Пламя и кровь - Тимофей Афаэль

— У бабок ворует, ты представляешь какая скотина⁈ — возмущался Нарт. — Ничего святого нет! Как можно воровать последнее у старушек⁈

Остальные стражники, услышав это, захрюкали, подавляя смех.

— Действительно, каков подлец! — прокомментировал низенький, круглый мужичок в кирасе явно не по размеру. Непонятно, как он вообще ее смог натянуть на свое пузо. — Нет бы у молодых девок тащил! Такого ведь и ловить страшно! Что у него в голове творится, если он старух обирает⁈

— Ничего, скоро за стражников возьмется, — брякнул я, подавляя желание прибить Нарта за его болтливость. — Потащит у вас труселя с веревок.

— Ох-е! А я свои только сегодня повесил! — с притворным ужасом всплеснул руками длинный, рыжий мужик. — Даже и не знаю как теперь уезжать!

— Тихо там, болтуны! — рыкнул Лардог. — Как бабы на лавочке, ей богу!

— Но кэп! Про вора правда же! — даже обиделся Нарт.

— Правда, не правда, а бабки сами разберуться. Они вон уже дружину собрали, ищут поганца. Главное, чтобы всех подряд хватать не начали…

— Так давайте их наведем на бездомных! — предложил кто-то, за что был послан командиром в пешее путешествие.

У ворот тюрьмы, Лардог показал документы стражнику. Тот внимательно с ними ознакомился и послал за командиром.

— Все уже подготовлено. Сейчас старший подтвердит передачу заключенных и выгоним вам телеги сюда. — объяснил он процедуру Лардогу.

Через некоторое время из здания тюрьмы вышел щеголеватого вида мужчина. Он тоже ознакомился с бумагами, придирчиво нас осмотрел, кивнул Лардогу и громко крикнул: — Открывай ворота и выгоняй телеги!

Вскоре на к нам выехали три повозки с установленными клетками. В клетках сидели люди. В двух по шесть человек, а в одной, я пригляделся и с удивлением обнаружил, что там едет всего лишь одна женщина. Русоволосая, в драной зеленой рубахе и кожаных штанах, она вытянула ноги, сидя на полу, и посматривала на стражников со смесью презрения и сожаления. Ее взгляд, остановившийся на мне, сделался удивленным. Женщина изучила меня с ног до головы несколько раз и откинулась на решетку, прикрыв глаза.

Стражники разобрали коней, а кому они не достались, поехали на телегах рядом с возничими. Одним из таких был я. Кони просто шарахались от меня. Впрочем, к подобному я уже привык.

Поездка протекала лениво. Я от такого неспешного темпа жизни, если честно, отвык. Кони не спеша тащили телеги. Стражники покачивались в седлах. Тишину нарушало только фырканье лошадей, поскрипывание колес, да негромкие разговоры людей.

На этот раз мне сильно повезло. Лардог определил Нарта на другую телегу и балабол теперь доставал разговорами возничего. Я ж молча грелся на солнышке, прикидывая свои дальнейшие действия после того как попаду в Коллон.

Вечером, когда мы остановились и разбивали лагерь на ночевку, женщина вдруг открыла глаза, осмотрелась по сторонам и дернула меня за край плаща: — Все не то, чем кажется! Будь бдителен! — прошептала она мне, глядя в глаза.

— Кто тут заговорить решил⁈ — древко копья врезалось ей промеж лопаток с такой силой, что женщину швырнуло на пол телеги. — Если бы не распоряжение, я бы тебя лично прикончил, сука! Так что закрой свою пасть! — Лардог, в гневе раздувая ноздри, вперил взгляд в меня. — А ты, новичок, не разговаривай со смертниками! Они тебе всякого наплетут, лишь бы ты дверь клетки открыл! Чего я только не слушал! Про больных матерей, про оставшихся одних детей! Недавно один паскудник, что трех девчонок снасильничал и зарезал, одному нашему рассказывал, что это не он их убил, а его подставили нехорошие люди! Он, дескать, не при чем совсем. Усек⁈

— Усек, — кивнул я и посочувствовал стражнику. — Нелегкая работенка у вас, — меня их работа не сильно волновало, но подыграть стоило.

— Отож, — он кивнул в сторону костра, где стражники уже варили похлебку, предлагая пойти, поужинать. — Душой черствеешь из-за вот этих гадов! — он с ненавистью кивнул в сторону повозок. усаживаясь на бревно. — Иногда думаешь, может не правда все? Оклеветали человека! Я, когда только начинал, так чуть одну не выпустил! Жалко девчонку стало! — он принял кружку со свежезаваренным отваром и отхлебнул. — Мне начальник, после того как нос разбил, объяснил, что девчонка та известная отравительница. Последними загубила целую семью вместе с малыми детьми! Так-то! Из-за нашей работы людям верить перестаешь.

— Верно, верно, — закивали мужики.

— Хрен с ними, с уродами этими, — прервал всех толстяк, что шутил над Нартом. — Ты, Лардог, лучше расскажи о вестях с фронта. Что там творится?

— Ничего хорошего, — буркнул командир, принимая миску с горячей кашей. — Наши вошли и быстро поперли вглубь к столице, а потом уперлись в крепость. Как ее там, Врангл или Врандл? Ну, вы это и без меня знаете, — мужики закивали, стуча ложками о миски.

— Знать, знаем, а чем все закончилось нет, — протянул Нарт, прихлебывая отвар. — Народ разное рассказывает. Про чудищ каких-то, про несметные полчища ушастых.

— Расскажешь тут. Когда по хлебалу с оттягом получишь, еще не то расскажешь, чтобы оправдаться, — процедил сквозь зубы Лардог и от злости сплюнул. — Рассказывал мне знакомец один, как раз на днях вернувшийся оттуда, что Врандл этот охранял отряд каких-то сумасшедших.

— Он кем служил-то? — спросил рыжий. — А то как ни послушаешь, так все на передке воевали и лично все видели.

— В обозе служил, — ответил Лардог. — В общем, первый раз они накатили, по роже получили. Потом генерал на переговоры ездил. Хотели дуэль делать, чтобы мужиков не гробить.

— И чего?

— Да ничего. Наш проиграл. Знакомец не знает подробностей, но ясно одно генерал дер Клаузевиц этих, что из крепости, обманул и уходить не стал. Говорят, предложил им покинуть крепость с оружием, флагами. Честь по чести, но те отказались. Остались беженцев защищать.

— Честь по чести как же! — хохотнул Нарт. — Вот ты бы, Эридан, ушел? Когда такой обман!

— Нет, не ушел, — покачал головой я. уткнувшись в тарелку, чтобы не засмеяться.

— Вот и я бы не ушел! — рявкнул он. — Стоял бы до последнего!

Я, с удивлением, посмотрел на него и хмыкнул, не удержавшись. "