не попрошу.
— Ловок — усмехнулась богиня — И хитер. А если я все же тебе откажу?
— Спать пойду — вздохнул я — В грусти и печали.
— Значит, не желаешь мне служить?
— Служить — нет — подтвердил я — Ведьмаки никому не служат, богиня, это наша принципиальная позиция, оттого их в ночи и не любит никто. Зато за друга мы и в огонь, и на плаху.
— Лучше бы не уезжал — Морана поправила волосы, в которых седых прядей за недолгий наш разговор поубавилось, как, к слову, и морщин на лице. Незначительно, но тем не менее — Ты тот мне нравился больше, чем нынешний.
— Ну, если бы да кабы… — я закатил глаза под лоб — Время назад не повернешь. Опять же — тот, этот… Какая разница? Я вам никаких условий не ставлю. Не желаете одарить меня своей дружбой — не надо. Это ваше право. Значит, будем поддерживать деловые отношения, такие же, какие я практикую в своем мире. Я вам услуги, вы мне гонорар за них. О цене сговоримся. Опять же — скидку вам организую, как представительнице славянского пантеона богов.
— Я поняла не все слова, что ты произнес, но смысл сказанного мне ясен. Что же, ведьмак. Ты желаешь дружить с богиней? Изволь. Пусть случится по-твоему. Но смотри, как бы тебе после не пожалеть о своем желании.
Это было сказано таким тоном, что я даже на секунду задумался — так ли мне нужна эта дружба? В Венгрии, когда я так и эдак прикидывал варианты того, как себя следует вести с Мораной по возвращении, данный план мне казался наиболее приемлемым, а вот сейчас умудрилась она таки сбить меня с панталыку. Сомнения появились, а это плохо. Они мой первый враг. И ее главный союзник.
Вот как все-таки скверно, когда нет наставника. До всего ведь своими умом приходится доходить. Добро, когда речь идет о каких-то профессиональных моментах, тут работает метод проб и ошибок. А что делать с моментом расстановки сил? Вурдалаки, гули, ведьмы, арыси, поляницы — много тех, кто живет под Луной. Им есть число, это так, но поди разберись, какой к кому ключик подходит, кто сильнее, кто слабее, с кем стоит заключать союз, кого сразу следует на лезвие ножа поддевать. Тут ведь шаг влево сделал — и ты должник. Шагнул вправо — и все, заработал врага на веки вечные. И не стоит надеяться на то, что проблема сама рассосется. Это не люди, тут вопрос возврата любого долга крайней принципиален. И про него никто никогда не забудет.
А здесь вон, целая богиня. Ну да, она живет на другом пласте бытия, ее слава, власть и сила в далеком прошлом, таком, до которого рукой не дотянешься, но…
Морана тем временем приблизилась ко мне вплотную, положила свои ладони на мои плечи, причем они были холодны как лед, а следом за тем ее губы впились в мои.
Это был самый невероятный поцелуй, что случался у меня в жизни. Даже невероятнее, чем тот, что у меня с ней же случился два года назад. Почему? Ну, просто как-то до того только в книгах читать приходилось о том, как в подобных ситуациях голова у людей кругом начинает идти, верх с низом местами меняется и все такое. А тут все это в реальности произошло — головокружение, глаза какая-то мертвенно-синяя пелена застлала, и такой холод меня пронзил, что аж в жар кинуло.
— Вот мы и друзья, ведьмак — провела ладонью по моей щеке Морана — Все, как ты хотел. Ты теперь никогда не станешь моим слугой, что да, то да, и я не смогу тебе отдавать приказы. Но это сомнительная победа. Если слуга оплошал, его накажут, а потом простят, и все пойдет по-старому. Если подведет друг, то он запросто может стать врагом, с которым примирение невозможно. Не бывает замиренных друзей, ведьмак. Сказки это.
— Ну да — я перевел дух и вытер пот со лба — Но я не собираюсь вас подводить. И вы, надеюсь, меня тоже.
Ничего не ответила на это Морана, только улыбнулась загадочно, а после вернулась на свой трон.
— Конечно же нет — ее голос был сладок, как турецкая пахлава, и мягок, точно подушка-антистресс — Как тебе только такое в голову пришло?
А вот теперь сомнения в собственной правоте стали куда более ощутимы. Когда в речах женщины присутствует столько добра и ласки, то это как минимум повод для того, чтобы приготовиться к большим неприятностям. Но то обычная женщина, смертная. А тут-то богиня!
Или это она меня специально провоцирует? Создает почву для подозрений, чтобы после взять меня, сомневающегося и запутавшегося голыми руками?
Только шиш ей. Врешь, не возьмешь. Я, если что, заморочусь, найду средство, которое мне дорогу в этот мир перекроет. Не верю, что такого нет. Не я сюда первый лазаю, не я последний, наверняка что-то да изобрели те, кому как мне эти древние боги поперек горла встали. Надо просто поискать.
— А знаешь, что самое скверное из того, что случилось за то время, пока ты отсутствовал, друг-ведьмак — Морана, как видно, что-то прочла по моему лицу, потому сменила и тон, и тему разговора — Он все ближе. Он ползает вон там, в тумане, скрипит чешуей, и в его шипе я слышу «Жди в гости. Скоро приду за тобой».
— «Он» — кто? — уточнил я — Почему шипит?
— Потому что Великий Полоз здесь, в Нави, может присутствовать только в своем истинном обличье — пояснила богиня — Впрочем, там, в полях, стоит курган, насыпанный некогда для великого витязя Сухмана, павшего в величайшей битве, а после преданного своим владыкой. Вот в нем-то Полоз свил свое логово, и творит там то, что ему заблагорассудится. Впрочем, что у него на уме? Смерть да предательство, больше этому гаду ничего не нужно. Разве только что еще сжать мою шею в своих хладных кольцах, выдавить по капельке остатки жизни, и тем сквитаться за выдуманные старинные обиды.
Ой, сдается мне что не все обиды там такие уж выдуманные. Если эта особа здесь и сейчас, по сути, на грани исчезновения, характер постоянно показывает, то что же она творила, пребывая в полной силе? Даже думать неохота. Может, она в старые времена Полозу тому мыша отравленного подбросила? Или какую другую пакость учудила.
— И не то беда, что он то и дело где-то рядом отирается — продолжала Морана, страдальчески
