class="p1">Все равно, интересно!
Красава поднялась на задние лапы. Передними о стену оперлась, сунула меж решеток узкий нос.
— Фу! Железом пахнет!
— Вот я тоже так думаю, — согласилась с ней Мария Ивановна. — Непонятное место. И заброшено давно.
— У людей много непонятных сооружений понастроено, — осуждающим тоном отметила лиса. — Строите и строите… А зачем?
— Думаю, тут когда-то были торфоразработки, и это какое-то техническое помещение, с тех пор оставшееся. Хотя, сам домик будто бы старинный. Но, может, его раньше построили, а потом приспособили для хозяйственных нужд.
— Все равно — фу! Пахнет там все так, будто вчера еще работало… Идем обратно?
— Идем.
Мария Ивановна на всякий случай сфотографировала постройку на смартфон. Внутри тоже попыталась, но света вспышки хватило лишь для того, чтобы вырвать у жадного мрака пыльный бок какого-то механизма, укрытого тяжелым брезентовым чехлом.
— Скорее! Скорее! — торопила Красава, прыгая вокруг и размахивая хвостом.
— Куда ты так спешишь? — Мария Ивановна чуть не упала, поскользнувшись на подушке съехавшего в сторону с дорожки мха. — Ох…
— Мне тут тревожно. Тут везде пахнет железяками этими, и земля будто пустая.
— В каком это смысле — пустая?
— Будто есть что-то под ней. Дыры какие-то. Я б заглянула, но там не норы… Были б норы… А там — нет.
Мария Ивановна толком ничего не поняла из несвязного лисьего пояснения, но для себя решила, что, видимо, что-то тут еще со времен разработки осталось, но потом под землю ушло. Вот и пугается бедная Красава.
— Не бойся, — решила успокоить ее. — Железки тебе ничего не сделают.
— Как же! — донеслось в ответ недоверчивое. — У вонючего человека тоже железка была.
Это она про ружье. И про Берестова…
— Тут железки не такие, — пришлось разъяснять. — Тут они для работы. Чтобы торф добывать, возить и перегружать. Может, вообще рельсы. Насыпь осела старая, травой и мхом заросла… Уверена, как-то так и было.
Красава встала на пути.
— И все равно мне беспокойно! — Рыжий хвост трепетал, как пламя факела на сквозняке. — Пойдем другой дорогой, что короче.
— А ты нашла другую? — Мария Ивановна растерянно взглянула на плитки пути, по которым они сюда пришли. — Тут как-то надежнее, вроде…
— Ой! Да ты что! Я ж весь лес, как четыре лапы свои знаю, — принялась убеждать Красава. — Как четыре лапы и один хвост! По горелому месту я тебя к каменному мосту быстрее, чем эта тропинка, выведу. А уж от моста…
— Ладно. Убедила, — сдалась Мария Ивановна. — Показывай, что ли.
Лиса от радости на задние лапы поднялась и вокруг себя покружилась. Ну, ей-богу, как цирковая!
Они нырнули в молодые сосны. Тугие ветки захлестали по ногам и рукам. Запыхтела под ногами темная пористая земля.
И правда, быстрее получилось.
Раз — и они уже возле речки.
Мост…
Мост вздымается горбом на фоне буйной летней зелени. Скользят по валунам прозрачные тени. Ветки деревьев качаются над головой.
— Смотри! Скорее смотри! — воскликнула вдруг Красава. — Видишь?
Мария Ивановна видела. И глазам не верила. Мост стоял целый... Абсолютно целый, будто за тот жалкий час, — ну максимум полтора, или сколько они там были, — отремонтировала его бригада лучших реставраторов.
Хотелось спросить: «Как это возможно?», но Мария Ивановна удержалась. Каждый раз напоминала себе — есть же магия. Здесь…
Здесь везде.
Пора уже привыкнуть.
А мост немного пугал. Как тот домик в зарослях ольхи Красаву. Было в нем что-то… Что-то настораживающее, кроме того, что он сам собой починился.
Подступив на пару шагов ближе, — туда, где начинали проступать из земли первые валуны, — Мария Ивановна внимательно вгляделась в соседний берег. И воду.
Вода поднялась выше и побежала быстрее, звонче.
И кусты на той стороне будто другие стали, но толком не разглядеть — наполз не пойми откуда туман. Белесые полосы завивались в воздухе и норовили перекинуться на эту сторону, дотянуться…
— Пойдем, — напомнила о себе Красава. Потребовала строго. — Без меня на ту сторону одна не ходи только.
— Почему?
— Не вернешься. Потеряешься. Так просто не выйдешь... Я поэтому крайне редко туда заглядываю. Пару раз плутала так, что думала — никогда в родные Ведьмины горки не вернусь.
— Как же ты выбралась?
— Чудом! Потом додумалась дорогу хорошенько метить…
— Понятно.
Они оставили мост за спиной.
Лес полнился светом. Солнечные лучи мягко выстилали укрытую хвоей тропу.
По правую руку потянулся железный забор. Поднялись ворота. Показалась ржавая вывеска «Спутник».
Заброшенный пионерлагерь.
Грустно стало. Мария Ивановна была в таком. Он назывался… Как же назывался? Вот ведь… Забыла. Или… А, точно! Он был тоже «Спутник» — такое распространенное название. Только стоял на другой реке в другой области.
Мария Ивановна закрыла глаза, и перед ней развернулись картины из далекого школьного времени. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь густую листву, запах хвои и влажной земли, звонкий смех ребятни, бегущих на зарядку, но это потом. А сначала — бессонная, полная предвкушений ночь перед выездом. Спортивная сумка, в которую никак не получается засунуть все, что нужно. Вздохи мамы — да выложи ты то, и это тебе зачем? Кеды порвались… Как назло. И мама с Машей их зашивают второпях, папа безрезультатно ищет в деревянной коробке с инструментами клей. В итоге на сбор она чуть не опаздывает…
— Где ходила? — сердится классная. — Сказано же было, приходить за пятнадцать минут…
Потом они едут по залитому солнцем шоссе. Автобус маленький и круглый, в нем одуряющее воняет бензином. Машу мутит, но радоваться поездке это не особо мешает. Ворота лагеря — символическая красная звезда, — вырастают из сосновой зелени. Встречает приезжих статуя горниста.
Тут она тоже была. Но теперь остался лишь постамент. Вон он, в зарослях осоки сереет…
Да уж. Ее «Спутник» был совсем не таким заброшенным и печальным. Наоборот, он бурлил жизнью. Каждый день был расписан по минутам: подъем, утренняя зарядка на свежем воздухе, завтрак — каша с маслом и сладкий чай. Потом — линейка, где торжественно поднимали флаг под звуки горна. А дальше — целый мир приключений! Походы по лесу с рюкзаками за плечами, песни у костра под звездным небом, когда отблески пламени пляшут на лицах, а голоса сливаются единый хор. Мария Ивановна помнила, как они строили шалаши, как учились вязать морские узлы, как собирали ягоды и грибы. Помнила, как вечером, после ужина, они собирались в клубе на вечерние мероприятия: концерты самодеятельности, где каждый старался показать свой талант.
Она вспомнила своих подруг. Веселую Светку, которая всегда придумывала самые невероятные игры, и серьезную Варю, знавшую все про звезды и космос. Помнила, как они вместе в тайне от всех остальных
