не теряли.
Глава 24
Ильсур, Макс, Ратэм
Девушка в объятиях волколаков расслабилась, и полностью отдалась их порочным играм.
Она идеально подошла, словно созданная специально для них.
Ильсур с наслаждением насаживал малышку на собственный член, урча от нереального кайфа. Такого он не испытывал ни с одной шлюхой. Не важно кого трахал, волчицу, ведьму, человека, от подобного наслаждения никогда еще внутренности не скручивало в узел.
По венам текла раскаленная лава, насыщенная эндорфинами кровь насыщала магией и энергией истощенный длительной охотой организм.
Альфа не верил собственным ощущениям. Еще недавно полностью истощенный магический резерв, сейчас оказался почти заполнен до верху.
Что за херня происходит?
Она не только брала энергию Ильсура, но тут же вернула ее с ответными ласками, умножив раза в три.
Причем, питалась и качала энергию от троих сразу, и возвращала всем троим. Отдаваясь, подставляясь под ласки полностью, вся без остатка.
Волколаки кайфовали от этой новой стороны своей пары. Раскрепощенной, смелой, сексуальной, порочной.
Фрейя буквально светилась от счастья, полностью отдаваясь страсти. И такой она им нравилась больше, чем забитой и испуганной.
Никто из троих оборотней не желал вспоминать о том, что произошло вчера, когда они все вчетвером ринулись в убежище, пролетая сквозь защитный экран.
Все что тогда произошло, оказалось настолько ужасно, что девушка, сейчас ластящаяся к ним кошкой, потеряла память. Полностью забыла события суточной давности, и честно говоря, ни Ильсур, ни Ратэм, ни Макс не хотели, чтобы она хоть что-то вспомнила.
Им нравилась нежная ненасытная малышка, сейчас с жадностью отвечающая на каждую ласку, каждый толчок и выпад.
Ильсур с жадностью принимал все, чем она с ними делилась, и обратно отдавал еще больше.
Рычал и стонал, ощущая как влажные горячие стеночки до боли сжимают каменный стояк. Тугое лоно вибрировало, доводя до безумия, вознося на пик кульминации.
Никогда в жизни альфе не доводилось испытывать ничего подобного.
Казалось, эта хрупкая малышка высасывает душу через его член. Нежно, и в то же время жестко сдавливает его плоть тугими стеночками. Он чувствовал вибрации ее лона каждым сантиметром стальной плоти. И жаждал большего, всего, что она могла дать.
С жадностью ловил стоны и всхлипы малышки фейри. Теперь уже не оставалось сомнений, о второй половине их пары.
Ильсур одержимо вколачивался в лежащую на нем девушку, с жадностью наблюдая за происходящими с ней метаморфозами. Впитывал каждое изменение, каждую частичку магии, которой фонтанировала зависшая на пике оргазма малышка.
— Она потрясающая! — восхищенно шептал Макс, покрывая поцелуями спину, скользил языком сверху вниз, от плеч до самых ягодиц, касаясь влажным кончиком каждой сверкающей под ее кожей магической молнии. Стонал от восторга, и жаждал еще. — Такая сладкая карамелька, безумно вкусная, щедрая…
— Давай, девочка, расслабься, позволь мне трахнуть твой ротик… — хрипел Ратэм, обхватив ее голову руками, убрал с лица волосы. Притянул к своему паху, вторгаясь полностью, на весь ствол, по самые яйца. Ее губы, обхватившие ствол, блестели от пряной прозрачной смазки. — Вот так, расслабь горло, сладкая, пососи мой член.
Ратэм сам от себя не ожидал, что будет с такой одержимостью ожидать ее ответных действий. Он жаждал, чтобы она приняла его сама, по доброй воле. Хотел показать, что он не только животное, помешанное на сексе.
Застонал, когда девушка подалась к нему, неуверенно лизнула ствол, сглотнула, сжимая горлом головку. Словно зачарованный наблюдал, как она застонала, закрыв глаза, смакуя и перекатывая на языке его аромат. Наслаждаясь его вкусом, его запахом, его членом.
Двинул бедрами вперед, толкаясь ноющей головкой в горло. Молчаливо показывая, чего именно хочет, предоставляя ей право выбора.
И девушка не разочаровала, открыла рот еще шире, обхватила влажную от смазки плоть губами, скользя шустрым язычком по бархатистой поверхности, с удовольствием посасывая ствол, головку. Она сама двигалась, насаживаясь горлом на член, то принимая его полностью, то оставляя во рту лишь головку. С которой их детка с причмокиванием слизывала капельки смазки. Фрейя ласкала и посасывала член, уделяя внимание и стволу, и головке, лаская языком кольца и распухший узел у основания члена.
То спускалась к яйцам, лаская их руками, языком, ртом, губами.
— Блять! Сладкая, твой ротик просто гребаный рай! Такой горячий, влажный! Давай, девочка, обхвати его губками, возьми глубже, — руковидил Ратэм процессом, наблюдая как девушка подпинилась, и вновь взяла член в рот. Как с каждым его толчком, ствол погружается все глубже, скользил между ее губками.
Фрейя старательно сосала толстый член, уделяя внимание головке, венкам на стволе, колечкам. Не пропуская ни единого миллиметра горячей стальной плоти, принимая все, что давал волколак.
Подчинялась каждому приказу, подстраивалась под толчки, жадно орудуя проворным язычком.
Стонала, всхлипывала, захлебывалась слюной, но очень старалась доставить удовольствие волколаку. С жадностью заглатывая вибрирующую плоть все глубже и глубже, доводя Ратэма до безумия. Ему казалось, что малышка высасывает через его член саму душу.
Волколак жестко, и в то же время, нежно трахал ее рот, удерживая голову в одном положении. Проникая с каждым толчком еще глубже, кайфовал, протискиваясь в узкое горло. Урчал, проникая еще глубже, скользя головкой в тугом горле. То выходил полностью, давая девушке отдышаться, то врывался вновь, рыча от нереального кайфа.
Ощущая как пробудившаяся в Фрейе сущность с жадностью кормится его энергией, впитывая все, что оборотень мог дать, и тут же посылая обратно мощную волну магии. Наполняя его резерв до самых краев за считанные секунды.
Макс, жадно урча, ласкал спину девушки, не пропуская ни единого, покрытого яркими сиреневыми узорами, миллиметра кожи. Урчал, ощущая как под его пальцами переливается и мерцает магия, как она жадно ластится, тянется к нему.
Он разминал пальцами упругие ягодицы, то стискивая их, то разводя в стороны. Скользил пальцами по припухшей от прилива крови влажной промежности, по губкам, с которых стекали густые капельки смазки. Собирая пряную влагу, втирал ее в узкое заднее отверстие. Обводя пальцами вокруг сжатого колечка, периодически соскальзывая в середину. Надавливал кончиком пальца на сфинктер, растирая обильную влагу.
Проник внутрь сначала на фалангу, считывая каждую реакцию распаленной девушки. Она поначалу замерла, протестующе застонала, и все же, сама подалась назад, насаживаясь попкой на его палец.
Снова и снова, глубже и глубже, уже явно не испытывая никакого дискомфорта, одну лишь безумную животную страсть. Постанывая, требовала большего, и Макс не разочаровал.
К одному пальцу присоединил второй, растягивая и разрабатывая узкое колечко. Проникал глубже, смазывая нежное отверстие изнутри стекающей по ее бедрам обильной смазкой, и собственной слюной.
Слюна волколака обладала целебными свойствами, а у
