Яблоко не засветилось, но Эцио сквозь перчатки ощутил тепло и пульсацию артефакта. Потом из яблока раздался странный звук, или этот звук рождался прямо в голове Эцио, – он не был уверен на сто процентов. Потом знакомый женский голос (Эцио не смог вспомнить, откуда он его знает), донесшийся, словно откуда-то издалека, тихо и ясно сказал: «Небольшая каравелла под алыми парусами на шестом пирсе».
Эцио бросился по набережной. Ему пришлось протолкаться через толпу моряков, осыпая их проклятиями. Но когда он добрался до шестого пирса и увидел корабль, подходивший под описание Яблока, тот уже отчалил. Корабль тоже показался Эцио знакомым. Палуба была забита мешками и тяжелыми ящиками – достаточно большими, чтобы спрятать в них человека. А потом Эцио с удивлением увидел, что на палубе стоит моряк, которого он оставил умирать, когда пытался спасти госпожу Солари. Моряк сильно хромая подошел к одному из ящиков и, с помощником, передвинул его. Эцио заметил, что в ящике проделаны отверстия. Он, пригнувшись, пробежал за рядом лодок и взобрался по эстакаде, используемой для покраски судов. В этот момент хромой моряк повернулся, чтобы посмотреть на набережную, возможно, чтобы проверить – не преследуют ли их. Эцио беспомощно смотрел, как каравелла доплыла до середины реки, подняла парус и, поймав ветер, поплыла вперед. Он не смог бы преследовать ее по берег даже на лошади – путь часть преграждали дома, стоящие вплотную к реке. Нужно было найти лодку.
Эцио вернулся на набережную и пошел вдоль нее. Экипаж одного из небольших кораблей только что закончил разгрузку. Эцио подошел к морякам.
– Я хотел бы нанять лодку, – быстро проговорил он.
– Мы только что прибыли.
– Я щедро заплачу, – Эцио вытащил из кошеля горсть золотых монет.
– Сперва мы должны доставить груз, – сообщил один из моряков.
– Куда вы собрались плыть? – спросил другой.
– Вниз по течению, – ответил Эцио. – И я спешу.
– Присмотрите за грузом, – к ним подошел еще один моряк. – Я возьму синьора. Якопо, поплывешь со мной. Не думаю, что двоих нас не хватит.
Эцио повернулся, чтобы поблагодарить его и изумленно узнал Клаудио, молодого вора, которого он спас от солдат Борджиа.
Клаудио улыбнулся.
– Считайте это благодарностью за спасение моей жизни, синьор. И уберите свои деньги.
– Что ты здесь делаешь?
– Я не создан для того, чтоб быть вором, – отозвался Клаудио. – Лис это понимал. Я всегда был неплохим моряком, поэтому он одолжил мне денег, чтобы купить это судно. Я капитан. Веду неплохую торговлю между Римом и Остией.
– Нужно спешить. Чезаре Борджиа бежал!
Клаудио повернулся и отдал приказ помощникам. Якопо вскочил на борт и стал разворачивать паруса. Эцио и Клаудио тоже поднялись на борт, остальные члены экипажа ушли с грузом.
Лодка без груза легко плыла по воде. Когда они добрались до середины реки, Клаудио поднял парус. Вскоре тяжело нагруженная каравелла перестала быть пятнышком на горизонте.
– Мы догоняем их? – спросил Клаудио.
– Да, – отозвался Эцио.
– Вам лучше опустить голову, – посоветовал Клаудио. – Меня и Якопо здесь хорошо знают, но если заметят вас, то поймут, что что-то не так. Я знаю такие суда. Нерегулярные рейсы. Индивидуальные.
– Ты знаешь, сколько человек на корабле?
– Обычно пять. Может, меньше. Не волнуйтесь. Я не забыл то, чему меня научил Лис – иногда даже пользуюсь этими навыками, – и у Якопо есть козырь в рукаве.
Эцио опустился на палубу, спрятавшись под прикрытием низкого борта, и время от времени приподнимал голову, чтобы оценить расстояние между ними и целью.
Но каравелла была более быстрым судном, чем лодка, поэтому, когда Клаудио смог, наконец, привлечь внимание экипажа каравеллы, впереди показалась Остия. Клаудио смело махнул экипажу каравеллы.
– Похоже, у вас тяжелый груз, – крикнул он. – Что вы везете, золотые слитки?
– Не твое дело, – огрызнулся от штурвала капитан. – Держись подальше от моего корабля. Ты нагоняешь волну.
– Извини, приятель, – сказал Эцио, а Якопо резко вывернул штурвал в сторону, сталкиваясь бортами с каравеллой. И крикнул Эцио: – Давай!
Эцио перескочил из своего укрытия через узкую щель, разделяющую два корабля. Хромой матрос узнал его и приглушенно взревел, бросился с острым крюком. Эцио отбил удар защитным браслетом и смог подобраться к противнику достаточно близко, чтобы вонзить скрытый клинок глубоко в бок врага. Но ассасин не заметил другого моряка, который с абордажной саблей в руке подкрался сзади. Эцио моментально обернулся, но не мог уже отбить клинок, и тут раздался выстрел. Моряк, выгнув спину, уронил на палубу саблю, а сам свалился за борт.
– Будь осторожен! – крикнул Якопо, старавшийся держать лодку борт в борт к каравелле. Третий моряк появился из трюка и ломом взломал ящик с отверстиями, а четвертый сидел рядом на корточках с пистолетом в руках, прикрывая его со спины. У обычных матросов нет таких пистолетов, подумал Эцио, вспомнив бой с работорговцами. Клаудио перескочил на палубу каравеллы и кинулся на матроса с ломом, а Эцио бросился вперед, вонзив в руку матроса с пистолетом скрытый клинок. Моряк успел выстрелить, но пуля попала в палубу, и противник отступил, взвыв от боли, и схватился за запястье, пытаясь остановить кровь, бьющую из вены.
Капитан, видя, что его люди потерпели поражение, достал пистолет и выстрелил в Эцио, но каравеллу качнуло, и выстрел ушел мимо. Пуля лишь скользнула по правому уху Эцио, потекла кровь. Эцио помотал головой и направил свой пистолет на капитана и выстрелил ему в лоб.
– Быстрее! – приказал он Клаудио. – Берись за штурвал, а я займусь нашим другом.
Клаудио кивнул и кинулся к штурвалу. Кровь из рассеченного уха пропитала воротник, Эцио грубо вывернул запястье противника, заставив того выронить лом. Потом ударил его коленом в пах, схватил за шиворот и, подтащив его к планширу, швырнул за борт.
В наступившей тишине из ящика донеслись яростные крики и проклятия.
– Я убью тебя! Я воткну меч тебе в кишки, и ты познаешь такую боль, о которой даже не подозревал!- Надеюсь, тебе там удобно, Чезаре, – отозвался Эцио. – Но если нет, ничего страшного. Как только мы доберемся до Остии, тебе предоставят более подходящее для тебя средство передвижения, и мы вернемся назад.
– Это не честно, – вздохнул Якопо с лодки. – У меня так и не было возможности использовать свой козырь!…
Все дозволено. Ничто не истинно.
Догма сикариев, I, 1.
Стояла поздняя весна 1504 года от Рождества Господа нашего. Папа распечатал доставленное курьером письмо, быстро прочитал и торжествующе ударил кулаком по столу. Другой рукой он поднял письмо, с которого свисали, болтаясь, печати.
