подающий надежды демонолог. Но это секретная информация, — карлик подмигнул оцепеневшей девушке.
Демонология была официально запрещена императором. Даже некромантия была не в такой опале, как работа с неуправляемыми сумасшедшими демонами. Поэтому уже лет сто, как Академия не выпускала квалифицированных демонологов. А подпольные подвергались гонениям. Откуда это известно карлику? Кто ещё знает о том, что она проводила ночи за изучением древних манускриптов?
Даниэлла почувствовала, что дело принимает неожиданный поворот.
— Вам что, нужно поймать демона?
— Мне? — карлик расхохотался. — Мне уже давно ничего не нужно. А то, что нужно — у меня есть. Но за мной братья, семья. А семья — это главное, что может быть в жизни.
Даниэлла подавила тяжёлый вздох и кивнула.
— Теперь вы мне скажете, кто стоит за моим обвинением?
— А я уже сказал, — развёл руками карлик. — Внимательность — лучшее качество в любом вопросе. Внимательность к родным. Внимательность к окружению.
Даниэлла открыла было рот, но за спиной снова звякнул колокольчик.
— О, мастер Дарк, — радостно вскричал карлик. — Как дела в городе? Что говорят?
Даниэлла раздражённо обернулась и уткнулась в широкую грудь вагра. Отскочила, коротко ему кивнула, и двинулась прочь.
Вагр проводил девушку взглядом и ответил карлику. Даниэлла слышала звук голосов, но не понимала, о чем говорят люди за спиной.
Выйдя на улицу, она остановилась у дороги, повторяя в памяти слова карлика. Что он ей там наговорил? Семья, долг. Обещания. Да зачем она вообще к нему приходила? Поверила в сказочки Лиса про таинственный клан убийц? Вот дура-баба, а!
От этой фразы Рейнарда Даниэлла снова пришла в бешенство.
Нельзя верить мужчинам! Никаким! И никогда! Она доверилась однажды и что получила? Ну, ладно, не однажды, а дважды. Но Керн не в счёт. Тогда она была слишком молода и наивна. Но вот граф. Он обещал ей защиту. Он обещал ей спокойное изучение нижнего мира. В обмен на её красивый вид рядом с ним на балах. Граф был стар, богат и тщеславен. Но ценил её ум. И явно недооценивал алчность своей единственной дочери.
Даниэлла замерла. В памяти всплыли слова карлика:
«Тебя обвинили в её проделках». От злости у Даниэллы аж перехватило дыхание. То, о чем она столько думала, что подозревала, только что подтвердил карлик. А она чуть не прохлопала всё важное. Даниэлла вихрем развернулась и кинулась в лавку.
— Как мне это доказать? Что мне сделать, чтобы доказать твои слова?
Вагр и карлик застыли. Вагр нахмурился, а карлик принял самый безмятежный вид и лишь развёл руками:
— Никак, ma cherie. Знание — сила, но не доказательство.
— Вы о чем это тут толкуете? — строго спросил вагр. — Ты опять?
— Нет-нет, мастер, что вы. Я дал Слово. И я держу его.
Вагр кивнул и хмуро посмотрел на Даниэллу.
— Если у вас какие-то проблемы, может я мог бы чем-то помочь?
— О да, — прошипела та. — Помочь. Свернуть шею одной гадине, которая пустила всю жизнь мою под откос!
Карлик снова усмехнулся. Его забавляла эта ситуация. И гнев Даниэллы его тоже веселил.
— Видите ли, я думаю, это непременно сделает кто-то за вас.
Сказав это, карлик хихикнул. Но от этого смешка по спине Даниэллы пробежали мурашки. В памяти тут же всплыли старые предания. Кто увидит Ки Леро, тот не увидит больше ничего.
— А я? — сдавленно прошептала Даниэлла.
Карлик запрокинул голову. При его коротющей шее это выглядело очень странно. И расхохотался во весь голос.
— Не переживай, моя дорогая. Я отошёл от дел и не несу угрозы для твоих прекрасных глаз. В отличие от…
Он многозначительно замолчал. Даниэлла вытерла вспотевшие ладони о юбку и, переминаясь с ноги на ногу, нерешительно обратилась к Дарку.
— Мастер, а не могли бы вы одолжить мне лошадь?
Тот не стал скрывать своего удивления.
— Мне нужно в Хартфорд. Это не слишком далеко отсюда, я правильно помню географию?
— Если выехать сейчас и задержаться нам не более чем на пару часов, к рассвету мы воротимся.
— Мы?
— О, бросьте. Не думаете же вы ехать в одиночку по тракту? Это небезопасно!
Дарк хотел сказать, что это глупо. Даниэлла видела, как он запнулся на последнем слове и попытался подобрать подходящее слово, чтобы не обидеть её. Даниэлла слабо улыбнулась.
— Мне не хотелось бы отвлекать вас, мастер.
— Вы — гостья моего города, а значит, я несу за вас ответственность.
Даниэлла собралась поспорить, но Дарк кивнул карлику и вышел на улицу.
— Внимательность, ma cherie! Внимательность наше все! — напомнил карлик и скрылся за шторами.
Даниэлле ничего не оставалось, как выйти вслед за Дарком.
Вагр свистнул, и ветер подхватил и понёс этот свист.
— Это ваш способ оповещения? — пробормотала Даниэлла.
— Что-то вроде, — кивнул вагр и, взяв Даниэллу под локоть, повёл по дороге.
— К моему приходу нас будет ждать повозка со снаряжением. Ужинать будем в пути. Если поторопимся, управимся быстро. Но могу я узнать, что вы хотите посетить в Хартфорде?
— Жилище одной стервы! — с жаром выкрикнула Даниэлла.
Она уже представляла, как выцарапает глаза этой кукольной блондинке, которая лишила её десятка лет просто потому, что побоялась потерять папочкино состояние.
— Любовница вашего спутника? — как бы невзначай уточнил вагр.
— Нет. Падчерица, с которой у меня не сложилось.
Вагр не нашёлся, что сказать. И весь оставшийся путь они проделали в молчании.
Глава 23
Особняк графа был таким же, каким его запомнила Даниэлла. Богатый, доминантом возвышающийся над остальными домами городка. С мармаритовыми пилястрами, стоимостью не меньше, чем во дворце Императора. Рельефными карнизами и скульптурами невинных дев, никак не поддающихся на соблазны разудалых фавнов. В окнах первого этажа горел свет. Наверняка шёл очередной бал. Эрида — дочь покойного графа — всегда отличалась редкостной любовью к развлечениям, вину и красивым ухажёрам. Впрочем, и к некрасивым тоже. Ей в принципе было всё равно, кто за ней ухаживает. Главное — чтобы ухаживали.
Даниэлла, прищурившись, разглядывала дом, словно решая — стоит туда соваться или все же это глупая затея.
— Это и есть дом вашего мужа? — протянул вагр, не спуская внимательного взгляда с Даниэллы.
Та кивнула вместо ответа. По дороге она в общих чертах пересказала Даркусу события тех лет, которые привели её к обвинениям и бегству. Правда, только после того, как вагр заверил её, что между Вельгой и Хартфордом нет заключённого договора о выдаче друг другу преступников. На вопрос Даниэллы, отчего так, Дарк лишь пожал плечами и бросил короткое:
— Мне не нравится цвет формы канцеляристов.
Даниэлла вспомнила зелёные камзолы, которые носили служители
