они видели достаточно и вряд ли она может рассказать им что-то, что их смутит и заставит прекратить расспросы. – Помню страх, постоянный плач Мениска, его били, меня пытали водой. Брат не успокаивался, у него была истерика. Его поили чем-то, чтобы угомонить. Мне, скорее всего, тоже давали, но меньше. Думали, что раз я старше, то знаю больше.
Рот Кая сжался в линию, Иво помрачнел.
Что ж, им неуютно. Это уже неплохо.
– Мне очень жаль, – тихо ответила Кассия.
Пандея благодарно кивнула.
– Что ты помнишь о вашем освобождении? – продолжил Кай.
Впервые Пандея невольно сжала челюсти. В ответ на этот вопрос она играть не хотела. Да и отвечать было нечего.
– Вы ждёте подробностей, но я их не помню.
Кай ответил вопросительно приподнятой бровью, Пандея шумно выдохнула и мельком взглянула на Иво и К ассию.
– Хорошо, – сдалась она, понимая, что всё равно не отстанут. – Я помню кровь, угрозы и то, чего не было. Тогда я ничего не понимала, но спустя годы разобралась, что за нас не просили выкупа. Меня с братом похитили ради мести, а вопросы были чисто ради выгоды, чтобы получить сведения, которые потом могли перепродать конкурентам. Но они, скорее всего, решили, что убить нас недостаточная месть отцу, хотели изувечить или свести с ума. Они собирались искалеченными вернуть нас домой. Мне много всего чудилось, вплоть до того, что мне перерезали горло на глазах у брата, но когда нас нашли, на мне не было никаких травм. У Ника были ушибы и следы побоев. На мне нет, поэтому воспоминания о том, что меня пытали водой, которая не оставила визуальных следов, отнесли к моим реальным воспоминаниям.
Пандея откинулась на спинку дивана. Произнеся всё вслух, она почувствовала некоторое облегчение. Словно давление в голове и груди снизилось, позволив ей расслабиться. Выдохнуть.
– Непонятное перестало мерещиться, кажется, спустя день после произошедшего. Я пришла в себя в комнате, полной разорванных трупов, с потерявшим сознание братом. Мы оба были перепачканы в крови, как и вся комната. Они уже разлагались. Запах… стоял неприятный, – бесстрастным тоном продолжила Пандея, разглядывая свои сплетённые на коленях пальцы. – Ник был жив, он дышал. Я вытащила его на кухню, первым делом пыталась найти воду и еду. Я не знала, где мы находились. Мне было не унести Ника, за порогом стояла ночь. Пришлось остаться в том доме, а утром появились родители с воинами. Мы с братом давали показания, вы наверняка их откопали. Нам с Ником пришлось пройти длительную терапию, но даже она не помогла отличить ложные видения от произошедшей реальности. Вы же читали заключение инспекции?
– Да. Дело закрыто, хоть и не выяснили, кто разобрался с похитителями, – подтвердил Кай. – А ты что думаешь? Наверняка есть догадки.
– Некоторые предполагают, что сами похитители между собой что-то не поделили, другие считают, что отец сперва отправил парочку убийц на наши поиски и приказал тем разобраться с похитителями. Я скорее согласна со вторыми. – Пандея равнодушно пожала плечами.
Когда-то она размышляла об этом, но воспоминания приносили старые галлюцинации. Рецидив пугал – не хотелось возвращаться к специалистам. Когда-то она подвела черту, заключив, что рада, что их похитители сдохли. Жутким, неясным способом, но ей было всё равно.
Они исчезли – отлично.
Они мучились – прекрасно.
Подонки заслужили.
Пандее понадобились годы, чтобы снова научиться принимать ванну и душ без приступов панической атаки. Её брат месяцы вопил по ночам, увидев что-то пугающее в тенях.
– Почему склоняешься ко второму? – Кай выдернул её из мрачных мыслей.
– У отца было много секретов, не сомневаюсь, что он бы хотел вообще скрыть всю историю с похищением, но она получила широкую огласку. Кто знает, что тем похитителям оказалось известно, а у отца было достаточно связей, чтобы нанять настоящих садистов и головорезов. Вся та сцена могла быть разыграна намеренно, и, вероятно, нас там оставили специально, чтобы запутать следствие.
– Считаешь, что отец мог использовать вас как приманку? – подал голос Иво.
Пандея покачала головой:
– Это вряд ли. Он любит нас. Если не меня, то Ника точно. Он его единственный сын. Немея и Ник для него сокровища, хотя мне и Месомене отец с детства уделял не меньше внимания, поэтому сомневаюсь, что он мог нас так использовать. После происшествия отец изменился. По крайней мере… пытался, – поправила себя Пандея, припомнив второе похищение.
Все продолжали молчать, словно ждали, что Пандея расскажет им нечто важное, но ей больше нечего было поведать.
– Это всё, что я более-менее ясно помню, остальное во время следствия отнесли к ложным воспоминаниям от психологической травмы или седативных. Там действительно какие-то… – Дея напряжённо свела брови, не зная, какое слово подобрать и есть ли вообще подходящее, – бредовые сцены произошедшего. Вы говорили про исцеление из-за моей крови, и я повторяю, что этого не может быть. После того похищения нас с Ником пристально обследовали, и будь со мной что-то не так, то нашли бы ещё тогда.
– Возможно ли, что быстрое выздоровление как-то связано с глазом? – предположила Кассия.
Иво дёрнулся, оторвав остекленевший взгляд от Пандеи.
Нет, не от Пандеи… Он смотрел куда-то мимо, рядом.
Дея незаметно покосилась, но ничего странного не заметила.
Наверное, задумался.
– Сомневаюсь, глаз лечащими свойствами не обладает, – отмёл Кай, но неоднозначно качнул головой. – Однако об этом тоже расспрошу отца. Может, у него возникнут идеи.
Кай явно намеревался уточнить у Пандеи что-то ещё, но лифт издал сигнал о прибытии и в квартиру зашёл Дерек, ведя под локоть побледневшую и недоумевающую Дамали. Пандея вскочила на ноги.
– Тут очередная птичка, говорит, что вы знакомы, воробушек, – со смешком бросил мужчина, хотя взгляд оставался сосредоточенным и холодным.
– Дамали! Всё в порядке? Что ты здесь делаешь?
Даорийка даже не попыталась вырваться из захвата Дерека, а, оцепеневшая, осталась стоять. Её расширившиеся от волнения глаза скользнули от Иво к Каю и задержались на Кассии. Та действительно выделялась из-за своей внешности, и Дамали буквально не могла перестать таращиться на бывшего архонта Раздора.
– Я… пришла к тебе д-д-домой, – наконец выдавила Дамали, голос её почти не дрожал, хотя лицо оставалось бледным. – Помнишь? Мы… договорились пройтись по магазинам. Я тебе звонила, но ты не брала трубку, и я просто пришла.
Проклятье, совсем забыла.
Дерек всё-таки отпустил Дамали. Подруга тут же подошла к Пандее и протянула её телефон, который сжимала в руке до побелевших пальцев, как защитный оберег.
– Я захватила его из твоей квартиры. У тебя дома ремонт? Там столько мужчин…
– Меня затопили соседи сверху. – Пандея выдала первую
