишь отчасти – по всей видимости, раньше это был сильно вытянутый скальный массив, но по неизвестной причине его внутренняя часть бесследно исчезла. Именно исчезла – если не учитывать тонкий слой каменных обломков на дне ущелья, то можно с уверенностью сказать, что тысячи тонн камня просто испарились в воздухе. Так образовалась нынешняя скала в виде непропорциональной, очень сильно вытянутой в длину подковы. Ущелье начиналось от нашей стены и шло достаточно прямо – на всей его протяженности было лишь несколько поворотов, и, к моему глубокому сожалению, один из таких изгибов был непосредственно перед стеной форта. Такой рельеф позволял противнику подойти к поселению незамеченным до самого последнего момента, и меня это ни в коей мере не устраивало.
Если при взгляде снизу казалось, что вершина Подковы плоская как стол, то вверху это обманчивое впечатление пропадало. Мы находились не в самой высокой точке скалы – в пяти шагах за нашими спинами вверх тянулась отвесная стена еще на сто с лишним локтей. У Подковы не было крутого пика, но пройти по вершине скалы, словно по ровной равнине, было невозможно. Нагромождение каменных обломков огромной величины, многочисленные провалы – все это казалось непреодолимой преградой для человека. Но уж точно не для гномов – на моих глазах Койн, отбросив напускную солидность, вскарабкался по покрытой снегом скале еще на пять человеческих ростов и оттуда принялся озирать окрестности из‑под приложенной ко лбу ладони.
Копошившийся в снегу Рикар завистливо посмотрел на гнома и продолжил свой осмотр. Пласт глубокого снега затруднял передвижение и скрывал под собой возможные трещины или, не дай Создатель, провалы. Высмотрев плоский выступ в двух десятках шагов от нас, здоровяк довольно хмыкнул и направился в ту сторону, с трудом высвобождая увязающие в снегу ноги.
– Ты осторожней там! – озабоченно крикнул я здоровяку. – Смотри, куда ноги ставишь!
Взглянув на Древина, я убедился, что хотя бы он остался на месте и пристально осматривает намотанный на лебедку канат подъемника.
– Не беспокойтесь, господин, – бодро отозвался голос Рикара. – Чай не впервой по горам скачу! Кажись, вон там есть неплохая площ…
Осознав, что здоровяк так и не закончил начатую фразу, я резко обернулся и увидел лишь занесенные снегом скалы и оборванную короткую цепочку следов здоровяка. Со все нарастающим беспокойством я закрутил головой по сторонам, но нигде не заметил фигуры здоровяка. Рикар исчез!
– Рикар! – заорал я, в панике озираясь по сторонам. – Рикар!
