хотим обеспечить себе будущее.
Вардис придвинулся к Крис вплотную и прошептал ей в ухо:
– И не забудь, что ты не так давно обещала мне – что будешь мне доверять и согласишься на нечто очень крупное, если вникнешь в него.
Вардис отступил от нее, и Крис стала ждать плана сенатора. Она и сама пребывала высоко на небесах после того, что сделала Вэнга, а потому была готова согласиться, не вдаваясь в подробности.
Кэлгари окончательно взял себя в руки и, несмотря на свой забрызганный водой костюм, инстинктивно перешел к самой своей сладкоречивой и самой искренней манере обращения, как если бы выступал с трибуны ООН.
– Крис, дела обстоят следующим образом. Я весьма озабочен местом и статусом Америки в этом мире. Нашей безопасностью и процветанием страны. Вы знаете, что после падения Советского Союза десять лет назад мы стали единственной супердержавой. Наша гегемония – наша способность делать то, что правильно, и то, что нужно нашей планете, пропагандировать наши уникальные американские идеалы – не имеет себе равных. Или по меньшей мере она не видела никакого реального противостояния до последнего случая терроризма.
– Вы имеете в виду тех выходцев с Ближнего Востока, которые пытались угнать самолет?
– Да, именно о них. Невероятные самоуверенность, наглость и ненависть, продемонстрированные этими заговорщиками, которых поддерживает агрессивная теократия Саудовской Аравии и других стран, указывают на то, что у Соединенных Штатов все еще много врагов, которые намерены сокрушить нашу прекрасную страну. По отдельности они не имеют ни малейшего шанса. Но все вместе, даже в условиях плохой координации, они могут нанести нам немалый ущерб. Я хочу предотвратить такое развитие событий. Я хочу сделать так, чтобы наша страна оставалась сильной и процветала.
– Я уверена, что того же для нашей страны хочет и президент Буш.
Кэлгари с силой сжал запястье Крис.
– Вот в этом вы ошибаетесь. Да, его инстинкты показывают ему верное направление, но он окружил себя чиновниками, которые демонстрируют слабость и утрату силы воли, начиная с этого пустоголового вице-президента, Лиз Доул. Кейес, Хэтч, Форбс, Нейдер и еще шайка других из его кабинета – они все советуют ему замириться с саудитами, судить этих террористов так, будто они кошелек у кого-то украли. И он пойдет у них на поводу! Вместо того чтобы рассматривать этот инцидент как объявление войны, он собирается сделать вид, что эти тюрбаноголовые безумцы всего лишь шайка карманников или поганцев, засоряющих наши улицы! Мои источники подтвердили этот факт. А когда он выступит с такой стратегией, имидж Америки отправится в унитаз. Мы будем выглядеть как слабая сестра и тем самым провоцировать мир, наполненный хищниками, начать сужать круги с жертвой в центре.
Крис пыталась переварить весь этот неожиданный поток геополитической информации.
– Но зачем мы нужны вам? Вы наверняка сможете сколотить коалицию из других сенаторов, ваших единомышленников, и таким образом изменить планы Буша…
– Нет. К сожалению, это невозможно. Он всех одурачил. И даже если бы я смог организовать оппозицию, мы уже слишком опоздали. Эти суды должны вот-вот начаться, а тогда уже вернуться назад будет невозможно. Мы должны судить этих террористов как военных преступников, какие они и есть, а потом приняться за тех, кто стоит за ними. Нет, Крис, я все это тщательно продумал. Единственный способ спасти страну от исчезновения – это получить помощь от вашей маленькой девочки – Вэнги. Я хочу, чтобы она сделала меня президентом!
– Но… но это невозможно!
Кэлгари рассмеялся грубым смехом.
– Невозможно! После того, что она сделала на сцене сегодня? Ну уж нет.
– А что выиграет Храм от таких гигантских перемен?
– Когда я стану президентом, Храм человеческого потенциала станет официально принятой государственной религией – или верой, если вам так предпочтительней, – Соединенных Штатов со всеми привилегиями и возможностями государства.
– Я… нет, это просто неправильно…
В разговор вступил Вардис.
– Крис, ты знаешь, я никогда не искал возможности применить материализаторские способности Вэнги, чтобы вывести нашу организацию на позицию, которую она не заслужила. Напротив, я просил ее творить чудеса, чтобы помогать другим, понимая, что отраженные лучи славы в конечном счете поднимут и нашу репутацию на постепенный, вполне заслуженный манер. Использование Вэнги для того, чтобы мгновенно поднять Храм выше всех других верований одним щелчком пальцев, приведет к созданию неестественного мира, не находящегося в гармонии с космическими принципами. Но если мы сделаем сенатора президентом, а потом он возвысит нас своей легитимной властью – созовет Конституционное собрание, или объявит в стране чрезвычайное положение, или выпустит какой-нибудь подобный акт исполнительной власти, устанавливающий наше верховенство как первых среди равных, – то мы достигнем нашей цели в соответствии с законами страны и вселенной. Не говоря уже о том, что глубоко продуманный политический курс президента Кэлгари предотвратит поражение и исчезновение страны. Неужели ты не понимаешь, что для нас это единственный логический и мудрый путь?
Не имея ни веры, ни интереса к политикам, Крис задумалась: а не прав ли Вардис? Какая разница, кто сидит в Овальном кабинете. А если Вардис в конечном счете сможет подняться на верхнюю ступеньку собственных амбиций, может быть, он тогда и расслабится, повеселеет, и они снова смогут быть просто семьей. И опять же, ее прежняя клятва с пониманием относиться к его планам оставалась в силе…
– Хорошо, я даю согласие.
– Замечательно! Мы знали, что как мама Вэнги вы должны полностью принять наши планы. Я уверен, что у вас с нею существует уникальная связь, которую мы не можем оспаривать, даже если сама она не может эту связь объяснить. В конечном счете ведь вы первая обнаружили ее и ее способности. Спасибо, дорогая. Вы не пожалеете о принятом решении.
– Но я сохраняю за собой право просить ее вернуть все в прежнее состояние, если окажется, что от этого плана один только вред.
– Конечно, конечно, это всего лишь умная защитная мера. Я бы и сам предложил ее.
– И когда же мы предпримем эту попытку?
– А почему бы не сейчас, в эту самую минуту? – сказал Кэлгари.
– Разве у нас нет времени подумать?..
Тон сенатора сменился с заискивающего на требовательный.
– Все глубокие и вдумчивые соображения уже приняты. Не будем терять время.
– Хорошо, наверное…
Вардис, Крис и Кэлгари подошли к дивану, а Берни Вэнсон остался сидеть за столом. Профессор Кочар не обращал внимания на их разговор, а теперь окинул их взглядом, полным недоумения, вызванного их намерениями.
– Профессор Кочар, – сказал Солтхаус, – вы проводили регистрацию физических затрат нашей дочери, когда она разделяла близнецов?
– Да, несомненно. Измерения весьма точные, рад
