чётко вырисовывалась на фоне неба. Воины, выстроившись вдоль тела зверя, словно матросы, готовящиеся поднять парус, затаили дыхание в ожидании команды. Наставник поднял руку и резко опустил её. Как один, воины дружно налегли на тушу, уперевшись ногами в утрамбованный снег. Раздался тяжёлый, скрежещущий звук. Край обрыва просел, снег подломился, и змеевик, словно нехотя, сместился вперёд. Ещё одно короткое, мощное усилие — и гигантская туша сорвалась вниз. Она полетела, нелепо переворачиваясь в воздухе, а её очертания быстро терялись в густом тумане, застилавшем подножие горы. Через несколько мгновений снизу донёсся глухой, мощный удар, эхом прокатившийся по ущельям.
Юноша застыл с приоткрытым от изумления ртом. Он не мог поверить в такое простое решение.
— Но… как?.. — выдохнул он. — Мы что, просто сбросили его?
Джаред, стоявший рядом и с удовольствием наблюдавший за реакцией новичка, усмехнулся, и его густые брови поползли вверх.
— Не волнуйся, — он хлопнул его по плечу, едва не сбив с ног. — Его чешуя выдержит даже такое падение.
Вейт только покачал головой, не в силах найти слов.
«Ну и чудеса творятся в этих суровых краях…»
— Возвращаемся домой! Все новички сегодня хорошо поработали, — прокричал наставник, и его голос, привыкший командовать, легко перекрыл завывание ветра.
Воины с облегчением взвалили на плечи рюкзаки, снова построились в колонну и тронулись в обратный путь, но спустя час спуска по извилистой тропе, вьющейся меж заснеженных склонов, колонна внезапно замерла. Вейт, шагавший в самом хвосте, с тревогой огляделся, пытаясь понять причину остановки. Дорога в этом месте была особенно узкой, словно зажатой меж двух высоких стен снега, но впереди, где тропа чуть расширялась, воины молча расступились, образуя живой коридор. По этому коридору навстречу им поднимался кто-то. Одинокий путник. Воздух вокруг него словно сгустился, наполнившись ледяным, давящим безмолвием. Вейт почувствовал, как холодный ком сжал горло. Человек был не особенно высок, но невероятно широкоплеч. Снег с хрустом проваливался под его тяжёлыми, размеренными шагами, оставляя за собой глубокие следы. Длинные, белоснежные волосы небрежными прядями спадали на плечи, смешиваясь с грубой, спутанной бородой, которая почти полностью скрывала лицо, придавая ему дикий, нелюдимый облик. Но пугало не это. Пугал его взгляд — абсолютно пустой, бездонный, словно провалившийся в самое нутро этих ледяных гор. В нём не было ни злобы, ни усталости, ни даже отчаяния, просто ничего, полная пустота. Взгляд человека, у которого больше нет цели, нет желаний, нет ничего. Юноша невольно задержал дыхание, чувствуя, как волосы на затылке медленно поднимаются.
«Кто он?»
Незнакомец прошёл мимо них, не замедляя шага, не удостоив ни единого взгляда. Без рюкзака, без припасов, налегке, будто отправлялся не в смертельно опасный путь, а на короткую прогулку. Он просто шёл вверх.
Сэр Виргар пристально, не мигая, следил за удаляющейся фигурой, его губы плотно сжались в тонкую белую полоску. Он знал, кто это. Знал его историю. Знал, что тот сломился, что душа его опустошена до самого дна, и именно это беспокоило старого
