Местность вокруг неровная, пусть и невысокие, но кругом холмы и овраги, при желании в них можно спрятать достаточно большой отряд. Так что для нас это боевая операция, а не прогулка, и мы готовы к тому, что она будет развиваться в неожиданном направлении. А вот похоже, и неприятности начинаются. Возвращаются два бойца из головного дозора. Так, понятно, впереди – до тысячи воинов, прямо на пути за холмами до двух сотен и сбоку за холмами ещё около тысячи.
Хорошие, однако, бинокли научились делать мастера. Разведка с холма сумела разглядеть всё, что надо. Тем более, что особо никто и не прятался. Решили применить нашу тактику, на дороге заслон, он должен остановить нас, и затем ударом с фланга нас нашинкуют. Растут однако ребятки, растут.
— Азамат, твои предложения?
— Ударить прямо, на фланги поставить заслон, он удержит остальных.
— Нельзя так. Мы не знаем, кто это. Может это почётный караул. Иркен!
— Да, правитель Вик!
— У тебя есть воин, способный выехать вперёд и узнать, кто это такие и что они хотят? Учти, скорее всего, ему придётся умереть.
— Да, найдётся. Я сам поеду.
— Прекрати, ты мне ещё нужен. Найди, кого можно послать вместо себя. Мы будем действовать таким образом. Движемся дальше, три отделения впереди, остальные наши с правого фланга, одно отделение с тыла. Иркен, твоя сотня слева. Не доходя полутора километров до противника, встаём, ставим картечницы и готовим метатели. Дальше идут только парламентёры, один вперёд, один к фланговой группе. Если на них нападут или начнётся атака на нас, открываем огонь. Всем ясно?
— Да.
— Тогда перестроились и начали движение.
Всё произошло, как и предполагалось. Началась атака со стороны фланга, жалко только парламентёра. Но атака закончилась так же быстро, как и началась. Как только враги вышли на дистанцию досягаемости картечниц, им навстречу полетели гранаты. На дистанции шестьсот метров начали стрельбу из метателей, а на четырёхстах ударили картечью. В общем, фланговая группировка очень быстро поняла, что им ничего тут не светит, и её остатки быстро смылись обратно в овраг.
Сотня, что стояла впереди, развернулась и умчалась в неизвестном направлении, даже не вступая в бой.
— Иркен!
— Да, Правитель.
— Пусть твои воины проверят там всех. Может быть, кто-то раненый найдётся. Надо узнать, кто это на нас напал. Кстати, живых необходимо сохранить, надо будет доставить их к хану. Боюсь, сейчас нас будут обвинять, что мы напали на мирных воинов, занимавшихся тренировкой.
Не доезжая до ставки хана где-то с половину дневного перехода, мы встали лагерем, и я пригласил в себе бека Бактыбаша, Иркена и купцов.
— Так, теперь слушайте меня внимательно. Кому-то из вас, — и я кивнул в сторону представителей купцов, — надо пробраться в ставку и узнать, что происходит. Боюсь, что сейчас появляться там нам нельзя. Надо встретиться с ханом и объяснить, что произошло. Узнали, кто на нас напал?
— Да, это общее войско родов, выступающих за соединение с хазарами – ответил Иркен.
— Вот об этом хану и надо сообщить. И узнать, готов ли он подписать договор. Если он ничего не понял, то объясните ему, что в следующий раз таким же образом будут атаковать его. Мы будем стоять здесь два дня. Если за это время никто не вернётся, уйдём обратно.
Буквально через полчаса гонцы умчались по направлению к ставке. Ответа нам пришлось ждать сутки. Всё это время войска находились в постоянной готовности, а территория вокруг лагеря патрулировалась разъездами. Но у нас всё было спокойно, зато я представлял, что творится сейчас в ставке хана. Кто-то терял слишком лакомый кусок, а кто-то пытался спасти свою жизнь.
Но похоже, что желание выжить победило. Через сутки появился гонец и сообщил, что хан нас ждёт и собирается подписать договор. Как я и предполагал, так и получилось. Сначала нас попытались обвинить в нападении на мирных ополченцев, но показания пленных всё расставили по своим места. Так что хан успокоился и оказался готов правильно воспринимать ситуацию.
После получения этого известия мы передвинули лагерь почти к самой ставке, и я в сопровождении десятка солдат отправился к хану. По дороге я опасался нового нападения, но его так и не произошло.
— Ну вот, мы и опять встретились,? сказал хан, направляясь мне навстречу.? Надеюсь, здесь ты ничего уничтожать не будешь?
— Это всё происки твоих и моих врагов, желающих нас поссорить и заставить сражаться друг с другом. Но у нас должно хватить мудрости и воли избежать этой ловушки.
— Да, конечно. Эй, кто там, зовите советников, пусть смотрят и потом рассказывают всем об увиденном.
В присутствии советников был подписан сначала договор о взаимной помощи и защите между Булгарией и Земством. Согласно ему стороны должны были оказать помощь друг другу при вторжении врагов на их земли. Больше ничего по этому договору не предусматривалось. Но кроме него в присутствии всех, хана и его советников, был подписан документ о торговле между беком Бактыбашем и Земством. Нам разрешалось строить на территории рода Бактыбаша торговые представительства и защищать их от попыток захвата и грабежа.
Кроме того, Земство могло строить школы для обучения детей и взрослых новым ремёслам, и нанимать людей для службы в своей армии. Больше никаких преференций добиться от хана не удалось. Да в общем-то, мне больше и не надо. Всё остальное сделают купцы и хазары. Не сам же я буду рыскать во всей Булгарии, скупая нужные мне товары. Этим будут заниматься представители рода Бактыбаша, получая вполне достаточный доход.
А присутствие хана и его советников при подписании этого договора означает, что все знают о защите Земством рода Бактыбаша. Теперь бы только разобраться с последствиями.
— Скажи, Правитель Вик, как ты видишь наше дальнейшее сотрудничество? — спросил хан.
— Каким оно было, таким и останется. Я никоим образом не претендую ни на какие земли вашей страны, не покушаюсь на вашу веру и обычаи и не вмешиваюсь в ваши действия. Вы живёте так, как считаете нужным. Если же вас будут пытаться уничтожить, то я постараюсь такого не допустить.
— Зачем тебе это нужно?
— Мне нужен мир на границах Земства и спокойное его развитие. Давайте честно скажем – ваша страна стоит на пути вторжения в мою. Если придут желающие уничтожить меня, то вдвоём у нас больше возможностей с ними справиться. Это всё, что меня интересует.
— А почему ты решил заключить такой странный договор с беком?
— Здесь тоже всё понятно. Я занимаю по отношению к этому роду такую же позицию, что и относительно всей Булгарии. Но местные купцы выгодно торгуют с Земством, причём выгодно для себя и для меня. В этом и заключается мой интерес.
