осматривая императорский дворец вместе с отцом, я планировала найти удобный момент и незаметно свернуть с пути. Моя цель была определена: место, где находится второй принц Перес.
К счастью, я примерно знала, где находится дворец, в котором второй принц жил с матерью. Императрица предпочитала держать их обоих на виду, потому и выделила им скромный отдельно стоящий флигель в лесу, к западу от собственного дворца. Перес не раз упоминал, что жил там вплоть до поступления в академию.
Как он выглядит сейчас, в одиннадцать лет? Наверное, как ровесник моих близнецов…
– В чем дело?
– Н-ну… Дворцовая стража приказала остановить карету для обыска.
Обыск кареты семьи Ломбарди? Я едва успела осознать происходящее: дверь резко распахнулась, и перед нами возникли два имперских рыцаря.
– Это приказ императрицы? – впервые я услышала такой ледяной тон у отца. Рыцари промолчали.
После короткой перепалки отец бросил на меня взгляд, словно говоря: «Не волнуйся», – и вышел из кареты. Меня эта ситуация не столько беспокоила, сколько удивляла: я никогда прежде не видела отца таким. Было очевидно, что случившееся никогда не произошло бы, если бы в карете ехал дедушка. Для коронованной особы императрица повела себя мелочно и недостойно.
Я вздохнула и рассеянно посмотрела в окно – туда, куда пошел отец. Вдруг вдали мелькнула спина мальчика с темными волосами, пробирающегося между деревьями. Второй принц?.. Без сомнения, это был Перес. Словно сами небеса помогали мне!
Я лишь приблизительно знала, где искать флигель, и все гадала: как найти принца и удастся ли с ним встретиться? И вот он сам появился перед моими глазами – невероятная удача, которую нельзя упустить!
Убедившись, что отец все еще занят перепалкой с рыцарями, я осторожно открыла дверь с противоположной стороны кареты. Дверь поддалась плавно, без единого звука. Крепко сжимая в руках сумку, я бросилась к ближайшим кустам. Оглянувшись, убедилась: ни отец, ни рыцари пока не заметили моего исчезновения.
Меня накрыло чувством вины: отец наверняка перепугается, когда поймет, что меня нет в карете. Но иного выхода не было. Если я не воспользуюсь этим шансом, то больше не смогу встретиться с принцем втайне от императрицы. Нужно лишь передать Пересу лекарство и как можно скорее вернуться.
Я бежала туда, где скрылся принц, прячась за низкими кустами, пока окончательно не вышла из поля зрения отца и рыцарей.
– Хгм! Ха! Божечки!
Я металась между деревьями, но никто не окликнул меня – значит, отец и рыцари уже далеко. Однако тут возникла новая проблема.
– Где я?
Перес точно побежал в эту сторону, но теперь нигде не видно даже его тени. Оказавшись в лесу, я быстро потеряла ориентировку. Вот незадача! Сначала я лишь притворялась, что потерялась, а в итоге действительно сбилась с пути. Придется ли отказаться от поисков и вернуться к отцу? Едва эта мысль промелькнула в голове, я услышала хруст. Повернув голову, заметила кусты неподалеку. Я осторожно приблизилась, с трудом сглотнув.
Мои шаги звучали отчетливо, но с той стороны, откуда донесся хруст, не было ни звука. Я ступала все тише. Когда я подошла вплотную к зарослям, среди ветвей проступила маленькая фигура.
Первое, что бросилось в глаза, – отросшие черные волосы, слегка прикрывающие шею. Конечно, на нем не было именного бейджа, но я была уверена на все сто: это второй принц Перес. Он стоял передо мной – живой и настоящий. Но я не могла ни окликнуть его, ни подойти. Несколько раз я пыталась заговорить, но слова словно застревали в горле. Наконец с огромным усилием я выдавила:
– Что ты сейчас делаешь?..
Принц сидел на корточках перед зарослями травы и срывал растения с заостренными листьями – будто это было для него привычным занятием. Но дальше случилось нечто странное: он начал класть сорванные листья в рот.
Его рот уже был полон, но он продолжал рвать и жевать, не останавливаясь. Зеленая слюна стекала по уголкам губ, но он лишь небрежно стирал ее рукавом и снова тянулся к траве, лежащей перед ним. Это выглядело настолько отрешенно и отчаянно, что сердце мое сжалось от страха. Тело оцепенело, и мне пришлось собрать всю волю, чтобы заставить себя сделать шаг к принцу.
– Прекрати сейчас же!
Едва я выпалила эти слова, суетливые движения принца оборвались. Он повернул голову – и я впервые увидела его лицо целиком. Ярко-красные глаза с темно-коричневым отливом. Без сомнений – это второй принц.
– Что ты делаешь? Зачем ешь эту траву?! – сама того не осознавая, я начала злиться.
Перес посмотрел на меня бесстрастным, пустым взглядом и ответил:
– Потому что у меня болит живот.
– Что?
– С недавнего времени у меня ни с того ни с сего заболел живот. И в книге было написано, что если съесть листья этого лекарственного растения, то станет лучше.
– А…
Я не могла проронить ни слова. В голове было пусто, как будто меня ударили по затылку. Причина боли была очевидна: яд медленно накапливался в его организме. Только теперь я заметила бледность его кожи и изможденный вид. Так вот как он выжил. Как дикий зверек, бродил по лесу, отыскивал целебные травы и жевал их, надеясь на спасение.
Несколько секунд принц смотрел на меня, потом вновь отвернулся и присел на корточки. Ему было одиннадцать – на три года больше, чем мне. Ровесник близнецов. Но телосложение… Слишком хрупкое для его лет. На вид – не старше восьми-девяти. И вид слишком убогий для принца. Одежда из дорогой ткани, но мятая, грязная, будто он носит ее не первый день. Ни одного слуги рядом? Никого, кто присмотрел бы за сыном императора? Тревога сжала сердце.
Когда Перес снова потянулся к листу, я в испуге схватила его за руку:
– Не ешь это! Если ты болен, нужно принять лекарство!
– Когда мама заболела, врач не пришел, – тихо ответил он.
– Но…
– Поэтому я нашел в книге запись об этом растении. Хотя внешне трава выглядит как бесполезный сорняк, но, кто знает, вдруг какой-то эффект все же будет.
Я присела рядом, и наши взгляды оказались на одном уровне. Его запястье в моей ладони – тонкое, хрупкое до ужаса. Я вздрогнула и осторожно отпустила руку. Когда мать Переса умирала от болезни, императрица не позволила посетить покои принца ни одному врачу. Позже, став наследником при больном императоре, Перес отправил первого принца на северный фронт – в самое пекло сражений. А покои императрицы, слегшей от шока, оказались закрыты не только для лекарей, но даже для горсти целебных трав.
Раньше
