Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 100
Ну а потом Олега затянул настоящий водоворот цветных картинок, и он захлебнулся в нем, утонул, подобно неосторожному купальщику. Успел испытать панику – а ну не получится вернуться? – а затем наступила темнота.
Открыв глаза, Олег, к собственному удивлению, понял, что стоит, и лишь в следующее мгновение осознал, что его держат за плечи.
– Очухался, земеля? – произнес кто-то рядом, и, повернув голову, он обнаружил круглое губастое лицо.
«Андрей», – всплыло в памяти имя.
– Очухался, – подтвердил Аристарх Сергеевич, и тут Олег окончательно пришел в сознание.
Чувствовал он себя странно, точно после мощнейшей клизмы, поставленной не только через задний проход, но и через уши. Голова и тело казались пустыми, но в то же время тяжелыми, как скафандр из чистого золота, а внутри словно не было ничего: ни мышц, ни крови, ни мыслей.
За плечи его держали Андрей и отставной капитан, а Антон Григорьевич задумчиво разглядывал что-то, лежавшее у него на ладони. Несколько укоротившиеся свечи на полу не горели, лишь от одной поднимался дымок, линии магического чертежа кое-где были смазаны.
– У вас получилось? – спросил Олег.
– Не уверен, – ответил маг второго ряда и продемонстрировал тот же кусок пластилина.
На поверхности бесформенного комка виднелся рельефный круг, с правой стороны которого был отсечен полумесяц. Поверхность его покрывала косая штриховка, нанесенная, судя по всему, ногтем.
Аристарх Сергеевич заметил удивление на лице Олега и пояснил:
– Результат при данном методе погружения отображается в пластической форме. Руки мага, заглядывающего в чужую память, действуют сами, воплощая те образы, которые удается из нее извлечь. Они мнут пластилин, лепят из него, и иногда в результате получается чье-то лицо, иногда – надпись, а иногда – вот такое… Это, насколько я понимаю, символ, но вот чего?
– Солнца, – сказал Антон Григорьевич.
– Точно! Авестийский символ солнца… Но почему совмещено с полумесяцем? И что означает штриховка? Что, оно ночное, черное солнце? Или это луна? Или… – Аристарх Сергеевич замолчал, точно вспомнил что-то. – Интересненько. Я ведь где-то читал… Черное солнце… Что это значит?
– Эй, хватит вам! – воскликнул Андрей. – Мудрствовать потом будете. Сейчас надо парня в себя приводить.
– Я в порядке. – Олег сделал шаг и упал вперед.
Точнее, попытался упасть. Его подхватили, поспешно усадили на диван, и Олег на какое-то время поплыл, выключился. Резкий запах нашатыря ударил в ноздри, заставил встрепенуться и выбил из головы туман.
Андрей приволок с кухни чашку с крепким чаем и развернутую шоколадку, вручил то и другое Олегу.
– Держи, лопай, – сказал он. – Кофеин и глюкоза – самое верное средство, чтобы быстро прийти в себя.
– В общем, честно говоря, мы не очень многого достигли. – Улыбка на лице Аристарха Сергеевича была извиняющейся. – Но процедуру можно будет повторить через сутки, если ты согласен.
– Я согласен.
– Тогда надо привести тебя в норму, а для этого нет ничего лучше «заземления». – Отставной капитан глянул на Антона Григорьевича. – Что скажешь? Восстановим добра молодца как надо и попробуем еще?
– Опасно. – Маг второго ряда завернул пластилин обратно в бумагу. Черная жидкость с его рук исчезла.
– Я знаю место, где мы точно не наткнемся на дейвона, – вступил в разговор Андрей. – Большая Толкучка. «Серые» туда не суются, а на нас никто не обратит внимания. Меня там знают, и все будет чики-пуки. Заодно и талисман какой защитный присмотрим у Часовщиков.
Антон Григорьевич смерил его долгим взглядом, затем кивнул и принялся складывать в сумку магические причиндалы.
– И это значит – под нашу ответственность, – со вздохом сказал Аристарх Сергеевич. – Ну что, будем собираться?
Быть осторожным Ярослав Шишкин научился с молодых лет, когда он еще не знал о том, что существует Пелена и мир за ней. Тогда он жил в Кстово, городе-спутнике Горького, учился в школе и ежедневно ходил на тренировки в академию самбо.
Нравы в Кстово были простые, и драться приходилось нередко, а порой и удирать от малолетних любителей гоп-стопа, что наваливались всегда толпой, размахивая ножами и велосипедными цепями.
Уже в те годы Ярослав научился внимательно смотреть по сторонам и слушать, что происходит вокруг, – чтобы уловить шаги, разглядеть притаившихся во тьме недругов и вовремя свернуть в сторону. И это умение пригодилось ему позже – в армии, в институтские годы и особенно после того, как он переболел менингитом и обнаружил, что мир населяют не только люди.
Он сумел тогда не сойти с ума, не показать окружающим того, что изменился. А затем сам смог найти такого же, как он, человека и сделался учеником мага-арендатора. После смерти наставника перебрался в Горький и присоединился к «Золотой розе», а немногим позже, когда стало можно, открыл кооператив. И вот тут выяснилось, что осторожность и внимательность порой стоят не меньше, чем нужные знакомства и умение свернуть человеку шею.
Ярослав смотрел по сторонам и видел, как его более лихие конкуренты, возомнившие себя богами, теряют все, включая жизнь. Он просчитывал каждый свой шаг, всегда страховался от любого риска и поэтому сравнительно спокойно прошел через лихие времена русского бизнеса, когда «деловые партнеры» убивали с такой же легкостью, как и обманывали.
Он работал как проклятый и поэтому выжил и разбогател.
А еще он был талантлив и силен как маг и четыре года назад возглавил нижегородское отделение «Золотой розы».
И после этого удвоил осторожность. Ярослав стал первой мишенью для всех, кому мешал их орден, а таких в Нижнем без особенного труда можно было насчитать не один десяток. Он переехал в охраняемый дом, завел машину с пуленепробиваемыми стеклами, а вдобавок нанял двоих телохранителей, отличных профессионалов, умеющих не только стрелять и пользоваться боевыми заклинаниями, но и предугадывать, где шефа ждет опасность.
Но чем дальше, тем спокойнее шли дела…
Случались конфликты и раздоры, но все какие-то незначительные, и всегда удавалось обойтись переговорами. Главы кланов, орденов и общин предпочитали творить друг другу мелкие пакости, а не подсылать убийц.
Ну а в девяносто восьмом грянул кризис, заставивший считать каждую копейку. Ярослав вынужден был сменить машину, из телохранителей остался только пересевший за баранку джипа Василий. А меры предосторожности, когда они каждый день ездили по городу разными маршрутами и редко возвращались той же дорогой, стали казаться чем-то излишним и канули в Лету.
Двадцать третьего июня Ярослав вышел из подъезда элитного дома на улице Ульянова в восемь часов утра.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 100
