Дорога оказалась не из трудных. Неширокий, но сухой и ровный проселок пролег, точно ущелье, между высоких зеленых стен тропического леса.
- Здесь не обошлось без магии, - мрачно проронил посланец Крома.
- Это еще почему? - удивилась Белит.
- В джунглях любая тропа зарастает за неделю, - пояснил за посланца Конан. - А тут нет никаких признаков того, что ее расчищают; да и грунт совсем другой, чем в южных лесах! Он скорее смахивает на аквилонский...
- Верно, - кивнул посланец. - Эту дорогу поддерживает волшебство... я ощущаю его присутствие... Мы направляемся к какому-то средоточию древних сил...
Что-то мне все это не слишком нравится, - неожиданно закончил он.
- Не нравится то дело, которое нам навязали, не нравится та сила, против которой нас бросили, или то и другое вместе? - осведомился Конан.
- И то, и другое, - ответил посланец. - Боюсь, нам предстоит встреча с не совсем обычным некромантом...
Шло время. Изредка переговариваясь, они шагали и шагали по удивительно приятной дороге, под неумолчный птичий щебет, провожаемые взорами бесчисленных ярких цветов.
- Что-то все это не слишком похоже на владения чародея, занимающегося столь неаппетитным волшебством, как некромантия, - покачал головой Конан.
Остальные даже не успели ответить ему. Дорога сделала внезапный и крутой поворот, выведя их на открытое место.
Валерия восхищенно вздохнула, Испарана сильно прищурилась, Карела прикусила губу, а Белит только сплюнула. Перед ними открылся изумительный вид: долина тихой неширокой речки, к руслу широкими террасами спускались сады; утопая в зелени, среди разноцветных, цветущих кустов стоял небольшой кокетливый замок розового мрамора. Он и впрямь был замком - имел ворота, башни, два бастиона, донжоны, контрфорсы у стен; но все это казалось не более чем детской игрушкой.
Дорога пересекала небольшую поляну и спускалась к реке, через которую был переброшен изящный арочный мост; за мостом проселок превращался в аккуратную садовую дорожку и вел прямиком к парадным воротам игрушечного замка. Стены его были совсем не высоки; из-за них виднелись кроны деревьев.
Все место казалось наполненным каким-то удивительным, радостным покоем, или, быть может, ожиданием чего-то чудесного, что вот-вот может появиться. Было в этом нечто от детских видений и снов, что приходят после рассказанной взрослыми сказки о добрых волшебниках...
- Кто бы тут ни жил, вкус у него неплохой, - процедила сквозь зубы Испарана. - Я, признаться, ожидала увидеть нечто черное, страшное и мерзкое...
- Нечего торчать здесь у всех на виду! - прикрикнул Конан на свой отряд, чуть ли не силой заталкивая воительниц под прикрытие лесных зарослей. В нем тоже зародилось сомнение - туда ли они попали? В пергаменте ничего не говорилось о реке. Киммерийцу вовсе не улыбалось преодолевать ее вброд, тем более, что в крепостных рвах маги частенько селили различных милых созданий, никогда не упускавших случая полакомиться человечиной. Поразмыслив, Конан принял самое простое решение.
- Ждем до вечера, - объявил он. - Стемнеет - пойдем напрямик, через мост. Я уже не мальчик - ползать по всяким лужам...
Его слова были встречены без возражений. Посланец же Крома, похоже, глубоко погрузился в свои размышления, ничуть не оспаривая право Конана распоряжаться и отдавать приказы.
Они устроились шагах в десяти от края леса. Конан установил череду дежурств, но и его подруги и он сам напрасно напрягали глаза - ни на стенах, ни подле замка, ни над ним не появилось ни одного живого существа.
Свечерело. Умолкли голоса дневных птах; речную долину затопил синеватый сумрак. И лишь тогда Конану и его спутницам, затаившимся в непроглядной тени под корнями какого-то лесного исполина, удалось заметить свет, мерцавший в узкой бойнице Привратной башни. Кто-то живой там все же был - если, конечно, этот свет не был простой уловкой для отпугивания трусливых воришек, тех, что дерзают забираться только в пустые дома...
- За мной! - одними губами приказал Конан и они, все семеро, быстро и бесшумно двинулись вперед. Спустились по склону долины, оставили позади деревянный мост и начали подниматься к воротам. Карела уже разматывала веревку с железным якорем - забросить за стену.
- Проклятье, клянусь Кромом, мне совершенно не хочется убивать хозяина этого славного местечка, - неожиданно для самого себя пробормотал Конан себе под нос. Он не раз бывал в логовищах колдунов и черных магов; там даже воздух, казалось, был пропитан злом. А здесь же... Среди роскошных, нарядных цветов тщательно ухоженного сада, среди серебристых листьев с густо-зеленым отливом, в голову отчего-то лезли совсем неподходящие и совершенно невоинственные мысли - о том, что неплохо бы и в самом деле повидать Аквилонию... посидеть за чашей вина в добропорядочном тарантийском кабачке... может быть, даже сплясать. "Кром, наверное, пришел бы в ярость, узнай он, что я могу так думать", - устыдился было киммериец; однако ему потребовалось собрать в кулак всю свою волю, чтобы противостоять умиротворяющей магии этого места.
Им никто не препятствовал. Под прикрытием кустов они двинулись в обход замка, к тому месту, где от кольца внешних стен шла крытая галерея к внутренним постройкам.
- Что ты чувствуешь сейчас? - шепотом осведомился Конан у посланца Крома.
- Ничего, - с оттенком неуверенности в голосе отозвался тот. - Магия была в той дороге, что привела нас сюда - но здесь я не ощущаю ничего.
- А ты не мог бы заглянуть внутрь? Твои чары не способны на это?
- Увы, нет, - вздохнул посланец. - Этот горбун отрезал мне не только небесные пути и воздушные тропы. Он отрезал еще и целую область очень полезных заклинаний, так что я сейчас в лучшем случае могу пригодиться тебе как боец.
- Это уже немало, - желая подбодрить павшего духом, сказал Конан. Впрочем, мы пришли, если только я правильно разобрал этот чертеж. Карела!
Рыжего Ястреба не требовалось просить дважды. Свистнул брошенный якорь, железные крючья звонко ударились о камень, а в следующее мгновение Конан уже лез вверх. Он намеревался честно исполнить порученное.
Согласно плану горбуна, парапет должна была патрулировать стража однако Конан не услышал их шагов, даже прижавшись ухом к теплому камню. Никто им не препятствовал; на стену один за другим влезли все пятеро воительниц и посланец Крома - а вокруг по-прежнему царило полное безмолвие.
Двор небольшой крепости был залит мягким розоватым светом: на стенах горели многочисленные фонари, освещены были и многие окна в большом, трехэтажном доме, что стоял посреди крепостного двора, окруженный благоухающими зарослями.
