По сути своей, я сделал аналог той же защиты, которую использовал мой противник, но применяя познания об окружающем мире и работая на взаимодействии частиц воздуха. Барьер вибрирует от ударов, но выдерживает.
Следующим зельем я использовал мою любимую ловушку, тем более новую склянку он не может увидеть из-за обилия пламени вокруг. Песок под ногами Александра становится рыхлым, практически зыбучим. Мой противник тут же на мгновение теряет концентрацию, но затем вновь смотрит в мою сторону, дернув левой рукой в моем направлении. В этот же момент в меня двумя волнами летит ещё десяток этих копий, которые рассекают воздух с воем, видимо, чтобы еще дополнительно напугать. Как по мне, последнее точно избыточно, он же не крестьян пугает.
От первой волны я едва успеваю уклониться, во второй — одно из них задевает меня, но не ранит, лишь чудом не задевая мантию. Ткань трепещет от ветра. Сразу же за этим я вижу, как в меня летит воздушный вихрь, от которого я уже не в силах уклониться, только слегка сгруппироваться перед ударом. Он отбрасывает меня на несколько метров назад, и я приземляюсь прямо на землю, чувствуя, как выбило воздух из лёгких.
Пока пытаюсь осознать, что произошло, тело уже заныло от удара. Тем временем замечаю, как сверху на меня летят ещё несколько копий. Практически моментально активирую печать, вновь создавая воздушный барьер, о который бьётся вражеская атака, не в силах его пробить, с треском рассеиваясь.
Плохо, что мне уже во второй раз приходится использовать магическую печать. Я бы не очень хотел демонстрировать их на этом турнире, ну да ладно. Иногда приходится импровизировать. Встав на ноги, успеваю отряхнуться от пыли, пока Александр выбирается из моей ловушки, которую ранее игнорировал, ругаясь сквозь зубы.
Печать анализа, сотворенная в этот момент, подсказывает, что у него осталось не так уж и много сил. Его аура слабеет, как угасающий ветер. Скорее всего, он выдержит в лучшем случае ещё два огненных зелья. И, возможно, у него их хватит, чтобы сформировать парочку атакующих заклинаний. Но не более того.
Вот в чём фундаментальная разница между алхимиком и боевым магом. Пока он активно тратил свои магические силы, я свои практически не использовал, разве что для парочки плетений, которые почти не тратили мою энергию. Все же алхимик в первую очередь использует окружение для того, чтобы сражаться, а не собственные силы в полной мере.
— Ваше благородие, а вы даже лучше, чем я думал, — крикнул вдруг маг воздуха, его голос эхом разнёсся по арене. — Но пора заканчивать.
Рядом со мной воздух внезапно срывается с места. Поток закручивается в стремительный вихрь, тянет за собой песок и пыль, гулко завывая, словно живое существо. Похоже, он всё-таки прав — бой затянулся. Я не теряю ни секунды: одно за другим в полёт срываются два зелья, а вспыхнувшая печать подстёгивает их, придавая дополнительное ускорение.
От первого он успевает уклониться, сбиваясь в формировании атаки, а ещё не успевшее толком появиться торнадо просто исчезает в порыве ветра. А вот второе зелье попадает прямо в противника. Его защита буквально горит огнём и едва выдерживает, треща и искрясь.
Я же просто создаю один огненный шар, который моментально срывается с моей руки и пробивает защиту противника, попадая прямо ему в тело. Пламя вспыхивает ярко, но я контролирую его, ведь оно тоже создано алхимией с помощью порошка, который я создал из кармана в моей форме.
Как только я увидел, что защита противника пала, тут же еще одной печатью отменяю действия всех зелий, чтобы он не получил сильных ожогов. И только теперь начинаю слышать, как ревёт арена.
— Победа присуждается Дмитрию Огинскому! — услышал я голос ведущего.
Да уж, в этот раз это было явно не так просто, как до этого. Боевые маги стали определённо куда сильнее, чем раньше. До этого у тех, кто выходил против меня, просто не было подобных атак. Против архимага мне пока что точно делать нечего. Что, собственно, и неудивительно, если говорить откровенно.
В этот раз Елена так же обнаружилась в коридоре, её глаза сияли, как в прошлый раз, но с ноткой беспокойства.
— Дмитрий, я даже ничего не хочу говорить! Ты опять победил! — восхищённо произнесла она. — Хотя я думала, что ты будешь использовать больше различных зелий.
— Да я тоже, — пожал я плечами. — Оно само как-то получилось, что во время боя не пригодилось.
Хотя, на самом деле, у меня в запасе, помимо огненных зелий была лишь каменная кожа, да ловушка, но об этом девушке знать не стоит. Для следующего боя мне всё-таки придётся что-то придумывать. При этом вполне ожидаемо, что этот бой получился заметно сложнее, и это даже хорошо. Значит, что мой следующий соперник, скорее всего, будет ожидать только те зелья, что я уже использовал.
А значит, я однозначно смогу его удивить. Ну а там посмотрим, как все пойдет.
— Ну ты даёшь, — улыбнулась девушка.
— Если ты не против, я бы сегодня остался посмотреть бои других участников, — после недолгих раздумий сказал я. — Особенно бои моего завтрашнего соперника. Ты не смотрела, кто мне может попасться?
— Смотрела, — уверенно ответила девушка. — Скорее всего, у тебя завтра в противниках будет Залеман.
Я тут же попытался вспомнить, кто это такой, но память мне ничего не подсказала.
— Впервые слышу, — честно признался я.
— А это довольно небольшой род, который только три поколения назад за все время своего существования стал полноценным боевым, — объяснила девушка, её голос стал чуть серьёзнее, словно она делилась секретом. — У него сегодня будет бой против артефактора. Сам по себе он довольно перспективный маг, но явно не лидер турнира. В бою против того же Демидова он бы проиграл. Его стихия — тьма.
Тьма, конечно, не самый приятный соперник для алхимика. Куда привычнее мне работать с классическими стихиями, но и с этим тоже можно. Главное — понять, на что мой соперник вообще способен, чтобы нормально подготовиться и создать условия для боевой ничьей.
— Понятно, — кивнул я. — Ну что же, тогда посмотрим, как он сражается.
Я и девушка прошли в комнату, из которой бойцы следили за турниром. Воздух здесь был пропитан напряжением. Другие участники перешёптывались, анализируя тактики, и чтобы они сделали на месте соперника.
— Как думаешь, сможешь завтра победить? — вдруг спросила девушка, её
