сейчас.
– Да что вы все, сговорились? – Мистер Марьяно не собирался вставать с колен и всё ещё смотрел на Лизу снизу вверх. Но он, похоже, не испытывал из-за этого никакой неловкости, в его голосе по-прежнему сквозили пренебрежение и недовольство. – Сперва Ева, теперь ты… Работать-то кто будет?
Лиза пожала плечами – ей и в самом деле было без разницы. Она вообще подумывала уволиться. Надоело! Она устала от этой взрослой жизни – ранние подъёмы, работа до изнеможения… Да и зарплата – хоть и приятно было её получать – всё равно не слишком велика. К тому же, если мистер Марьяно как-то связан с Теневым городом, то лучше бы навсегда попрощаться с ним.
Однако Лиза решила не спешить с необдуманными поступками. Всё-таки в пиццерии работал Макс, и здесь она могла видеться с ним почти каждый день. Хотя вчера всё и вышло не очень красиво, сегодня она уже скучала по нему. Да и по Еве она тоже соскучилась. Не так уж много у Лизы было друзей, чтобы не ценить их.
– Ладно, хорошо, – внезапно пошёл на попятную мистер Марьяно. – Бери свой отгул. Завтра, кажется, должна явиться Ева. Всё, иди. Я занят. Чао!
И мистер Марьяно опять полез под стол.
– Чао, мистер Марьяно! – позволила себе лёгкую вольность Лиза, хотя понимала, что со старшими, особенно с начальниками, так разговаривать не следует. Но её сердце ликовало – всё прошло как нельзя лучше. Мистер Марьяно ничего не заподозрил, янтарный ключ она вернула, завтра у неё будет ещё один выходной от работы, а главное – скоро приедет папа… Кажется, жизнь налаживалась!
Глава 29
Драка в песочнице
Лиза сдержала обещание и, вернувшись домой, взяла Луку, чтобы погулять с ним на детской площадке рядом с домом. На улице было солнечно, тихо и безмятежно, как и у Лизы на душе. Братишка сразу побежал в песочницу, где приступил к своему любимому занятию – постройке замков из песка.
Лиза занялась примерно тем же – она повисла на перекладине турника вниз головой и строила замки воздушные, вспоминая вчерашний день с Максом. Ведь всё было так хорошо… до определённого момента.
Лизины грёзы нарушил телефонный звонок. Конечно, это была мама. И конечно, она не могла расслабиться ни на минуту, даже оставшись без своего трёхлетнего «хвоста». У мамы была стойкая потребность всё контролировать. Точнее, думать, что она всё контролирует. Лиза вздохнула и нажала «ответить».
– Лиза, пожалуйста, не отходи никуда от Луки… – с места в карьер начала мама.
– Хорошо, мам! – Лиза закатила глаза. Сделать это в положении вниз головой – задачка со звёздочкой. Лиза попробовала поводить зрачками из стороны в сторону, закрывать по очереди то один глаз, то другой… Перевёрнутый мир выглядел странно. Скамейки, качели, деревья, приклеенные к твёрдому землистому поднебесью, словно меняли свои пропорции, очертания их искажались и двоились. Занятая своими оптическими экспериментами, Лиза пропустила половину маминого монолога.
– …кататься на карусели, и следи, чтобы он не ел песок.
– Ну чего ты опять начинаешь? – всё-таки не выдержала Лиза. – Я же сказала, что присмотрю за ним.
Лиза выключила телефон, покосилась в сторону Луки и чуть не рухнула с турникета. В эту самую секунду её милый братец со всей силы шлёпнул девочку, игравшую рядом с ним в песочнице, пластмассовой лопаткой по голове. Девочка заревела не сразу. Сперва она замерла, будто соображая, за что это так с ней и стоит ли вообще по этому поводу лить слёзы. И только когда к ней подлетела какая-то женщина – видимо, мама, – девочка громко разрыдалась.
Женщина сгребла дочь в охапку, грозно посмотрела на Луку, а потом на поспешившую к ним Лизу.
– Детей с ЗПР вообще нельзя подпускать к обычным здоровым детям, – зло сказала она. – Их лечить надо! Сама ещё малолетка, вот и за своим ребёнком не в состоянии уследить.
Лиза понятия не имела, что такое ЗПР. И обидно ей стало вовсе не из-за того, что её приняли за несовершеннолетнюю мать. Ей было больно за Луку, который стоял рядом, весь красный, вспотевший, и молча глотал слёзы. Лиза понимала, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Её брат, конечно, частенько её бесил, но он бы никогда никого не ударил просто так. Может, девочка начала первой, а Лука просто защищался?
Мамаша уже уносила свою рыдающую дочь подальше от площадки, где можно встретить таких неблагополучных детей.
– Он мой брат, и он нормальный, – крикнула Лиза ей в спину. – Никакой он не ЗПР. Это ты сама ЗПР. Злобная психованная родительница!
Лиза тоже взяла Луку на руки и крепко прижала трясущееся худое тельце к себе. Она ощущала, как бешено колотится детское сердечко. Лука был испуган и расстроен. Чёрт, она же обещала маме, что пока Лука с ней, ничего плохого не случится. И хотя формально Лиза ни в чём виновата не была, она чувствовала, что не сдержала слова и подвела маму.
– Лука, ну что случилось? Зачем ты это сделал? – с недоумением спросила Лиза.
– Паюк… – всхлипнул Лука. – У неё на волосах был огомный паюк.
– Какой ещё паук? – Лиза нахмурилась. – Что ты придумываешь? Ну, успокойся…
– Он был вот такой… – Лука широко развёл ладошки. – Ты мне веишь, Лиза?
Конечно же, никакого «вот такого» паука на площадке быть не могло. Но Лиза всё равно кивнула, чтобы утешить брата.
Прогулка оказалась испорчена, но возвращаться домой было ещё рано. И тут Лизе в голову пришла неплохая мысль:
– А знаешь что, Лука? Пойдём вместе проведаем мою подругу Еву. Она хорошая и красивая. Она тебе понравится.
– Ула! Подём! – обрадовался братишка.
Это и впрямь была замечательная идея. Лиза всё ещё чувствовала неловкость, что психанула тогда на школьном концерте. Ева вон как переживала, даже приболела по её вине. Лиза должна была как-то всё уладить и, если хватит смелости, поговорить про Макса. А вместе с Лукой, который всем всегда кажется забавным и милым, сделать это будет чуть проще.
Лиза уводила Луку за руку с детской площадки и не видела того, что творилось за её спиной. На песке сиротливо лежала забытая лопатка. А через низкий бортик песочницы перебиралась устрашающая тень паука размером с кошку.
Глава 30
В гостях у Евы
Ева встретила незваных гостей как ни в чём не бывало. Словно и не было никаких недопониманий и обид. С широкой улыбкой, чистыми блестящими волосами, в яркой юбке до щиколоток и белоснежном топе… «Вот бы мне так болеть», – с завистью подумала Лиза, которая во время болезни могла неделю
