сотни лет, пока город не начал разрастаться с огромной скоростью. Приезжие привозили с собой не только новые силы, но и новые проблемы. Случались драки, нападения на представителей знати Врат, кражи, убийства, изнасилования и целый перечень иных преступлений, в то числе и магических. В последствии появилось три уровня тюрьмы.
Нижний назывались Времянкой. Попадали туда в основном мелкие преступники и неугодные кому-либо личности, так сказать, в воспитательных целях. Неудачники-карманники соседствовали с нахалами, посмевшими оскорбить любимое платье жены Барона, и слишком хорошо отметившими что-то моряками, устроившими после небольшую драку на улицах порта. Из Времянки выходили все, и далеко не каждый попадал в нее снова. Средние уровни, называемые Бастионом, уже принимали тех, кто еще мог выйти на свободу, но получал более существенный срок. От полугода – их сажали ближе к Высшему городу, до десятка или даже десятков лет – эти преступники располагались ближе к центру Средоточья.
Третий уровень носил довольно емкое и всеобъясняющее название Пороховницы. На него отправляли сильных волшебников и друидов, врагов города и, самое главное, зверолюдов. Те, кто попадал на третий уровень, никогда не выходили из тюрьмы. За нарушения и глупости из среднего уровня попасть на третий было легко, так же как и из Времянки в Бастион, а вот в обратную сторону – практически невозможно. лишь один человек за все время существования Тилиябаса сумел доказать свою невиновность и полезность городу и вернулся к обычной жизни. Правда, через год он исчез, но зато побыл на свободе.
Эйэ всегда акцентировал внимание, что люди, любящие власть и контроль, хитрые как зэмэски и упрямые как калнсы, не уступающие в изворотливости перевертышам-змеям и способные к магии как свэты, для всего используют чужие силы, но после присваивают победу только себе. Быстроживущие ловко находили, как оправдать себя в любом случае, и их щупальца проникали во все сферы жизни и все города. Именно поэтому особенно опасно проявлять себя в главном портовом поселении, где человеческая власть не оспаривалась с самого его зарождения, пусть большую часть необходимого совершали и возводили другие народы. Вытащить полукровку из Врат возможно, но спаси ее из Пороховницы, даже если привлечь Общину, будет нереально. Никакие свэты, даже разом, не сумеют вытащить Рэйару, если откроется ее происхождение.
Полукровка не верила, что это правда. Скорее всего Эйэ запугивал сестру, чтобы она ни в коем случае не расслаблялась. Перевертыш знала, что братья придумают что-то, чтобы спасти Рэ, а предводитель не остановится, пока женщина не будет рядом с ними и в безопасности. Ни к кому другому, если не считать вожака стаи, полукровка не испытывала такого доверия за свою жизнь. Старый охотник из Серединного города, тот самый, что приютил ее, был дорог Рэйаре, бесконечно ей любим, но любовь к нему не шла ни в какое сравнение с тем, что полукровка чувствовала к новой семье.
Рэ принюхалась. Следы бритоголовой вели в дом и перевертыш, не раздумывая, направилась туда же. Босым ногам не было холодно, пока она топталась по грязи, перевертыш в свое время часто бегала без обуви и ноги ничуть от этого не страдали, но в этот раз, отодвинув доску и забравшись внутрь, женщина едва сдержала рвущийся наружу хрип – острые обломки камней, стекла, какие-то гвозди и щепки, все это впилось в ступни, пропарывая кожу и плоть до костей. Не стоило прыгать в неизвестность.
Постояв немного, чтобы выдернуть застрявшие в коже частицы, полукровка потеряла время и разозлилась. Она продвигалась дальше медленнее, аккуратнее, просматривая каждый клочок перед тем, как совершить последующий шаг. Запах Ордена Посоха вел Рэ вперед, из одного помещения она попала в следующее – когда-то красиво украшенный зал, вероятно, для встречи гостей, затем и в третье – немногим поменьше. Рядом с остатками камина следы оборвались. В воздухе пахло травами, на полу виднелись крупицы какого-то порошка и более ничего. Не стоило быть заклинателем, призывателем, или кем-то еще, понимающим в волшебстве, чтобы догадаться – женщина из Ордена Посоха создала портал. Неужели она заметила слежку?
Перевертыш осмотрелась, принимать звериную форму в незнакомом месте не стоило и потому она просто присаживалась и обнюхивала каждый кусочек. Она изучала камни, крошку, бумаги, куски тканей… Что только могло пригодиться и дать подсказку. Рэ заметила кусок нарисованного портрета, выудила его из-под груды камней, и, щурясь, всмотрелась в те черты лица, что еще не размокли и не порвались. Оно показалось смутно знакомым, но не потому, что этого человека перевертыш видела вживую. Буквы под изображением, превратившиеся в одно сплошное пятно, и лишь частично сохранившиеся в самом верху, около вычурных завитков, грубые символы в виде дерева, паука и монеты, бронзовые, серебряные и золотые соответственно, помогли вспомнить где Рэ видела нечто похожее. Такая же физиономия красовалась на стенах в портовой части Нижнего города, кажется, за бородатого черноволосого мужчину с широким носом предлагали приличную награду.
Бритоголовая явилась в место, где лежали довольно свежие бумаги, они не успели окончательно испортиться. Вряд ли во Вратах требовалось много времени, чтобы кого-то отыскать, особенно за достойное вознаграждение. Может быть, у Ордена Посоха были свои дела в порту? А может, он кого-то искал или на кого-то работал? Понять, куда вел портал Рэ все равно не могла, зато могла прогуляться до Нижнего города и вынюхать как обстоят дела там. В прямом и в переносном смысле.
Путь до стены прошел без приключений. В тот раз Рэ даже не пыталась выйти к воротам, напротив, старательно их избегала и искала ту часть города, где не имелось никакой стражи. Патрульные гуляли между домов поселения, по верху стены то и дело прохаживались стражники с факелами. Одного можно было бы сбросить или убить, двоих тоже, но эти предпочитали гулять группами. Интервалы между компаниями не были большие, ни один человек не сумел бы добраться до стены, выйдя на свет факелов, закинуть веревку, зацепить ее, залезть, перебежать, перецепить веревку, слезть по ней и отбежать на достаточное расстояние. Ни человек, ни калнс, ни свэт, ни кто-то иной. Кристаллы над зубцами и едва видимая нить между ними мешала проходить магии и потому у желающих только добавлялось проблем. Да, никто не мог справиться, кроме ненавистных местным перевертышей.
Отмерить, сколько времени проходит между обходами стражников, прикинуть, когда лучше всего бежать, продумать наперед куда и какой лапой можно вставать, за что цепляться когтями и с какой силой отталкиваться, чтобы одним махом перепрыгнуть открытое пространство, освещенное
