этом одна из причин, почему мне не удается продвинуться в борьбе против Дюрана Ле Массифа. Я не могу получить крупным планом картину того, что он делает на разных временны́х шкалах, потому что я никогда не была вблизи него. Наши жизни не сведены квантово.
Холодок пробежал по телу Гэврила, когда он услышал имя противника, которого дал молчаливое согласие победить. Но умом он предпочитал не упоминать это тайное поручение.
– А какие два других применения для твоего мозга?
– Когда я совершаю прыжок сейчас, то могу брать с собой лишь ограниченное число сознаний, и это ограничение происходит по причине моих слабых возможностей идентифицировать и удерживать нити их жизни. Я хочу увеличить это число до тысяч, миллионов, миллиардов! Ты представь, что я открыла временну́ю шкалу, такую заманчивую, что я хочу трансплантировать разумы всех личностей из этого мира в тот, новый! Массовая миграция душ. Сейчас я не могу это сделать. Но если мне поможет кремниевая Вэнга, то, наверное, смогу!
Неприкрытая жажда власти, которой сверкало лицо Вэнги в полутьме спальни, немного напугала Гэврила. Но в свете всего того, чему он был свидетелем за несколько последних часов – или лет пленения, – он обнаружил, что может относиться к ее амбициям с некоторым уважением и толерантностью.
– И в-третьих?
Вэнга чуть не до боли сжала его бицепс.
– Это высшая ступень! Чтобы мозг Вэнги мог перешагнуть критический порог и фактически заявить о наличии у меня таких возможностей! Используя мои способности как инструмент, кто-то – не я, а кто-то другой – сможет совершать такие же прыжки.
– Разве это не таит ужасную опасность для тебя, для твоих планов и для всей временно́й шкалы? Вот ты сейчас обдумываешь, наносишь на карту свою паутину, а кто-нибудь использует карманный мозг Вэнги, чтобы совершить прыжок, и – трах-тарарах – вся твоя временна́я шкала уничтожена, а ты в реализации своих планов дошла только до середины. И не будет ли этот механизм одноразовым – словно оставляешь катапульту на земле, а сама летишь по воздуху? Когда мужчина или женщина запускает куда-то собственное сознание, разве машина летит вместе с ним? Ты мне не говорила, что прыжок могут осуществлять и материальные вещи, ты говорила только про души.
– Так оно и есть на настоящий момент. Но это может измениться с искусственным, а не органическим прыжком. Кто знает? Мы должны предпринять попытку и посмотреть. Что же касается вручения силы в безответственные руки, то я буду очень осторожна, делясь моими силами с другими.
Гэврил вдруг вспомнил одну загадку, над которой они на Фабрике призраков долго ломали голову.
– Хочу спросить, если никакие физические объекты не могут транспортироваться из одной временно́й шкалы в другую, то откуда у вас взялся лишний мозг Вэнги, с которого на Фабрике срезают слои? Насколько я понимаю, твоя черепная коробка все еще наполнена органическим содержимым.
– Да, конечно. Но это просто. Когда я в конечном счете обосновалась в этой временно́й шкале, я постаралась сделать так, чтобы в ней было то, что мне требуется. На этой колее я родилась не одна – с сестрой-близняшкой, мы обе имели равные способности.
Не могу тебе передать, что я чувствовала, прибыв сюда не в одном мозгу, а в двух! Без каких бы то ни было заметных ухудшений мой входящий мозг загрузился в двух Вэнг, продублировав себя. И вот моя ментальность оказалась повторена в двух телах, а с моей точки зрения я обзавелась второй парой глаз. И конечно, поскольку наши мозги были идентичны, мы с сестрой договорились, что одну из нас нужно принести в жертву науке. Мы подбросили монетку, и выиграла я. Или, можно сказать, я еще и проиграла. При полном ее сотрудничестве моя близняшка умерла спокойной смертью, ничего не подозревая, это было безотказное самоубийство, и я поместила ее мозг на крионное хранение. Это было, конечно, задолго до того, как я основала КВК и стала знаменитостью. Я смогла довольно тщательно стереть мое прошлое до того, как это случилось, и никто никогда не узнает, что у всемирной знаменитости Вэнги Кочар была близняшка-сестра.
– Это… это же такая долбаная жесть!
– Ничуть. Всего лишь рациональный дар, сделанный добровольно. Как поделиться с кем-то почкой.
Гэврил не хотел заводить спор на эту тему. Но в этот момент он сказал:
– Я, пожалуй, пойду.
– Возвращайся, когда со всеми попрощаешься, на твой последний брифинг и за инструкциями.
– И, может быть, шальным прощанием?
– Да, конечно! Секс – хорошее тонизирующее средство. И ты мне очень нравишься, Гэврил.
Прощальный пикник с коллегами, шумное, пьяное мероприятие, во время которого внимание Гэврила постоянно рассеивалось, прошел хорошо. Потом был видеозвонок родным со слезами на глазах и возвышенными чувствами. На брифинге с Вэнгой ясно были обговорены все его обязанности, цели, варианты и альтернативные стратегии при переходе на запасной план. Секс и в самом деле послужил в качестве тоника, поднял ему настроение… а предположительно и Вэнге.
И вот он сидел в аэропорту Ирики с одной только сумкой, в которой лежала одежда, отобранная его матерью, «украденные» планы кремниевой Вэнги, а еще опасное, но невинное на вид оружие. С этим он и отправлялся на выполнение задания, которое либо заслужит ему высокое место в империи Вэнги, либо приведет к головокружительному поражению.
Поначалу он хотел было посмотреть свои альтернативные временны́е шкалы, чтобы набросать самый короткий путь к успеху. Но когда ему предоставилась возможность спросить у Вэнги, какое будущее она предвидит для него, он сдержался и не стал задавать вопросов.
В конечном счете разве может кто-то жить под грузом такого знания?
7
Когда Гэврил Бейнбридж пересек надежно охраняемую границу Европейского союза с Троцкистской автаркией Албанией, уже начинался сентябрь, и он чувствовал себя так, будто возвращается в родную землю, в которой никогда не бывал. Последние три месяца он провел в других местах, выполняя задание, которое послужило мнимой причиной его путешествия: посещение всех дочерних отделений КВК с целью выяснить, есть ли у кого-то в этих подразделениях исследования, которые могут пойти на пользу Фабрике призраков. (Такие сведения в принципе вполне можно было получить по Интернету, не покидая Ирики. Но разговоры лицом к лицу и спонтанное, на месте, опробование, как считалось, давали вероятностное преимущество прозрения, невозможного на расстоянии.) Он впервые и с огромным удовольствием изучил экзотические города Европы, в особенности в сопровождении местных гидов по просьбе КВК, многие из них были прекрасными женщинами, которые после проведенных вместе с ним нескольких часов
