Повсюду валялись обломки, различные фрагменты и части нашего транспорта. Ужасало больше всего то, что вместе с этими обломками виднелись и тела…
Узнать пока никого не удалось, но зрелище было жуткое. Я глубоко вздохнул, прокручивая в голове всё произошедшее, а затем прислушался. Слава Богу, что варракса здесь не было, как и поганых летучих мышей. Боюсь оказать достойный отпор у меня бы сейчас точно не вышло.
Я, конечно, попытался обратиться к источнику, но грудь затрещала так, что я благоразумно прекратил все потуги. Похоже тело сейчас было явно не готово к новым подвигам.
Что-ж, это было очевидно, учитывая то, как дерьмово я себя сейчас чувствовал. Счёт времени у меня пропал, а по этой тьме можно было предположить только то, что сейчас ещё пока царствовала ночь. Не знаю, сколько я здесь провалялся, но надо было вставать.
Попытка подняться закончилась тем, что я просто рухнул обратно на землю, только усугубив положение и вызвав ещё одну мощную вспышку боли. Сдержать крик не получилось, так что мой вопль раздался, наверное, на весь лес. Вот ведь проклятье! Что-ж так больно-то?! Неужели опять что-то сломал?!
Наверное не стоит этому удивляться после настолько мощного падения… Радовало хоть то, что жизни не лишился. Чёрт! Какого хрена со мной вечно что-то происходит?! Улетели от проблем, называется! В итоге чуть не подох в этом самом фрегате…
Как же это всё надоело! Неужели я настолько слаб, что не могу даже сам себя защитить? Как же не хотелось в это верить! После всех тех побед, которых удалось достичь за последнее время, чувствовать себя беспомощным котенком мне хотелось меньше всего на свете…
Примерно двадцать минут я пролежал на земле, пока вдруг не услышал знакомый голос. И не передать словами, как я был рад этому голосу!
— Петя! Вот ты где, — обрадованно воскликнул Гриша, подбегая ко мне, — живой!
Рядом с ним заметил ещё двоих — Арона и Рикона.
— Ну конечно живой, меня так просто не убьешь, — болезненно усмехнулся, — только вот подняться я не смогу, парни. Боюсь сломана у меня не одна кость, а как минимум три.
— Это не проблема, — отмахнулся Евдокимов и достал из кармана то, за что я готов был сейчас отдать целое состояние, — держи.
Целительский артефакт активировался моментально, а по телу побежали знакомые струйки тепла, которые начали восстанавливать организм. М-м-м… Как же это было сейчас приятно!
— О да, — не сдержался я, закрыв в наслаждении глаза, — то, что надо!
— Мы уже думали, что ты погиб, — воскликнул Арон, — искали тебя, искали, да вот нигде не могли найти.
— Это хорошо ещё, что решили вернуться к фрегату, — довольно произнёс Гриша, — а то записали бы тебя в покойники.
— Ага, не дождётесь, — отозвался я, открыв глаза, — выглядите, конечно, дерьмово! Сами-то хоть воспользовались артефактом?
— Частично, — хмуро ответил Рикон, — решили его энергию оставить на того, кто пострадал больше всего. Тогда мы ещё не знали, в каком состоянии ты находился, поэтому первым дело пошли искать тебя.
— Похоже именно я пострадал больше всего, — оценив их состояние, предположил, — вы хотя бы на ногах стоите.
— С этим не поспоришь, — кивнул Евдокимов.
Пришлось потратить примерно семьдесят процентов энергии артефакта, чтобы хоть как-то подлечиться. Теперь я мог подняться и даже медленно ходить был в состоянии, но вот участвовать в битве по-прежнему бы не смог. Да и другие менее значительные повреждения на теле оставались. Но это как-нибудь переживу, надо бы только убираться отсюда поскорее.
Прежде чем уходить мы ещё раз обошли всю территорию и оценили обстановку. Как оказалось, чуть глубже в лесу была целая компания из выживших. Это наши одногруппники и те пассажиры, которым посчастливилось пережить крушение. К счастью, среди нашей группы новых потерь удалось избежать. Думаю здесь сыграла роль магически укрепленного организма. Обычному человеку пришлось бы куда хуже, что и доказало состояние пассажиров. Ведь из тридцати выжило лишь четверо, да и то лишь чудом.
Константина Велеонова нигде не было видно, и как позже сказали ребята, они его найти не смогли. По всей видимости наш куратор не смог пережить эту катастрофу. Зашибись! И что нам теперь делать?!
Сказать, что мы были в крайне отвратительном настроении, это ничего не сказать. Напрягало ещё и печальное состояние всех нас. Без ранений не обошлось ни у кого, что было, в общем-то логично. Но после осмотра фрегата и поисков полезных остатков, мы обнаружили лишь один целительский артефакт. Использовать его решили только для лечения самых тяжёлых повреждений, как это было в моём случае. А вот, как действовать дальше, пока было совершенно неясно.
Первым делом необходимо было понять, где мы вообще находимся. Те из ребят, кто чувствовал себя лучше остальных, двинулись на разведку, разбившись на группы по несколько человек. Я не мог к ним присоединиться, поэтому остался возле разведённого костра. Хотя пламя сейчас меня пугало после крушения. Неприятный осадок, к сожалению, остался. А всё из-за этой летающей смерти, которая сожрала добрую половину экипажа.
Из еды у нас не было вообще ничего. Всё сгорело при нападении. И это была самая худшая новость из всех. Если мы в срочном порядке не придумаем, как прокормить себя, то прямо здесь же и сгинем.
Однако нам, можно сказать, повезло. Когда Евдокимов вернулся вместе с Риконом и Ароном, то ребята рассказали обнадеживающую новость.
— Мы находимся недалеко от основной дороги, — заявил Гриша, — судя по нашему маршруту и времени нападения, то можно предположить, что ближайший к нам город — это Штен. Мы должны были приблизиться к нему довольно сильно за то время, что пролетели перед нападением варракса и мышей.
Пока остальные обсуждали детали предстоящего похода до города, я пытался вспомнить этот самый Штен. Вроде как он является главной частью владений рейла Арсения Яковлева, а это значит, что здесь можно попытаться встретиться с Тимофеем. Я помнил, что парень сейчас должен находиться именно там. Быть может он сможет нам чем-нибудь помочь, если достаточно сблизился с рейлом. Более того, я помнил о предложении, которое мне сделал Яковлев после Аланты. Пусть и служить у него я не собирался, но попросить какой-никакой помощи в целом можно было. Хотя каков шанс на то, что меня не пошлют куда подальше? Всё-таки он аристократ, а я обычный простолюдин. Да, перспективный одарённый, но
